Миледи и притворщик - Антонина Ванина

Я невольно посмотрела на него, он на меня. Кажется, между нами пробежала искра. Во всяком случае, я точно ощутила волнительное покалывание в теле, да и затуманенный взгляд Леона говорил об одном – этой ночью мы точно не будем спать.

Солнце уже клонилось к морю, небо багровело в закатных лучах, а вожделенной суши всё ещё не было видно на горизонте.

– Где Макенбаи? – начала я волноваться.

– Скоро покажется, – лениво отозвался Леон.

– В какой хоть стороне?

– Где-то впереди.

Его ответ навёл меня на нехорошие подозрения.

– Ты ведь никогда раньше не летал в этих краях?

– Ни разу, – охотно подтвердил он.

– И ты точно не знаешь, где находится Макенбаи?

– Эми, ну за кого ты меня принимаешь? Вот карта, вот Макенбаи. Всё я знаю.

Он подвинул мне хрустящий лист бумаги, но меня этот жест не убедил.

– То карта, а тут реальный ландшафт. Куда нам лететь? Может, надо взять правее? Или левее?

– Куколка, ну что ты так волнуешься? Сейчас солнце сядет, на Макенбаи включат огни на полосе, вот на них и полетим.

О, боги, с кем я связалась… Нет, раньше я точно не замечала за Леоном такой безалаберности. Даже если он сейчас просто надо мной подшучивает, то зря – после гибели Лориана я не способна понимать шутки на авиационные темы.

Солнечный диск окончательно скрылся за горизонтом. Как быстро на юге наступает кромешная тьма, я прекрасно знаю ещё по Камфуни. И вот за остеклением кабины виднеется только меркнущая полоска горизонта и больше ничего. Одна лишь чернота за бортом.

– Лео?..

– Всё хорошо, куколка. Скоро прилетим.

Я уже в это не особо верила. Спина вжалась в кресло. Я закрыла глаза и попыталась представить, что сейчас самая обыкновенная ночь, я просто сплю, а шум мотора – это вереница автомобилей, проезжающих за моим окном. Я спокойна, я не паникую, я не думаю о плохом…

Наконец Леон решил вызвать диспетчера по радиосвязи. И внезапно тот ему ответил! Моей радости не было предела, хоть я и пыталась не подавать виду.

Леон направил моноплан на первый круг, за ним последовал второй. Мы долго облетали невидимое море, прежде чем заметить в черноте два ряда сигнальных огней. Полоса. Наконец мы нашли Макенбаи!

Только оказавшись на земле, я поняла, как сильно устала за этот день. Безумный день! Пора бы отправиться в отель, благо, припозднившееся такси ещё не покинуло аэродром.

Взяв из-под задних сидений лишь дорожные сумки, мы сели в автомобиль, что за пять минут домчал нас до многоэтажного здания с подсвеченным неоновыми огнями фасадом.

Внутри обстановка до боли напоминала отель в Камфуни, где я прожила полгода. Одно лишь отличие: персонал здесь полностью состоял из сарпальцев, и одеты они были в длиннополые национальные наряды.

Получив ключи от забронированных издателем номеров, я с сожалением поняла, что жить мы с Леоном будем на разных этажах.

– Ну и жара здесь, – страдальчески выдохнул он, когда мы вошли в лифт.

– Разве?

– Да невыносимо просто. А ты разве не чувствуешь?

– Наверное, я привыкла к ней на Камфуни и уже не замечаю.

– Везёт тебе.

– Ничего, ты тоже скоро привыкнешь.

Тут двери лифта открылись, и я вышла в коридор, чтобы обернуться, одарить Леона взглядом искусительницы и сказать:

– До скорой встречи.

Дверцы медленно съехались, но я успела заметить в тающем проёме, как Леон нервно сглотнул. Он всё ещё помнит нашу кодовую фразу.

Зайдя в номер, я распаковала вещи, чтобы вынуть из сумки вечернее платье. Я взяла его в поездку специально для Леона. Как и ещё два наряда.

Приняв ванну, я разыскала в вещах косметичку и занялась макияжем. Никогда бы не стала терзаться в командировке такой ерундой, как мой внешний вид, но присутствие Леона всё изменило. Мне очень хотелось удивить его, увлечь, а потом соблазнить.

Сама не понимаю, откуда во мне такая тяга к доминированию над мужчиной, раньше я её не испытывала. Но раньше меня и не изводили своими алчными поползновениями доминантные самцы. Наверное, я просто пытаюсь стать похожей на них, чтобы научиться давать отпор. А может, я просто хочу всё в своей жизни держать под контролем? И что в этом плохого?

Во всеоружии я поднялась на этаж Леона и проследовала к его номеру. Дверь оказалась не заперта. В таинственном полумраке гостиной комнаты на журнальном столике поблёскивал наполненный бокал рядом с бутылкой бренди. Второго бокала рядом не было. И это очень подозрительно.

Я подошла к двери в спальню и обнаружила за ней живописную картину: Леон распластался на кровати полностью одетый и с мокрым полотенцем на лбу.

– Эми, эта жара меня доконает.

Так, кажется я не вовремя. Думала, провести ночь с желанным мужчиной, а он решил исстрадаться от духоты, высокой влажности и перегрева.

– Что, совсем плохо?

Я приблизилась к кровати и только теперь Леон открыл глаза, чтобы страдальчески выдохнуть:

– Эми, какая ты красавица…

Я присела рядом с Леоном и отчётливо ощутила запах алкоголя.

– Зачем ты пил? При жаре это противопоказано.

– Я думал, наоборот, станет легче. Всего то полбокала… А теперь башка раскалывается.

– Ты выбрал неправильное лекарство. Я знаю другой способ.

– Какой?

– Приложить кубики льда к шее. А когда тебе станет легче, – тут я склонилась над ним и прошептала, – я буду выкладывать эти кубики на твоём разгорячённом теле, пока ты не замёрзнешь и не начнёшь умолять меня согреть тебя.

Мои губы нависли над его губами в дразнящей близости. Могучая рука легла на мою талию и поползла вниз.

– Эми, как же долго я ждал тебя…

– Всего-то час.

– Нет, я не об этом.

Я выпрямилась, смерила Леона оценивающим взглядом и заключила:

– Тогда подожди ещё минут пять. Я схожу за льдом.

– Ты просто божественна… – продолжал он осыпать меня комплиментами

– Жди, – поднялась я с кровати, но Леон всё равно взял меня за руку и не хотел отпускать. – Я принесу тебе самое лучшее лекарство, а ты постарайся привести себя в порядок. Ты мне нужен в рабочем состоянии.

Я коварно улыбнулась и вышла из спальни. Кажется, я сумела произвести на Леона неизгладимое впечатление своей дерзостью. Пусть привыкает к новой Эмеран. Я буду с ним милосердна.

Пока я спускалась в бар за ведёрком со льдом, в голову полезли разные мысли. Сегодня у меня есть шанс решить главную проблему рода Бланмартелей – зачать наследника. И не абы от кого, а от дорогого мне мужчины. Если вернусь в Фонтелис в положении, никакой наследный принц, а уж тем более граф Гардельский не посмотрит больше в мою сторону. Я избавлюсь от многих проблем разом.