Трое в песках - Юрий Никитин

— Это крохи. Потом уразумели, что вас нет…

— Как? — не утерпел Олег.

— Вы не высовывались, — ответил Гольш просто. — А про васизвестно, что не утерпели бы. Вы — простые, вас раскусили быстро. А раз так, точасть осталась осаждать башню, чтобы я не ускользнул… и не помог вам, а другие— за вами.

Олег наморщил лоб.

— Лиловая туча неслась за нами как лавина! Мы как раз вошлив круг ящероеда…

Гольш поднял брови в изумлении:

— Он отправил вас через магический круг?

— На ковре бы нас догнала туча, — произнес Олег медленно. —Так вот почему он так спешил от нас избавиться. В драке мы бы разнесли ему иостатки оазиса!

После обеда Мрак и Таргитай возлежали на мягких диванах, Лискамылась и чистилась с таким остервенением, словно намерилась содрать шкуру.Гольш и Олег стояли у окна. Гольш объяснял:

— Видишь дрожит воздух? Но земля не прогрета, верно?

— Верно, — ответил Олег неуверенно. — Ну и что?

С дивана раздался прежний жизнерадостный голос:

— Батя, ему чего-нибудь попроще, а не охотничью мудрость!Олег, воздух дрожит над спящим медведем в траве, над лосем, над коровой… НадЗмеем не дрожит. Змей — это большая холодная жаба с крыльями!

Олег всмотрелся.

— Так затаились враги? Но там ни оврага, ни кустов.

— Незримыми их делает колдовство. Их не вижу даже я, знатокмагии, но я вижу, что на милю вокруг не скачут птицы, нет зайцев, вижу, гдевнезапно умолкают кузнечики, а бабочки срываются всей стаей…

Мрак пробасил одобрительно:

— Добро, батя! Не угораздило бы тебя нелегкая в колдуны, тыбы с охоты всегда возвращался с добычей.

Гольш благоговейно рассматривал Жезл, ласкал взглядом,бережно притрагивался самыми кончиками пальцев. Жезл лежал на низком столике,воздух потрескивал крохотными искрами. Когда сумерки сгустились, вокруготполированного набалдашника стало заметно слабое свечение.

— Не гнилушка, а светится, — сказал Мрак с легкимудивлением. — Наверное, жуки засидели.

— Теперь можете воспользоваться этой мощью, — сказал Олег,он требовательно смотрел в глаза старого мага. — Останови Зло!

Все четверо не сводили с Гольша глаз. Тот грустно улыбалсясамыми краешками губ, ввалившиеся за этот месяц глаза стали печальными.

— Остановить… — повторил он медленно. — Можно было быпопытаться… если бы… если бы!

Он обвел взглядом серьезные лица. Смотрят требовательно,настороженно, но лица как вырезаны из того же Прадуба. Суровые, потерявшие запутешествие в Гиперборею юношеские овалы, припухлости. У Мрака у ртапрорезались глубокие складки, молодой волхв и дудошник посуровели, сталижестче. В движениях появилась экономная скупость.

— Жезл не обладает полной мощью без Пракамня, — сказал оннаконец. — А Пракамень… там же в Гиперборее. Только в другой стране — Славии.На острове. Я не знаю, где это, но слыхивал, что страна обильна чудесами. Водазимой становится твердой как камень, по ней можно даже ходить, с небес сыплютсябелые перья… и много других несуразиц, в которые верить просвещенному магунелепо.

Мрак первым очнулся от удара, рявкнул злым голосом:

— Это что ж, нам переть еще раз?

Гольш сказал поникшим голосом:

— Только мудрый знает, что ежели задумал выполнить дело замесяц, клади два, ежели задумал перейти две реки, то придется перейти пять,если думаешь обойтись одним зубом, то выбьют челюсть… Всяк говорит: что ежелибы ведал, что так будет трудно, то и не брался бы… К счастью, человеку не дановидеть будущее.

Олег вскочил, в два прыжка оказался у окна. Спросил, необорачиваясь:

— Они знают, что Жезл без нужного камешка?

— Нас бы уже смели в пыль, если бы знали. Я снял защиту,открыв двери для вас. Нас всех можно было брать голыми руками. Но они видели —вы несли Жезл! Сейчас там паника, я вижу.

Олег обернулся, его глаза были внимательными.

— Надолго ли?

Гольш наклонил голову.

— Ты научился многому, хватаешь на лету. Да, скоро поймут,что вы принесли пустые ножны, а меча нет.

Олег перевел взгляд на лица друзей.

— Все поняли?

Мрак проворчал медленно, словно ворочал тяжелые камни:

— Это даже Тарх поймет. Пусть меня берут голыми руками, ноне сдвинусь с места, пока не отъемся, отосплюсь и пере трахаю всех девок.

— Здесь нет девок, — напомнил Олег сурово. — Волк крадет исчитанных овец, а маги бьют как лежачих, так и сонных и даже ленивых. Даже еслипуть за Пракамнем так же труден, я лучше сгину в пути, чем дождусь ножамясника.

— Размечтался, — сказал Мрак грубо. — Не видно, что чемдальше, тем страшнее? Тоже мне, волхв!

Таргитай переводил непонимающий взгляд с одного на другого.

— Хлопцы, вы о чем? Чудно как-то говорите, простому невру непонять, а я ж простой и даже очень простой…

— Вставай-вставай, — сказал Мрак, сам однако не сдвигаясь сместа. — Олег говорит, что надо сбегать в Гиперборею еще разок. Только в другойугол. На островок посреди моря. Камешек там, видите ли, завалялся. Без этогокамешка ну не идет ни колдовство, ни ведовство, ни волхование, а уж суп сваритьи думать неча!

— Да мы уже поели, — ответил Таргитай непонимающе. — Правда,супа не было, это ты верно заметил… Но я и без супа наелся, из ушей выплескивается.Хотя, конечно, если суп хороший…

Мрак выглянул в окно, нахмурился.

— А где наше жабка с крылышками?

— Ты ж сам ее распорядился поставить в стойло, — напомнилТаргитай наивно.

— Упорхнула жабка, — бросил Олег хмуро. — Мы слезли,заклятие слезло тоже. Издохнет по дороге обратно, больно отощала.

Мрак почесал в затылке, на лице была смесь сочувствия,облегчения и досады. Издохнет, хорошо — Змей все-таки, но малость жалко. СвойЗмей, летел по небу, как лось над будяками в весенний гон, только что не трубили не ржал.

— А как выскользнем? — спросил Олег. Лицо волхва сталонепривычно строгим, а голос требовательным.

— Не знаю, — ответил Гольш несчастным голосом. — На своюбеду воротились, герои! Я, по чести, надеялся, что вас уже не увижу — добылиЖезл или нет. Где-то могли бы еще уцелеть, а здесь…

— Этого мы не могли, — ответил Таргитай ясным чистымголосом.