Ричард Длинные Руки - бургграф - Гай Юлий Орловский

Он запнулся, словно сам удивился, при чем здесь церковь, а Марсель торопливо пришел на помощь:

— Словом, городу нужен лорд и покровитель! Сэр Ричард...

Я помотал головой:

— Я уже сказал, завтра уплываю.

— Мы знаем, — сказал Марсель невесело. — Но всё-таки городской совет час назад принял решение о присвоении вам звания бургграфа. Это единственное звание, что может давать город с одобрения всех цехов и организаций. Мы никогда и никому... и даже не думали, что сами поступимся такой властью, но вы, сэр Ричард...

Он говорил еще что-то, остальные слушали в почтительном молчании, я лихорадочно вспоминал, что же такое бургграф, его вроде бы назначает император или король из знати для управления городами. У бургграфа полная административная, военная и судебная власть, потом города обрели самостоятельность и получили право сами выбирать себе бургграфа... однако что-то не помню, чтобы им пользовались. Все предпочитают избирать не бургграфов, а бургомистров. Чтоб из простого люда и чтоб на короткие сроки.

Я пожал плечами:

— Вы хорошо обдумали? — Марсель хитро улыбнулся:

— Мы торговые люди, сэр Ричард. Обдумали, взвесили и пришли к выводу, что эта сделка даст нам неизмеримо больше, чем отнимет. По сути, вы уже и так почти хозяин города, ибо в ваших руках вся земля вокруг бухты! И новый порт вы решили строить очень своевременно. Как человек действительно благородный, властью не станете пользоваться во вред городу, а город обретет могучего защитника. Мы повесим ваш щит над городскими вратами! Всякий въезжающий будет знать, под чьей защитой город и принадлежащие ему земли. И поймет, что ваш меч настигнет любого, кто попытается захватить власть.

Мастер Пауэр добавил:

— Неважно, как захватить: силой или выборами. — Марсель кивнул:

— Уместное уточнение, мастер Пауэр. Сэр Ричард защитит в обоих случаях. Как уже защитил.

С шумом и гамом старейшины повалили из ратуши на площадь. Плотники уже подновили возвышение, а для торжественного случая покрыли красным полотном.

Меня чуть ли не под руки возвели повыше, глашатаи прокричали о новом постановлении городского совета, народ ликующе орал и бросал в воздух шапки.

Среди наблюдающих за церемонией я углядел группу моряков с капитаном Яргардом. Все почти трезвые, то ли пропившие всё-всё, то ли морской закон велит утром выходить в море только с ясной головой.

Яргард перехватил мой взгляд и поклонился, разведя руками в жесте сильнейшего удивления. Мол, собирался везти за море убегающего от каких-то преступлений бродягу, а увезет самого бургграфа. То ли еще будет, сказал я ему взглядом. Путь через океан... неблизкий.

Рядом с капитаном Иварт, боцман, послюнил указательный палец и вскинул вверх. Сердце мое дрогнуло: так готовые к отплытию моряки определяют направление ветра. Он посмотрел на меня внимательно, в глазах я увидел вопрос.

Вдруг шум толпы перекрыл грозный топот множества подкованных коней. Со стороны городских врат в нашу сторону несется, замедляя бег, сотня хорошо вооруженных всадников. Во главе капитан Кренкель, усталый и покрытый толстым слоем пыли.

Им дали дорогу, Кренкель подъехал к самому помосту. Марсель поманил его пальцем, Кренкель покинул седло и взбежал по ступенькам к нам. Я всё время чувствовал на себе его настороженный взгляд, вряд ли понравится оказаться под рукой сильного лорда. Лицо суровое, раздраженное, но я больше насторожился, когда губы капитана раздвинулись в иронической усмешке, а глаза блеснули, будто увидел меня с расстегнутой ширинкой.

Я поинтересовался негромко:

— И что вас так развеселило, капитан?

— Да так, — ответил он чересчур равнодушным тоном, — вспомнил что-то... веселое.

— Что? — спросил я с растущим подозрением.

— Да вдруг подумал, а удобно ли было с каменным кинжалом в заднице? Кстати, глубоко его святой Мартин загнал?

Лицо его оставалось серьезным, только в глазах поблескивала издевка. Я буркнул:

— Капитан, вы... того, больше за порядком следите, чем за задницами. Особенно, вышестоящих и облеченных народным доверием лиц. Я за время вашей беготни за шайками вне стен города упразднил отдельную охрану городского совета, то бишь милицию. Все виды охраны лягут на ваши плечи. Не до хи-хи будет.

Он посерьезнел. На этот раз посмотрел, как воин на лорда, за которым уже идет в бой.

— Слушаюсь, сэр бургграф!.. Пока слишком далеко не разбежались, я отберу лучших и возьму в городскую охрану.

— Действуй, — сказал я и добавил ехидно: — Не спи.

Он отсалютовал, спрыгнул с помоста прямо в седло своего коня. Его окружили всадники, он сразу же начал давать распоряжения, трое начали поспешно выбираться из толпы.

Я повернулся к Марселю, улыбнулся Пауэру, пожал руку Югарсону.

— У вас много дел, а мне... мне пора подготовиться к отъезду. И попрощаться с госпожой Амелией. Еще увидимся!

Он не успел ответить, я поспешил, подражая Кренкелю, спрыгнуть с помоста в седло. Зайчик тихонько ржанул, уже пару минут как оттеснил народ, едва услышал тихий свист, я похлопал его по шее, и мы начали выбираться из толпы.

На этот раз, осмелев, к нему тянулись, хлопали по крупу, гладили бока. Даже страшного Пса кто-то решился коснуться, а потом громко бахвалился своей невиданной отвагой.