Затмение - Стефани Майер

– Кроме меня.

– Джейкоб, я бы не называла это поцелуем. По-моему, это было насилие.

– Ой! За что ты меня так!

Я пожала плечами: брать свои слова обратно не стану.

– Ведь я же извинился, – напомнил он.

– И я тебя простила… почти. Однако мои воспоминания от этого не изменились.

Джейкоб пробормотал нечто невнятное.

Мы замолчали: слышалось лишь размеренное дыхание Джейкоба и завывания ветра в верхушках деревьев. Рядом с нами из леса выросла отвесная скала: голый, шершавый камень. Мы пошли вдоль ее основания.

– А по-моему, это слишком опрометчиво, – внезапно выпалил Джейкоб.

– Не знаю, о чем ты, но ты не прав.

– Белла, ну сама подумай. Ты говоришь, что за всю жизнь целовалась всего с одним человеком – который на самом деле даже и не человек вовсе, – и на этом все? Откуда тебе знать, что это именно то, чего ты хочешь? Может, тебе стоит попробовать и другие варианты?

– Я точно знаю, чего хочу, – невозмутимо ответила я.

– Тогда тебе не повредит это проверить. Может, стоит попробовать поцеловать кого-то еще – просто ради сравнения… потому что случившееся в прошлый раз не считается. Можешь, например, меня поцеловать. Я согласен быть подопытным кроликом.

Джейкоб крепче прижал меня к груди – так, что наши лица сблизились. Он улыбался своей шутке, но я не собиралась рисковать.

– Джейк, не зарывайся. Честное слово, я не стану останавливать Эдварда, если он захочет выбить тебе зубы.

Панические нотки в моем голосе заставили Джейкоба улыбнуться еще шире.

– Если ты попросишь меня поцеловать тебя, то у него не будет оснований обижаться. Он сказал, что в таком случае можно.

– Попросить тебя? Да я скорее удавлюсь!

– Что-то ты сегодня не в духе.

– Интересно, с чего бы это?

– Иногда мне кажется, что как волка ты меня любишь больше.

– Иногда так оно и есть. Может быть, дело в том, что волки не умеют разговаривать?

Джейкоб задумчиво сжал губы.

– Нет, я думаю, дело не в этом. По-моему, тебе легче быть рядом со мной—волком, потому что тогда не нужно притворяться, будто тебя ко мне не тянет.

Я оторопела от такой наглости и заскрипела зубами.

Джейкоб услышал – его губы растянулись в торжествующей улыбке.

Прежде чем ответить, я медленно втянула в себя воздух.

– Нет. По-моему, все дело в том, что ты тогда теряешь дар речи.

Он вздохнул.

– Ты никогда не устаешь себе врать? Ведь не можешь же ты не знать, как остро ты ощущаешь мое присутствие – физически, я имею в виду.

– Джейкоб, да кто может не ощущать твоего присутствия – физически? – раздраженно спросила я. – Ты огромное чудовище, которое бесцеремонно вторгается в личное пространство окружающих.

– Я заставляю тебя нервничать. Но только в моем человеческом теле. Когда я волк, рядом со мной ты чувствуешь себя гораздо спокойнее.

– Нервничать – это одно, а раздражаться – совсем другое.

Джейкоб целую минуту не сводил с меня глаз. Он пошел медленно, и веселость исчезла с его лица. Глаза сузились и потемнели под нависшими бровями. Дыхание – такое ровное, когда он бежал, – участилось. Джейкоб склонился к моему лицу.

Я презрительно смотрела на него, точно зная, что он собирается сделать.

– Побереги зубы, – предостерегла я.

Джейкоб расхохотался и снова побежал.

– Сегодня вечером мне не до драки с твоим вампиром; хотя в любой другой день – пожалуйста. Но завтра нам обоим предстоит работа, и не хотелось бы вывести одного Каллена из строя.

На меня внезапно нахлынуло чувство вины.

– Знаю, знаю, – сказал Джейкоб, неверно истолковав выражение моего лица. – Ты думаешь он меня побьет.

Я не могла вымолвить ни слова: из-за меня у Калленов будет на одного бойца меньше. А если кто-то пострадает, потому что я такая неженка? Но если я проявлю храбрость, а Эдвард… нет, даже подумать об этом невозможно!

– Белла, да что с тобой? – С лица Джейкоба исчезла шутливая бравада: словно сняли маску, и под ней оказался тот Джейкоб, которого я знала. – Если мои слова тебя обидели, так ведь ты же знаешь, я просто пошутил. Ничего такого я не имел в виду… Эй, ты чего? Белла, не плачь, пожалуйста, – взмолился он.

Я постаралась взять себя в руки.

– Не буду плакать.

– Что я такого сказал?

– Ничего. Ничего такого ты не сказал. Это все я… Натворила кое-что.

Джейкоб в недоумении уставился на меня.

– Эдвард не будет завтра драться, – шепотом объяснила я. – Я заставила его остаться со мной. Вот такая я отчаянная трусиха.

Он нахмурился.

– Думаешь, уловка не сработает? Боишься, что они найдут тебя здесь? Ты знаешь что-то, чего я не знаю?

– Да нет же! Вовсе я этого не боюсь. Просто… я не могу позволить ему уйти. Если он не вернется… – Я вздрогнула и закрыла глаза, чтобы избежать этой мысли.

Джейкоб молчал.

Я прошептала, не открывая глаз:

– Если кто-то пострадает, то виновата буду только я. И даже если все останутся живы-здоровы… я все равно вела себя ужасно – и все ради того, чтобы заставить его остаться. Он, конечно, никогда не упрекнет меня за это, но я-то знаю, как скверно поступила.

Я призналась во всем, и мне немного полегчало. Хотя признаться я могла только Джейкобу.

Джейкоб фыркнул. Я открыла глаза: на его лице снова была маска.

– Он позволил тебе отговорить себя от драки? Ушам своим не верю! Лично я бы никогда на такое не согласился.

– Знаю, – вздохнула я.

– Но это еще ничего не значит, – вдруг пошел на попятную Джейкоб. – Не думай, что я люблю тебя меньше, чем он.

– Однако ты не остался бы, как бы я ни умоляла.

Джейкоб задумался. Интересно, станет ли он это отрицать? Мы оба прекрасно знали правду.

– Только потому, что я тебя лучше знаю, – наконец ответил Джейкоб. – Все пройдет как по маслу. И даже если бы ты попросила, а я сказал нет, то потом ты не стала бы на меня злиться.

– Если все пройдет как по маслу, то ты, пожалуй, прав. Злиться бы я не стала. Но пока тебя не будет рядом со мной, все это время я бы места себе не находила. С ума бы сходила от беспокойства.

– Почему? – хмуро спросил он. – Какая тебе разница, случится ли что-то со мной?

– Не говори так. Ты ведь знаешь, как много значишь для меня. Извини, это не то, чего ты хочешь, но так уж получилось. Ты мой лучший друг. По крайней мере, был им. И иногда остаешься… когда снимаешь маску.