Мой сын маг - Кристофер Сташеф

— И ты не боишься брать меня с собой на такое рискованное дело?

— Никакого риска, особенно если ты будешь рядом со мной.

Химена улыбнулась и подарила мужу еще один нежный поцелуй.

— Все равно мавров пока втрое больше, чем воинов в наших двух войсках вместе взятых.

— Может, и так, — кивнул Рамон. — Но они быстро убедятся, что лицом к лицу встретились с такой мощью, какая им и не снилась.

И он рассказал жене о том, как Мэт задумал положить конец той силе, которая стояла за всей этой войной.

— Мы должны помочь ему, и немедленно! — воскликнула Химена.

Но Рамон покачал головой:

— Он наверняка выиграл свой бой, иначе бы нам ни за что не победить здесь.

— Но время! Оно ведь течет по-разному в двух мирах!

— Верно, — согласился Рамон. — Минула ночь в этом мире, а для Мэтью несколько недель с тех пор, как мы с ним расстались. Наш сын либо выиграл, либо проиграл.

Но если бы он проиграл, нам вряд ли бы удалось одолеть мавританскую магию.

— Пожалуй, ты прав, — кивнула Химена и задумалась.

— Кроме того, — добавил Рамон, — Мэту должна была помочь одна милая дама.

И он рассказал жене о Лакшми. Химена искоса поглядела на него.

— А эта джиннская красотка только в Мэта влюбилась?

— Похоже, она была не против и со мной пофлиртовать, — признался Рамон, но я объяснил ей, что она ошиблась адресом.

Подобные объяснения Химена Мэнтрел не раз слышала от своего супруга и раньше. Она довольно улыбнулась и, положив голову на плечо Рамона, обернулась и посмотрела на поле.

— Просто удивительно, сколько друзей здесь у нашего сына. Дома он такой популярностью никогда не пользовался.

— Он нашел для себя подходящий мир, — кивнул Рамон. — Да и для нас, пожалуй, тоже.

— Похоже, это так и есть, — согласилась Химена. — И его друзья замечательные люди.

— Превосходные, — не стал спорить Рамон. Он посмотрел жене в глаза и улыбнулся:

— И знаешь, по-моему, мы им тоже нравимся.

На следующий день чета Мэнтрелов покинула город. Рамон и Химена ехали верхом рядом с королем Ринальдо и сэром Ги. А Савл, стоя на городской стене, наблюдал за пленными, которые метались внутри невидимой стены.

На миг Савл пожалел о том, что столь галантно предложил Химене отправиться вместе с мужем.

— Ну, Жильбер, — вздохнул он, — теперь нам с тобой вдвоем тут управляться придется.

— Придется! — подхватил монкерианец, которого, судя по всему, эта мысль ничуть не огорчала. — Но сможешь ли ты с помощью волшебства прокормить всех пленных?

— Это-то я смогу, — кивнул Савл и задумчиво нахмурился. — Вот только, боюсь, это плоховато скажется на ценах на марокканском рынке...

* * *

Алисанда стояла в тени раскидистого дерева на вершине холма и наблюдала за тем, как вражеское войско переваливает через горы. С такого расстояния она не видела отдельных воинов — войско представало перед ней в виде струящегося разноцветного потока, чья поверхность поблескивала под лучами солнца. Картину можно было бы счесть удивительно красивой, если бы королева не знала, что это блестят стальные доспехи и оружие воинов махди.

— Когда, ваше величество? — нетерпеливо поинтересовался лорд Готье.

— Когда их авангард доберется до этой возвышенности, милорд, — отвечала Алисанда. Повернув голову, она услышала, как в роще под холмом взволнованно бьют копытами кони. — Прикажите оруженосцам позаботиться о том, чтобы лошади не ржали, когда приблизятся мавры.

Лорд Готье кивнул своему оруженосцу, и тот побежал передать приказ остальным.

Алисанда нахмурилась, заслонилась рукой от солнца и заморгала.

— Но что это за белое сияние вон на той высокой горе?

Орто пригляделся и пожал плечами.

— Там может стоять колдун, готовый прикрыть мавров своей магией, но я пока не вправе пользоваться волшебством, Дабы не выдать врагам нашего местонахождения.

— В таком случае не торопись, — распорядилась Алисанда. — Наша сила в неожиданном нападении.

Они нетерпеливо ждали, и по мере приближения мавров волнение становилось все сильнее. Тут и там на полях работали крестьяне. Время от времени они разгибали спины, опирались на мотыги и лопаты, оглядывали холмы и возвращались к прерванному труду. Человек смекалистый, завидев на полях такую массу крестьян, заподозрил бы подвох, однако такой человек должен был быть немало сведущ в особенностях сельского хозяйства в этой области Меровенса, а мавры, в том числе и сам махди, большей частью были пастухами, привыкшими к жизни в полупустынных местах. Кроме того, крестьяне выглядели точно такой же частью пейзажа, как кусты или пасущийся скот. Никто не обращал на них внимания, кроме других крестьян из состава мавританской армии, а разве командиры когда-нибудь прислушиваются к советам рядовых пехотинцев?

Когда наконец авангард мавров поравнялся с возвышенностью, Алисанда крикнула.

Она развернула коня и погнала его по дальнему склону к своим рыцарям. Ей было тоскливо от того, что рядом с пей нет сейчас мужа, однако она совладала с собой. Хочешь не хочешь, а сейчас она должна была как-то обойтись без его защитной магии.

Натянув поводья, Алисанда остановила коня перед рыцарями и крикнула:

— В бой! — Она решительным взмахом руки указала войску дорогу в объезд холма, пришпорила своего першерона, и тот заработал тяжелыми копытами, быстро перейдя с места в карьер.

За Алисандой двигалась фаланга рыцарей. Они пошикивали друг на дружку еще не время было разражаться боевым кличем.

Королева вылетела из-за холма, перевела своего скакуна в галоп и изготовила копье к бою.

— Королева совсем одна! — вскричал лорд Готье. — Быстро за ней! Нельзя дать ей в одиночку выйти к маврам!

Рыцари издали боевой клич и устремились следом за своей королевой. Они скакали во весь опор, изготовив копья к бою, готовые догнать королеву, биться рядом с ней — плечом к плечу, и защитить ее, если потребуется, своими телами.

Трудившиеся на полях крестьяне оглянулись и, завидев золотоволосую всадницу, тут же побросали мотыги и лопаты, сбросили куртки, похватали пики и алебарды, припрятанные в канавах, и в суровом молчании двинулись к передовой линии мавров — все точно так, как им приказала их королева.

Рыцарей-то мавры заметили, а вот на крестьян никакого внимания не обратили. Враги дико заулюлюкали и погнали своих коней вперед.