Проклятие династии - Галина Львовна Романова

— Да! То есть нет! — воскликнула Хельга, выворачивая руку и пытаясь разжать железные пальцы на своем запястье. — Это платье принцессы Лианы, а она курит!

— Что? Принцесса-невеста курит?

— Да! Я сама видела. Там, на болоте… Даральд, отпустите меня! Мне нужно переодеться!

— Да уж, в таком наряде вам на глаза порядочным людям показываться не стоит… — Даральд скептически оглядел платье жены и решительно толкнул ее обратно в кусты: — Сидите тут, я что-нибудь придумаю.

Хельга забилась в заросли, выглянула из-за веток. Рогатики все еще носились по поляне, прыгали, хватали и ломали все, что попадалось на пути. Бегали придворные, визжали фрейлины, голосила королева-мать. Гвардейцы тщетно пытались навести порядок — юркие рогатики скользили у них между растопыренными руками, солдаты бестолково носились по поляне, опрокидывая и разбрасывая все, что случайно уцелело до них.

Только к шатру эльфов маленькие твари не посмели приблизиться, обходили его стороной. И именно оттуда пришла помощь. Видящая волшебница выступила вперед, держа наперевес посох, и что-то забормотала на своем языке, поводя им из стороны в сторону. Нечто, похожее на тонкую золотистую нить, стало вытягиваться из навершия, устремилось вперед, по одному вылавливая рогатиков из толпы и нанизывая их на цепочку, как бусины. Когда последний зверек был пойман, Видящая произнесла еще несколько слов заклинания, и рогатики скопом побежали в сторону болота. Золотистая нить крепко держала их вместе, не мешая продираться сквозь заросли.

Прошло еще полчаса, прежде чем все успокоилось. Сорвавшую голос королеву-мать сняли с туши мертвого уникорна. Повара вытащили из ручья в овраге, там он пытался потушить прожженные штаны. Поставили шатры, выпутав из них спрятавшихся фрейлин и кавалеров. Среди них оказался и кузен принцессы, судя по его возмущенно-испуганному виду, он был жутко недоволен тем, что оказался в компании женщин. Принц Клеймон, запихнувший Гвельдис в свой шатер и мужественно оборонявший его от попыток рогатиков проникнуть внутрь, вывел женщину на свет и получил поцелуй за свой подвиг.

Даральд тем временем принес для Хельги камзол, рубашку и штаны кого-то из пажей, девушка смогла переодеться и появилась среди придворных. Веймар, протиснувшись поближе, заговорщически ей подмигнул:

— Ты как?

Вместо ответа девушка кивнула на Даральда, тот стоял позади нее с видом телохранителя, чуть было не упустившего свою подопечную, и был полон решимости не дать ей сбежать второй раз.

— Сударь, — процедил он, сверху вниз глядя на молодого дознавателя, — я был бы вам очень признателен, если бы вы ограничили общение с моей женой служебными делами.

— Но это совсем не то, что вы подумали! — попробовал возразить Веймар, однако его перебили.

— Это у вас — ничего личного, работа такая, — холодно промолвил Даральд. — Но я — не вы! И со мной не стоит так обращаться! А теперь простите, я должен идти исполнять свой долг.

Среди придворных имелись пострадавшие: кто-то упал и ушибся, кого-то поцарапали рогатики, да и ожоги повара, и сорванный голос королевы требовали внимания и заботы.

— Я с ним разведусь, — пообещала Хельга, посмотрев вслед мужу. — Вот кончится Осенняя ярмарка, — напишу заявление. Ты мне поможешь?

— Решила ты, подруга, правильно, — пожал плечами Веймар, — но я в таких делах не силен. Я все больше по уголовному праву. Хотя на моральную поддержку можешь рассчитывать!

Даральд тем временем занял королевскую палатку, единственную, кроме эльфийской, не пострадавшую от налета рогатиков, и туда потянулись жаждущие помощи. Принц Кейтор вертелся тут же.

— Дядюшка, — ныл он, глядя, как Даральд обрабатывает ссадины и вправляет вывихи, — вы там поосторожнее. Оставьте мне немного примочки! Ну, дядюшка!

— Зачем тебе?

— Смазать. — Принц смущенно потупился. — Папа опять хочет меня выпороть… Эх, если бы я стал королем, сразу бы отменил телесные наказания!

— Да уж, — фыркнул подошедший принц Клеймон, — какое счастье, что ты не станешь королем! Воображаю, каким было бы твое правление!

— Не хуже твоего! — отбрехнулся Кейтор. — Королевское воспитание и я получил, так что справлюсь!

— Это что, намек?

Даральд медленно выпрямился, упер руки в бока, и, хотя он был одного роста со старшим принцем, всем вдруг показалось, что он возвышается над братьями, как скала.

— Так, молодые люди, — ледяным тоном промолвил Дар. Повар, ягодицами которого он как раз занимался, покраснел от шеи до пострадавшей части тела включительно. — Или вы немедленно прекратите ругаться, или я применяю свои методы воздействия.

Он выразительно хрустнул пальцами, и впервые в жизни оба принца оказались на редкость единодушными.

— Телесные наказания применительно к принцам крови запрещены! — хором воскликнули они и выскочили из палатки, столкнувшись на выходе.

— Позовите следующего! — как ни в чем не бывало крикнул им вслед Даральд, склонившись над поваром. — Все, милейший, можете идти исполнять свои обязанности.

— Я вам вырезку запеку, — пообещал повар, натягивая штаны. — Ничего не болит! Вы волшебник! Как вы это делаете?

— Секреты восточной медицины плюс немного целительной магии для усиления эффекта, — без улыбки ответил Даральд. — Ну и еще стажировка в храме Леснички.

Примерно через час все успокоились, собрались возле костра, и повар приступил к разделке оленьих туш. Слуги вытащили бочки с вином, для короля принесли из палатки отдельный кувшин. Многие придворные имели слегка помятый вид, платья некоторых фрейлин оказались запачканы и порваны, кое-кто из кавалеров держал руки на перевязи или щеголял свежим синяком, да и королева-мать все еще вздрагивала и всхлипывала. Но в целом настроение у всех было приподнятое. Эльфам из свиты посланника Ларивара удалось-таки добыть гоблина, так что после ужина намечалось состязание стрелков.

Гвельдис не спускала глаз с короля, стараясь при этом, чтобы тот не заметил ее пристального внимания, и, когда венценосец поднес кубок к губам и сделал первый глоток, на несколько секунд перестала дышать. Она не знала, насколько силен переданный ей яд, и вылила в кувшин половину флакона. Мэтр Хальмар обещал, что на вкус яд не будет чувствоваться, но она не очень-то в это верила. Ох, если бы король угостил своим вином еще кого-нибудь из своей семейки!

— М-м. — Его величество посмотрел на пустой бокал и протянул его виночерпию, требуя добавки. — И вы тоже постарались отменно, мастер! — кивнул он повару. — Аромат от мяса исходит просто божественный! Придется признать, что Кейтору все-таки не удалось испортить охоту.

Сидевший в сторонке младший принц надулся при этих словах.

— Кейтор, — захрипела королева-мать, хватаясь одной рукой за сердце, а другой рукой — за горло, — Кейтор, что ты задумал?

— Ничего, — буркнул тот.