Таинственные земли - Дэйв Дункан

Рэп уже чувствовал, как колдовство действует на него, смягчает раздражение, нашептывает, что Андор – полезный друг, которому надо доверять.

– Убирайся! Нам не о чем говорить.

– Ошибаешься. Мы можем помочь друг другу. Послушай, Рэп, это не я продал тебя гоблинам. Это сделал Дарад. Я не хотел вызывать его, но у меня не было выхода.

– Ты заранее предвидел это… Андор оскорбился.

– Нет! Если бы я хотел натравить на тебя Дарада, я сделал бы это сразу, как только мы покинули Краснегар, верно? Бог Мужланов, я мог вызвать его в любой момент! Я медлил месяцами, когда мог поймать тебя в ловушку – в твоей комнате, в казарме охранников или в конюшне. Я и вправду надеялся, что мы благополучно проберемся сквозь леса. А на случай, если мы наткнемся на гоблинов, я, откровенно говоря, надеялся, что ты согласишься поделиться. – Он вздохнул. – Да, я охотился за твоим словом силы, но хотел поделиться своим, поверь мне!

Рэп знал, что, глядя в глаза Андору, ни за что не сумеет солгать ему. Он уставился на ненавистное весло, лежащее между ними.

– Не знаю я никакого слова силы!

– А Тинал считает иначе.

– Он ошибается. Андор вздохнул.

– Я же говорил тебе, Тинал лучше всех нас различает ложь. Он решил, что ты знаешь слово силы. Мне этого достаточно. Может, когда-то ты его не знал, но теперь знаешь.

Рэп не ответил. Он дрожал и понемногу коченел, и теперь в любую минуту Гатмор мог прикрикнуть на него, заставляя вернуться к работе. Внизу шумно спорили матросы, чистили, мыли, чинили или просто похрапывали, растянувшись на скамьях…

– Сагорн надеялся найти на Феерии еще несколько слов, – заметил Андор. – Что касается меня, то я игрок.

Наконец Рэп поднял голову и встретился с его искренним, участливым взглядом.

– Игрок?

Андор торжествующе улыбнулся.

– Ты – человек судьбы, дружище. Не знаю, что такое судьба, но, похоже, волшебство стягивается к тебе – ничего подобного я еще не видел, да и остальные тоже. Значит, на Феерии был маг? Или колдунья? И может, сам волшебник?

– Иди отсюда! – крикнул Рэп, стараясь преодолеть чары темных глаз. Вместо этого он уставился на туфли Андора с серебряными пряжками и услышал ненавистный смешок.

– Покамест мне не уйти далеко. Но когда мы доберемся до Кита, то увидимся снова. Нам с тобой придется потолковать. Я что-нибудь придумаю, чтобы вытащить тебя с этой лоханки, как помог попасть на нее. Пожалуй, стоит убедить нашего зеленокожего друга сделать карьеру моряка.

– Это будет нелегко.

– Может быть. Но, по-моему, Сагорн ошибся. Я считаю, что нам будет лучше всего держаться поближе к приятелю. Рэпу – так мы встретим множество колдунов. И может, кто-нибудь из них пожелает снять с нас заклятие.

– Рэп! – донесся снизу голос Гатмора. – А ну, шевелись! Рэп с трудом поднялся и нагнулся за проклятым веслом. Андор тоже встал.

– Для адепта эта работа не составила бы труда.

Рэп вскинул весло над головой, хмуро взглянул на собеседника и снова опустил весло на палубу, стараясь не заскулить от боли.

– Приходи попозже ко мне в каюту, – предложил Андор. – Я первым скажу тебе свое слово, обещаю. Сперва я, а потом придет твоя очередь.

Рэп снова вскинул весло, балансируя на накренившейся палубе, но на этот раз закрыл глаза. Вниз…

– Я скажу тебе свое слово первым, Рэп, если ты пообещаешь поделиться.

Вверх… А потом позовешь Дарада?

– Ты честный человек, Рэп. Я доверяю тебе. Вниз…

– Да, доверяю – даже если ты мне не веришь.

