Швея-чародейка - Ровенна Миллер

Двое из трех Красных колпаков уже сражались с дворянами на лестнице. Третий приближался к нам. Рука Теодора была на мече, но клинок застрял в ножнах. Герцог пытался вытащить его. Я отступила еще на шаг и упала. Мои изящные башмачки поскользнулись на покрытой пылью лестнице. Я откинулась назад, руками ощупывая мрамор в поисках равновесия. И тут мои пальцы наткнулись на большой камень.

Я взяла его и поднялась на ноги. Красный колпак – коренастый блондин, похожий на многих парней, с которыми работал Кристос, – почти добрался до Теодора, меч которого по-прежнему находился в ножнах. Герцог отступил и встал рядом со мной. Разочарование и страх исказили его лицо.

Я сжала камень крепче в руке.

У Красного колпака был длинный нож, который выглядел опасным. Меня охватила ярость. Я не могу позволить этому человеку навредить Теодору. Я не позволю ему тронуть меня. За несколько секунд парень одолел последние ступени, разделявшие нас. Я метнулась вперед и ударила его камнем – прямо в висок. На краткий миг наши взгляды встретились – как раз перед тем, как мое самодельное оружие вошло в контакт с его головой. Моя грудь напряглась. Затем раздался хруст черепа. Он упал на пол, и тонкая струйка крови зазмеилась по его лицу и белой рубашке.

Я со сдавленным криком выронила камень. Теодор схватил мою руку и притянул меня к себе. На лестнице противников больше не было, но сражение внизу продолжалось. Схватка переместилась на одну сторону двора. Придворные, оголив церемониальные мечи, бились с Красными колпаками, вооруженными косами, ножами и дубинами. Гвардейцы, охранявшие дворец, отбивали атаку вместе со знатью. В рукопашном бою они не могли использовать ружья и поэтому сражались крюками и длинными ножами.

Мое дыхание застряло в горле. Теодор наконец вытащил меч из ножен и расправил плечи. Он сжал мою руку.

– Оставайся здесь. И помни, ты в безопасности.

Затем он сбежал вниз по ступеням и присоединился к сражению, которое шло в основном на дальней стороне дворика около служебного входа. Гвардейцы и знать теснили Красных колпаков. Образовалась линия сражения. Мятежники походили на волны, которые непрерывно подтачивают берег. Я видела, как Теодор присоединился к дворцовым стражам. Мои глаза следили за его медово-каштановой шевелюрой. Сама не осознавая того, я спустилась к подножию лестницы.

Посматривая то на сражавшихся мужчин, то на толпу женщин, зажатых на дальней стороне двора, я пробиралась вперед. Меня охватила дрожь. Мне было жаль, что камень выпал из моей руки. Я едва не споткнулась о ногу Красного колпака, который лежал, раскинувшись, на земле. Кровь под ним собиралась в лужу. Стоя над этим неподвижным телом, я увидела его повернутое вверх лицо.

Джек.

С моих губ сорвался крик – не от страха или горя, а от гнева. Он носил на груди алую ленту, как армейский сержант. Таков был его статус в атаке на балу Средизимья. Джек отвечал за резню во дворце. Возможно, он не хотел этого. Тем не менее мой «непутевый жених» носил ленту сержанта и командовал нападением на придворных, бежавших из бального зала.

Я встряхнула головой. Джек был хорошим парнем. За всю свою жизнь он не сделал ничего плохого. Неужели памфлеты моего брата превратили его сначала в бойца, а потом в холодный труп? Я пробиралась между тел, ругая революционеров, которые заставляли моих друзей убивать друг друга.

Виола поймала меня у лестницы и схватила за руку. На ее пурпурном платье выделялось большое пятно. Одна сережка отсутствовала.

– Не верю своим глазам, – сказала она.

Проследив ее взгляд, я увидела открытую дверь, ведущую в помещения для слуг. Ее придерживала мисс Вочант. В ее руке была связка ключей.

– Она знает здесь почти всех слуг. Наверное, взяла у кого-нибудь ключи. Эта маленькая… – Глаза Виолы потускнели от гнева. – Вот как мятежники пробрались во дворец. Они использовали служебные выходы.

Я вспомнила лабиринты лестниц и коридоров, которые соединяли комнаты для слуг. По ним меня в прошлый раз вели во дворец.

Звон металла о металл и крики распространялись над двориком. Сражение переходило в глубь двора. Женщины находились в большой опасности. Прорвавшись внутрь, Красные колпаки могли убить всех знатных людей. Я видела это намерение в глазах мужчины, которого ударила – вероятно, уже мертвого. К горлу подступила тошнота. Но они пришли сюда не ради потешной схватки, а для уничтожения знатных людей. Мятежники хотели убить всех придворных.

– В этом коридоре имеются большие комнаты? – спросила я.

– Да, – ответила Виола. – Но если бунтовщики…

– Забаррикадировавшись внутри, мы выиграем немного времени.

Мой голос затих, когда я увидела блеск тонкой рапиры, пронзившей грудь темноволосого парня из Красных колпаков. Желчь подступила к горлу, но я отогнала ее прочь.

– Времени, которое нам необходимо. Если гвардейцы прорвутся во дворец, революционеры не выстоят против такой силы.

Мятежники полагались на два отдельных, но перекликающихся плана – убийство короля в бальном зале и кровавую резню знати во внутреннем дворике. Возможно, они хотели убить других наследников, но я сомневалась в этом, наблюдая за рукопашным боем на покрытом кровью мраморном полу. Мое участие в плане Пьорда показалось вдруг очень незначительным. Чувство триумфа, порожденное отменой проклятия, быстро улетучилось. Неудача с убийством короля в бальном зале еще не означала, что они могут потерпеть поражение во всех своих начинаниях.

Виола кивнула и начала пробиваться через толпу к Аннетт и Мими. Те были относительно спокойны в окружении придворных. Виола пошепталась с Аннетт, и та направила женщин в длинный коридор. Королева взяла под руку пожилого джентльмена, который дрожал от возбуждения и рвался в бой.

Ближайшие ко мне дамы в шелке и вельвете оттолкнули меня в сторону и двинулись в коридор. Комнаты заполнились людьми, и двери закрылись на засовы. Я услышала скрип мебели, которую сдвигали с мест, чтобы заблокировать входы.

Бой продолжался. Ряды солдат и знати, сомкнувшиеся у дверей, мешали прибывавшим Красным колпакам прорвать оборону. Но количество придворных все уменьшалось, а число колпаков – несмотря на их потери – возрастало. К ним постоянно подходило подкрепление. Все больше и больше мятежников просачивалось во внутренний дворик по служебным лестницам и коридорам.

Передние двери оставались запертыми. Я не видела, чтобы Красные колпаки прибывали во дворик из еще каких-то проходов, помимо служебных. Мисс Вочант обеспечила им вход, но ее ключи использовались только в служебном секторе. Остальные сегменты дворца оставались закрытыми. Мы попали в ловушку, а Красные колпаки – в «бутылочное горлышко». Это было знаком того, что мы можем пережить эту ночь.

Большинство женщин скрылись в комнатах, выходивших в длинный коридор. Мими и Аннетт сопроводили последних дам в первую комнату слева – салон, украшенный гобеленами с павлиньими перьями, которые весело подмигивали в отражении света свечей.