Тигр в колодце - Филип Пулман

— Да, Эл? — отозвался Мендел, стоявший возле двери на кухню.

— Это Мендел! — завопил Пэрриш. — Знаменитый гангстерский главарь из Сохо! За него назначена награда!

Полицейский пришел в замешательство. Мендел сделал шаг вперед, и Пэрриш тут же умолк.

— Ну? — обратился Мендел к пришедшему. — Какие новости?

— Пару минут назад звонил один из людей Мойши Липмана. Он сказал, что дом на площади Фурнье — тот самый, за которым они следили… Он рухнул. Провалился под землю!

— Тот самый, где была мисс Локхарт? — обратился Джим к Менделу. — В Спайталфилдс?

Мендел кивнул. Констебль переводил взгляд с одного на другого и не знал, что ему делать, поэтому не успел схватить Джима, который выскользнул в дверь и бросился бежать.

— Остановите его! — закричал полицейский своим людям, но Джим легко улизнул от них.

Сара-Джейн знала, что он помчался прямиком в Спайталфилдс, и поняла, что осталась в доме за главную — ведь Мендел был здесь гостем. Поэтому после недолгого молчания она прокашлялась и предложила:

— Констебль, давайте сядем и спокойно обсудим сложившуюся ситуацию. Мистер Пэрриш явно что-то напутал, видите ли, он ударился головой. Давайте я приготовлю всем чаю.

На площади Фурнье еще никогда не собиралась такая толпа с тех пор, как в доме на углу прошла «Выставка чудес», где показывали настоящую русалку, принцессу готтентотов и мальчика-волка из Германии. Дождь прекратился, что вызвало всеобщий восторг, достигший своего пика, когда последняя стена дома наконец превратилась в руины.

Пожарные уже вытащили нескольких человек из-под обломков, но дом был огромным, и по толпе гуляли слухи: о громадном количестве слуг, о загадочном владельце-инвалиде, о странной машине внутри этого особняка, о потайных комнатах и криках, доносившихся оттуда посреди ночи…

И с каждой минутой эти слухи дополнялись все новыми выдумками.

Утром жители близлежащих домов наконец были допущены в свои владения и смогли одеться, пока пожарные проверяли строения на прочность. Репортеры из влиятельных газет опрашивали шефа пожарной службы, соседей и просто прохожих; художники делали наброски для граверов, которые в свою очередь изготавливали эстампы для еженедельных журналов; продавцы пирожков подвозили свои тележки; старая лошадь притащила повозку с горячим кофе, который шел нарасхват.

И все утро продолжались спасательные работы. Одного за другим из-под обломков доставали слуг. Трое были мертвы, еще шестеро ранены. По словам выживших, пропали пять человек: главный слуга, лакей, служанка, дворецкий и сам хозяин, мистер Ли.

У секретаря, герра Уинтерхалтера, была сломана ключица, однако он был в состоянии держаться на ногах, поэтому помогал полицейским опознавать слуг, которых доставали из-под завалов, и описывал план комнат дома, чтобы пожарным было легче искать.

Среди скопища праздных зевак стояла Маргарет Хэддоу. Рядом с ней за происходящим наблюдали Ребекка Мейер с перевязанной рукой и адвокат Джеймс Вентворт. Каждый раз, когда один из пожарных кричал, что нашел кого-то, они делали шаг вперед, и, затаив дыхание, старались через головы людей разглядеть, что происходит там, на развалинах, и каждый раз разочарованно вздыхали. Они практически не разговаривали друг с другом.

Маргарет почувствовала, как кто-то положил руку ей на плечо.

Она обернулась и увидела Джима — загоревшего, растрепанного, перепачканного, с угрюмым лицом. Мисс Хэддоу вскрикнула от удивления и схватила его за руку. Они знали друг друга с незапамятных времен, и ей очень захотелось обнять его.

— Ты знаешь, что происходит? — спросил она. — О, прости, это мисс Мейер, она присматривала за Харриет. А это мистер Вентворт, адвокат нашей фирмы. Когда ты вернулся?

Джим рассказал все, что случилось во Фруктовом доме.

— Когда я уходил, Пэрриш все еще был там. Сара-Джейн осталась. Мистер Вентворт, мне самому понадобится юрист: этот мерзавец успел вызвать полицию. Как, черт подери, простите, все это случилось?

Ребекка сказала что-то по-немецки. Мистер Вентворт перевел:

— Мистер Тейлор, вы не нашли девочку в Твикенхеме? Мисс Мейер очень беспокоится, она винит себя за то, что произошло.

— Скажите ей, что она здесь ни при чем. Насколько я знаю, мистер Голдберг послал три группы на поиски Харриет. Одна группа следила за этим местом, мистер Мендел приехал в Твикенхем, а сам мистер Голдберг отправился в Клэпхем. Раз ее нет здесь, и нет во Фруктовом доме…

Ребекка опять быстро заговорила. Джим расслышал имя «Голдберг» и взглянул на адвоката — его интриговал этот потрепанный человек с некрасивыми чертами лица и огненно-рыжей шевелюрой.

— По-видимому, — начал мистер Вентворт, — мистер Голдберг сегодня утром единолично предотвратил погром в еврейском квартале. Мисс Мейер слышала, что толпа хотела разгромить булочную в Уайтчапеле. Голдберг разбудил местных жителей, попросил стул, встал на него посреди улицы и стал говорить. И разъяренная толпа остановилась и слушала его! Весь Ист-Энд только об этом и говорит, Голдберг очень известен в тех кругах, мистер Тейлор. Но потом, как утверждает мисс Мейер, его арестовали.

— Арестовали? Его тоже? Но погодите, если он был в Уайтчапеле, значит, в Клэпхеме его быть не могло. Так, может быть…

В этот момент Маргарет вскрикнула и схватила адвоката за руку, указывая в сторону развалин.

Один из пожарных махал рукой. Он нагнулся, отбросил пару кирпичей, и из-под завала показалась голова, плечо, затем рука…

— Это не Салли. — Джим разочарованно опустил голову.

Но Ребекка закивала, ее лицо просветлело, она начала что-то очень быстро говорить по-немецки.

— Нет, это она! — воскликнул мистер Вентворт. — Мисс Мейер говорит, что Салли постриглась и покрасила волосы…

Джим не стал ждать. Растолкав людей впереди себя, он схватил какое-то одеяло, взобрался на руины, оттолкнул пожарного и увидел ее. Салли лежала на куче камней изможденная, исцарапанная, вся в синяках. Неожиданно она заметила Джима, застывшего всего в паре метров от нее.

— Посмотри, на кого ты похожа, — мягко сказал он. — Как не стыдно лазить по развалинам в одной ночной рубашке. Вот, накройся одеялом, держи…

Дрожащими руками она вцепилась в друга и с его помощью начала медленно спускаться с груды обломков.

— Где Харриет? — пробормотала Салли.

— Пока ищем.

Ей помогли спуститься на землю, чулки были разорваны, ноги разбиты в кровь, тут она увидела Маргарет, русскую девушку и полицейского.

А также человека с рукой на перевязи, который сказал с немецким акцентом:

— Да, это она. Полицейский взял ее за руку:

— Мисс Локхарт?

Они стояли на дороге, всего в двух метрах от ограждения, сдерживающего любопытную толпу. Маргарет попыталась дотянуться, но не смогла.