Вверх…

О Боги, это искушение! Андор был его другом в Краснегаре, когда больше никто не хотел говорить с ним. И потом, адепт запросто справился бы с этим чертовым веслом.

Вниз…

Наконец Андор устал и отошел.

Вверх…

Сквозь пот, заливающий глаза, Рэп смотрел ему вслед.

Вниз…

Если бы Андор простоял рядом еще несколько секунд, он добился бы своего.

Вверх…

Сопротивляться Андору Рэпу удавалось не лучше, чем бороться с Дарадом.

Вниз…

Год за годом «Танцор гроз» сновал между материком и Феерией. Умело пользуясь силой преобладающих ветров и борясь против преобладающих течений, в четырех плаваниях из пяти опытному моряку вроде Гнурра или Гатмора удавалось добраться из Мильфлера до Кита, почти не прибегая к помощи весел. Но на вторую ночь пребывания Рэпа на борту ветер переменился и задул с юго-востока, что случалось крайне редко. Четыре дня Гатмор держал галеру носом к востоку и северу, но такой курс никому не нравился. При такси погоде грести было немыслимо. Команда злилась, пассажиры изнывали от морской болезни.

С каждым днем Рэпу удавалось выдерживать все более долгую одинокую пытку с веслом. Он набирался сил, но и Гатмор становился все требовательнее, и Рэп развлекался ностальгическими воспоминаниями о старом сержанте Тосолине и его несложных испытаниях. Андор больше не досаждал ему, ибо Андор был импом, а импы – неважные мореплаватели. Рэп получил пассажирскую палубу в свое полное распоряжение и бездумно вскидывал над головой и опускал весло.

Даже Маленький Цыпленок редко виделся с ним. Как и следовало ожидать, гоблин вскоре стал чемпионом корабля по ручной борьбе, невольно позволив Кани выиграть ставку в размере годового жалованья в первых же двух боях. Никто не желал ставить против гоблина в третий раз. Матросы быстро сошлись во мнении, что гоблин – еще одно чудо природы. Они решили, что его сверхъестественная сила – характерная черта гоблинов и что следовало бы отправиться в поход по северным землям и добыть еще таких же силачей.

На «Танцоре гроз» плыло семеро пассажиров: Андор, престарелый епископ и его супруга; молодой красавец офицер который отправлялся навестить родителей; чопорная матрона с лошадиным лицом, автор известных романов, в чьи планы входило создание очередного шедевра о Феерии; викок, средних лет, совершающий свадебное путешествие с юной женой. Очевидно, все они были богаты, иначе не могли б, позволить себе оплатить проезд. Но кроме того, все пассажиры отличались либо отвагой, либо глупостью, ибо, путешествуя между материком и Феерией, было невозможно что либо знать наверняка. Проходили дни, один за другим пассажиры привыкали к качке и изредка выбирались из кают.

Ночь за ночью караван уменьшался. На пятый день исчезли два последних паруса и «Танцор гроз» остался в одиночестве под голубым куполом небес. На шестой день ветер внезапно утих. Рэпа перевели на нижнюю палубу, он начал грести по-настоящему. Это оказалось гораздо тяжелее упражнений, и он был благодарен за то, что уже набрался сил.

День за днем фавн вел скучную жизнь матроса. Переставая грести, он скреб, чистил и чинил то, что ему приказывали. Он опорожнял ночную посуду из кают пассажиров, чистил рыбу, полировал и мыл палубы. Такую простую работу он мог выполнить не хуже любого другого матроса и при этом всегда старался, что было в его правилах. Закончив одну работу, фавн получал в виде вознаграждения другую. Его не наказывали и не хвалили, но этого Рэп и не добивался: ему вполне хватало возможности быть полноправным членом команды. Где-то между конюшнями Хононина и палубой «Танцора гроз» к нему стали относиться как к взрослому. Это открытие оказалось невыразимо приятным, и Рэп решил сделать все возможное, лишь бы соответствовать своему новому положению.