Врата Порядка - Дмитрий Казаков

– Около этой воронки … – он помедлил. – Кстати, если ты не заметила, у ее острия высятся какие-то здания. Там наверняка живут эти, постигшие мудрость Хаоса. Еще бы ее тут не постичь…

Илна вгляделась в то, что приняла за причудливой формы скалы, и поняла, что это громадные строения, выглядящие так, будто выросли прямо из спекшейся, красноватой земли.

– Похожи на святилища, – заметила девушка.

– Судя по всему, это они и есть. Только молитвы там возносят совсем не Владыке-Порядку…

Пока ели, окончательно стемнело, небо почернело, став похожим на старую, вытершуюся волчью шкуру. Во мраке стало ясно, что воронка светится, источает едва заметное алое сияние.

Луна и звезды так и не показались, и Илна с трепетом подумала, что в этих местах неба не видели столетиями.

– Ну что, пойдем? – сказал Хорст, поднимаясь, и глаза его забегали. – И спасибо за то, что ты… ну, тащила меня.

– Не за что, – ответила дочь редара. – Надеюсь, что больше не придется.

Бывший сапожник криво усмехнулся.

Через десяток шагов он понял, что беспамятство не помогло восстановить силы, а еще через сотню – что далеко не уйдет, довольно быстро свалится под ноги идущей позади Илны.

И осознание собственной беспомощности заставило Хорста разозлиться. Он закусил губу так, что по подбородку сползла капелька крови, и двинулся вперед, как человек, ломящийся через бурю.

Каждый шаг отдавался неприятным хрустом в суставах, сердце екало, в груди сипело. Все сильнее грохотали волны неощутимого для обычных людей океана, составленного из боли, мучений и страданий…

Хорст терпел, заставлял себя преодолевать размах за размахом.

– Э… что такое, клянусь Творцом-Порядком? – из-за спины прозвучал изумленный голос Илны и в тот же момент бывший сапожник осознал, что переступает ногами, не двигаясь с места.

Светящаяся багровым воронка, громадным прыщом свешивающаяся с небосклона, приблизилась, но до нее оставалось не меньше половины хода.

– Дальше меня не пустит, – сказал Хорст, восстановив дыхание, – слишком много во мне Порядка. Буду открывать Врата здесь…

– А мне что делать?

– Комаров отгоняй, – посоветовал бывший сапожник и потянулся к висящему на поясе мешку, где таскал Ключ.

Шкатулка из темного дерева показалась тяжелой и горячей, как наковальня. Хорст нащупал крохотный замочек и, мгновение помедлив, просто оторвал его. Крышка отошла с едва различимым скрежетом.

Хлынувший из шкатулки свет заставил веки опуститься, но ощутившее сияние тело встрепенулось все целиком, от мозолей на пятках до волос на макушке. По спине табунами побежали мурашки, в животе что-то затряслось, по жилам словно хлынула волна жидкого огня.

Ахнула Илна, но Хорст не обратил на нее внимания. Открыв глаза, он запустил руку во внутренности шкатулки, нащупал что-то холодное.

Ключ – причудливо изогнутый кусок золотистого металла – мало напоминал предмет для открывания замков, больше походил на оружие. Он жег руку, и касающиеся блестящей поверхности пальцы немели.

– Начали, – прошептал Хорст, и Ключ откликнулся.

Что-то встряхнуло бывшего сапожника, как медведь – увешанную спелыми плодами грушу, в груди неприятно хрустнуло, и окостеневшее тело перестало слушаться хозяина.

Он шевелился, говорил, двигал Ключом, но из происходящего не понимал ничего. Только чувствовал, как усиливается зуд по всему телу, и замечал, как вокруг становится светлее.

Бросить взгляд по сторонам удавалось редко, и в эти моменты Хорст видел замершую поодаль Илну, землю под ногами, перевернутую гору воронки Хаоса и далекое темное небо…

Услышав крик дочери редара, он ухитрился скосить взгляд, краем глаз рассмотрел приближающиеся со стороны воронки черные тени. Но через мгновение бывшего сапожника развернуло в другую сторону и ноги его принялись выделывать что-то вроде сложного танца.

В этот момент Хорст не отбился бы и от комара.

– Разрази меня Творец-Порядок, – сказала Илна, глядя на приближающихся вигоров. – Все на одну, да?

В том, что стоит ждать гостей, дочь редара уверилась в тот момент, когда Хорст засветился, как чудовищных размеров светляк, а от Ключа в его руке к небу протянулся язык синего пламени длиной размахов в пять.

Такое представление из расположенных у подножия воронки святилищ не заметил бы только слепой, а постигшие мудрость Хаоса безглазыми не были.

Сотканная из пылающего льда статуя, ничем не напоминающая бывшего сапожника, совершала нелепые прыжки за спиной Илны, и дочь редара понимала, что сражаться ей придется в одиночестве.

И что она сделает все, чтобы не пустить вигоров к Хорсту.

– Эй, пучеглазые! – крикнула девушка, поднимая меч. – Я здесь!

– Харрубл! – прорычал самый большой из вигоров, похожий на откормленного пса, и двое его сородичей бросились вперед.

Первый наткнулся на меч Илны, упал на бегу, точно споткнулся, выточенный из рога какого-то зверя клинок выпал из ослабевшей руки. Второй рухнул мгновением позже, и дочь редара счастливо рассмеялась, глядя, как в черных глазах вигоров замерцал страх.

Она понимала, что не продержится долго, но осознавала, что каждое мгновение может оказаться важным…

Поэтому не стала выжидать, а бросилась вперед, на ошеломленных врагов. Их предводитель успел отскочить, но удар пришелся в грудь стоящему рядом, брызнула слизь, к небесам взвился обиженный вой…

Илна увернулась от падающей на голову дубинки, отскочила назад и махнула клинком, не подпуская никого близко.

Вигоры надвигались, она рубила отчаянно, вертелась, как белка в колесе. Пыталась разглядеть, прорвался ли кто-нибудь мимо нее к Хорсту, похожему в этот момент на светящуюся башню, и понимала, что не успевает сдержать всех, что руки дрожат, а ноги подкашиваются…

Ударившая в спину боль оказалась такой страшной, что крик застрял в горле.

Илна опустилась на колени, из последних сил пытаясь ткнуть мечом, но что-то тяжелое рухнуло ей на голову.

Последним, что видела дочь редара, оказалось падающее на нее небо.

Весящий как гора Ключ потянул руку Хорста за собой, развернул его, и бывший сапожник с ужасом увидел, что Илна медленно, точно во сне, падает на черную, спекшуюся землю.

Ярость заставила Сына Порядка дернуться, но человеческая боль, тоска и гнев мгновенно улетучились, испарились как упавшая в пожар капля воды, стоило Ключу войти в Замок.

Через Хорста хлынул поток яростного огня, и ринувшиеся к Сыну Порядка вигоры в испуге отшатнулись.

Бывшего сапожника трясло, колыхало и мотало, как нитку в потоке воздуха, и Ключ в руке двигался с невероятной медлительностью, точно раздвигал земные пласты, разрывал плоть мира.