Маг крестоносец - Кристофер Сташеф

Балкис по-прежнему выглядела не слишком уверенно, а Мэт радовался тому, что появилась хоть какая-то определенность. Он взял Балкис за руку и повернулся, чтобы уйти, но что-то остановило его, и он сочувственно обратился к Фортуне:

— Ты могла бы... пойти с нами... если хочешь.

Во взгляде Лакшми мелькнула тревога. Балкис втянула голову в плечи, а Фортуна, не скрывая страха, попятилась.

— Уйти? Выйти из этой пещеры? О нет, я не могу! Я не смею... Там со мной может случиться все, что угодно. Одному Богу известно, какие чудовища обитают за пределами моей пещеры! Уйти отсюда? О нет, нет! — в страхе вскричала она, закрыла лицо руками и прижалась спиной к стене.

Прежде Мэту никогда не случалось видеть кого-либо, страдавшего тяжелой формой агорафобии, но он понял, что сейчас перед ним именно такой случай.

— Не бойся, никто не заставит тебя пойти с нами. Все в порядке, ты можешь остаться здесь.

— Правда? — Фортуна немного осмелела, опустила руки. — Я могу остаться в своей пещере? О, но как я тоскую по внешнему миру, по высокому небу, по холмам и равнинам! — Глаза ее заволокло слезами. — Как бы мне хотелось вновь увидеть все это! Но... но я не смею.

— А когда-то ты жила не в пещере? — удивленно поинтересовался Мэт.

— О да! Были пастушьи племена, которые почитали меня богиней, и у каждого племени было святилище в мою честь. Но эти племена рассеялись, их погубили те самые варвары, которые ныне грозят калифу. Некоторые из них поселились в Междуречье, выстроили города и забыли обо мне. Не стало более алтарей Фортуны, никто не стал приносить мне дары даже в виде лепешек, и вот тогда я спряталась здесь, изготовила это множество колесиков, дабы с их помощью следить за коловращением человеческих жизней. — Фортуна отошла от стены. Глаза ее по-прежнему были залиты слезами. — Все-таки люди удивительны, — покачав головой, сказала она. — Мудрость у вас сочетается с глупостью, отвага — с трусостью, благородство — с грубостью, да и кроме этого, вы обладаете всем набором разнообразных качеств. — Она глубоко вздохнула, встряхнулась... и голову ее снова обрамили пышные кудряшки, и фигура снова стала полной. — Нет, — проговорила она с сожалением, — спасибо вам, друзья мои. Я останусь здесь.

— Как пожелаешь, — с сочувственной улыбкой сказала Лакшми. — Ну а мы постараемся на обратном пути снова навестить тебя.

— Непременно, непременно! — радостно закивала Фортуна. — С нетерпением буду ждать вас. А теперь — прощайте! — Она стремительно подошла к стене, остановила одно из вращавшихся колесиков и вонзила в него дротик. В это же мгновение всю компанию подхватило сильнейшим порывом ветра, и Лакшми еле успела подхватить под мышки Мэта и преобразившуюся в кошку Балкис. Мир снова превратился в многоцветный калейдоскоп.

Когда торнадо, цветовая гамма которого сделала бы честь компании «Текниколор», унялся, Мэт посмотрел вверх и понял, что смотрит вниз. Лакшми держала его вниз головой, а острые вершины Гиндукуша стремительно надвигались.

— Эй! — сдавленно крикнул Мэт. — Час от часу не легче! Зачем ты меня перевернула!

— Ой, перестань капризничать, — сердито отозвалась Лакшми, сделала в воздухе плавный поворот и окликнула супруга:

— Марудин! Летим прямо на север!

Джинн молча кивнул и развернулся в указанном женой направлении.

Только после этого Лакшми сжалилась над Мэтом и перевернула его головой вверх. Мэта от резкой перемены положения затошнило, но уж с тошнотой он был готов смириться, как с наименьшим из двух зол.

Поборов тошноту, Мэт спросил у Лакшми:

— Ты уже знаешь, куда мы направляемся?

— На поиски того города, где мы сможем найти Арьяспа. Кажется, у людей есть такое слово «штаб».

Мэт задумался.

— Если учесть, что большая часть воинов Орды — кочевники, то их столица должна представлять собой большую стоянку с множеством шатров. Однако мне кажется, что прямо к нему лететь опасно.

— Опасно? Ты о чем? — нахмурилась джинна.

— Он понимает, что мы обязательно станем его искать, — объяснил Мэт. — По крайней мере он должен подозревать, что это возможно, и потому он начеку. Почти наверняка он разослал лазутчиков, а может быть, даже велел колдунам нести магическую стражу.

— Хочешь сказать, что он заранее узнает о нашем приближении и успеет подготовиться к отражению нашей магической атаки? — проговорила Лакшми. — Но ведь нам так или иначе придется с ним встретиться. И как же ты намереваешься обмануть его?

— Пусть думает, что мы не его ищем, что у нас — другая цель. Давай приземлимся в каком-нибудь городе по пути, если нам попадется такой город.

— Конечно. Самарканд, — более уверенно отозвалась Лакшми. — Остановимся там. Наверняка хоть кто-нибудь там знает, где искать Арьяспа. Может быть, нам удастся замаскироваться.

— Может быть, — кивнул Мэт, но думал он вовсе не о маскараде, а о городе под названием Самарканд. Самарканд! Один из сказочных, легендарных городов Востока, разбогатевший из-за того, что через него пролегал Великий шелковый путь — караванная дорога, ведущая через Центральную Азию. Мог ли он мечтать о том, что ему доведется побывать в этом городе!

* * *

Лакшми приземлилась на склоне холма неподалеку от города. Самарканд купался в лучах утреннего солнца. Казалось, все его здания вырезаны из слоновой кости — костяные кубики, параллелепипеды, купола, украшенные золотом.

Не все купола принадлежали мечетям. Среди них были и более гладкие полушария — купола христианских церквей. Минареты чередовались с загнутыми крышами пагод и напоминавшими муравейники буддийскими ступами.

— Самарканд! — восторженно ахнул Мэт. — Азиатский перекресток — так называли его, и он действительно таков! — Он обернулся к своим спутникам. — Пойдемте скорее в город!

— Надо бы переодеться, — напомнила ему Лакшми.

— Зачем переодеваться? — недоумевающе спросил Мэт. — Я одет по-персидски.

— Вот именно! — съязвила Лакшми. — А нам с Марудином что же, в таком виде и идти в город?

— А почему нет? — пожал плечами Мэт. — Наверняка вы будете не первыми арабами, которых увидят жители Самарканда. Если ты переживаешь за одежду, то напрасно. Это Самарканд, а не Тегеран. Даже мусульманские женщины здесь носят не паранджу, а только чадру.

— Спасибо, обрадовал, — буркнула Лакшми. — А как насчет лазутчиков, о которых ты говорил?

Тут Мэту пришлось призадуматься.

— Она правду говорит, — проворчал Марудин. — Наверняка Арьясп знает, что джинны способны увеличиваться и уменьшаться в размерах. Его лазутчики будут высматривать мужчину и женщину арабской внешности, одетых как мамлюк и танцовщица.

— А также мужчину-франка, — добавила Лакшми. — Но ты прав: тебя узнать не так просто, а Балкис всегда способна преобразиться в кошку.