Кофейные истории - Софья Ролдугина

– Это не у гаражей дребезжало? – оглянулась я, взбивая расческой волосы. Не поднимать же Эвани из-за такого пустяка.

– Оттуда, оттуда, леди Виржиния. – На бедную Магду было жалко смотреть. – Ох, вы бы не волновались так, леди Виржиния! Пошумело, пошумело и замолчало. Шестой час утра, куда еще вставать!

– Шестой? Что ж, для сна мне семи часов хватит, – резонно рассудила я. – Магда, думаю, Стефана будить не стоит. Не пройдете со мной к гаражу?

– Пройти-то пройду, а что, ежели там дурень какой засел? – горестно вздохнула женщина. – Может, кого из садовников позвать?

– Не стоит, – покачала головой я и внезапно осознала, на что был похож злополучный грохот.

На рев мотора второго автомобиля, газолинового.

Что ж, «дурень», способный завести дряхлую развалину и исчезнуть в утреннем тумане, был в моем доме только один, и в гаражах он распоряжался с полным на это правом.

Предположения оказались верны. Исчез и старый автомобиль на газолине, и Лайзо, причем Стефан, которого Магда все-таки подняла на ноги, не знал, куда подевался «мистер водитель». И вместо того, чтобы рассердиться, я обеспокоилась:

– А «Бейкер» на месте, Стефан?

– Да, да, леди Виржиния. Извольте посмотреть.

– Вижу. А это что?

– Это аккумулятор к генератору притыкнут! – гордо встрял в разговор один из младших садовников, мальчик с простоватым на первый взгляд лицом. – Ну, это… мне мистер так говорил, – смутился он под моим взглядом и ковырнул мыском земляной пол.

Я вздохнула.

– Что ж, теперь мне ясно, что произошло. Видимо, заряд кончился, и «Бейкер» пришлось поставить в гараж, а вместо него взять старый автомобиль. Остается только выяснить, зачем мистеру Маноле это понадобилось. – «И не случилось ли чего с Эрвином», – мысленно закончила я, а вслух продолжила: – Стефан, Томас, час пока ранний, думаю, вы вполне можете вернуться в свои комнаты. Магда, кофе и печенье мне в кабинет.

– Вы что ж это, работать собираетесь? – неподдельно огорчилась горничная, которую мои ночные бдения над документами до сих пор пугали.

– Почему бы и нет, раз уж я выспалась. И вот еще что. Если появится мистер Норманн, срочно сообщите мне, а его проводите прямо в гостиную.

– Ему было назначено? – дотошно поинтересовался Стефан.

– Нет, но нисколько не сомневаюсь, что сегодня мы непременно увидимся. Определенно случилось что-то неприятное, а где неприятности – там и мистер Норманн.

И, несмотря на скептические взгляды слуг, вышло именно так, как я говорила.

Детектив появился у ворот особняка без четверти восемь, когда сквозь вату утреннего тумана стали пробиваться первые звуки пробуждающегося города. Судя по раннему времени визита, Эллис всю ночь провел на ногах, и поэтому я сначала приказала подать ему в гостиную кофе и только потом спустилась сама.

– Вот спасибо, очень кстати пришлось. – Эллис отсалютовал мне чашкой и устало улыбнулся. – Доброго утра вам, Виржиния. Ночь-то вышла совсем не доброй.

– И что же случилось?

– Эрвин Калле пропал. Удрал из-под носа у этих идиотов. – От раздражения Эллис сделал слишком большой глоток, поперхнулся и закашлялся. – Нет, правду говорят: если хочешь, чтобы все было сделано правильно, сделай это сам.

– Думаете, Эрвин… – Сердце у меня затрепыхалось, как испуганная пичуга.

– Нет, – мотнул головой Эллис. – Не думаю. Кстати, пропала и невеста Харрингтона. А я по дороге забежал в лабораторию Управления. Что ж, спешу вас обрадовать – у нашего художника в крови обнаружились те же вещества, что и у его покойного друга…

– Да разве же это радость! – оборвала я его. – Эллис, вы не в игры играете, на кону – человеческая жизнь. Потом вернемся к этой «невесте», скажите лучше, что я могу сделать, чтобы помочь найти Эрвина Калле.

– Ничего, – пожал плечами Эллис. – Просто прикажите слугам здесь и в кофейне задержать художника, если он появится. Ум его находится в самом сумрачном состоянии. Я допросил вашего Георга, так он сказал, что Эрвин постоянно что-то бормотал себе под нос и был необычайно послушен. Зашел в кухню, сел на стул в углу, но стоило только помянуть «гусей» – и он забеспокоился. И как только остался без присмотра – сбежал. С тех пор его ищут.

– У вас есть предположения, где он может быть? – быстро спросила я. Эллис только устало потер виски.

– Конечно. И большую часть из них мы уже проверили. А вот почему он себя повел так странно, я даже угадывать не берусь. Конечно, наиболее вероятны два варианта. Первый – девица попыталась довести его до самоубийства, но безуспешно. Второй – художник сам убил преступницу и в приступе раскаяния помешался.

– Звучит, как в дешевом романе.

– Наша жизнь, Виржиния, и есть дешевый роман… Спасибо за кофе, но мне пора идти. – Эллис поднялся и принялся отряхивать рубашку от крошек – кексы удались повару на славу, детектив проглотил все три и не заметил. – Помните о моей просьбе. А я сейчас еще раз наведаюсь в мастерскую Калле: вдруг мы что-то упустили при первой проверке.

– Я иду с вами, – решительно поднялась я вслед за ним.

– Нет, не идете.

– Нет, иду. Вам нужен свежий взгляд.

– Свежий взгляд близорукого ничуть не полезней утомленного взгляда здорового человека, Виржиния.

– Мне нравится ваша метафора, Эллис, однако я иду. Не могу просто сидеть на месте, когда такое происходит. Да.

– Нет.

– Да.

– Нет.

– Два.

– Что?!

– Два хайрейна.

– Четыре.

– Два с половиной.

– Три.

– Ну, договорились!

Эллис по привычке протянул руку, а я, ничуть не сомневаясь, пожала ее. И только потом заметила мистера Спенсера с кипой бумаг в руках, застывшего в дверях, будто аллегория Изумления с полотен Марински.

Я собрала весь свой графский апломб и ослепительно улыбнулась управляющему:

– У вас какое-то срочное дело, мистер Спенсер?

И надо отдать должное этому потрясающему человеку – он опомнился всего через полминуты.

– Письмо от мистера Юстина, леди.

– Прекрасно. Отнесите его в мой кабинет. Посмотрю, как только вернусь. Магда, будьте любезны, мой плащ и зонтик-трость! И шляпку, разумеется.

Оказалось, что на улице нас ждал кэб. За простой, разумеется, пришлось расплатиться мне. Благо я уже знала, чего ждать от Эллиса, и захватила с собой достаточно мелких монет. Дороги были пустыми из-за раннего времени или тумана, и казалось, что город вымер. Только изредка на обочине можно было заметить человеческие фигуры, больше напоминавшие призраки или миражи – женщину в черном платке, или сгорбившегося мужчину, или ребенка, толкающего перед собой на тележке огромный бидон с молоком, или пожилую чету, неспешно бредущую в сторону Эйвона; бледно-красные перья на шляпке дамы горделиво покачивались и, словно угли, горели в молоке тумана.