В тени дракона: Господин Теней - Марк Геннадьевич Кузьмин

Человек может быть гением в научной области и при этом верить в какую-то несусветную чушь.

- Итак, господа, - сказал Дани, встав рядом с кроватью. – Я проверю разум этого молодого человека, но вы должны уяснить несколько вещей. Во-первых, если я найду в его голове что-то опасное или важное, то сообщу, но вот личную информацию я разглашать не стану. Это тайна моего пациента, а я давал Клятву Гиппократа.

Мужчины понимающе кивнули.

- Во-вторых, вы должны будете меня подстраховать.

- Подстраховать?

- Да, - кивнул мужчина, присаживаясь на стул рядом с кроватью. – Если мы говорим о человеке, сумевшем успешно создать интегрированную память, то этот человек точно позаботился о защите от глубокого проникновения в плод своего эксперимента. Я не знаю, что это может быть, но если вы заметите, что я потею, трясусь и явно плохо выгляжу, то должны будете меня вытащить.

- И как нам это сделать?

- Стереть мне память. Все от начало моего проникновения и до того момента. Только так можно гарантировать, что никакие «закладки» от системы безопасности не останутся в моем разуме. Если я не буду способен выбраться сам, то вам придется мне помогать.

- Вы уже имели дело с подобным?

- Да, - нехотя кивнул он. – Приходилось иметь дело.

Ему было неприятно вспоминать ту работу.

Он один из лучших менталистов, а потому его талантами порой пользовались не только частные лица, но и… на государственном уровне. Пусть официально после того дела с женой политика он и стал вне закона, но сам факт того, что его не арестовали и он свободный человек, уже многое говорит о его покровителях и заинтересованных людях. Мастер Легилименции - уже большая редкость, а Мастер, не развращенный своим даром, к сожалению, еще реже. Такие люди очень ценятся.

- Итак, я приступаю. Будьте рядом.

С этими словами он коснулся лба мальчика, а затем погрузился в его сознание…

Разум человека - сложная вещь. Это совокупность эмоций, фрагментов памяти и личности. У этого нет какого-то четкого вида или образа. Человек не думает о себе как о каком-то объекте и даже не задумывается о подобных вещах, но организованный разум вполне можно отличить от хаотичного.

Но если в разум кто-то вторгается, то инстинктивно и под воздействием стороннего визуально разум принимает вид чего-то конкретного для упрощения работы.

Сейчас Дани как раз видел подобное перед собой.

Это был огромный старинный замок. Чем-то напоминающий Хогвартс, что может указывать на важность школы для пациента. Полуразваленные стены, обвалившаяся местами кладка, как будто замок побывал даже не в осаде, а в эпицентре землетрясения. Однако видно, что все это пытается восстановиться, пусть с трудом и медленно, но процесс идет.

- Нехорошо, - покачал он головой. Сам «дом разума» может состоять из чего угодно, хоть из песка – это не влияло на его прочность. Лишь показывало, как пациент воспринимает себя. Но настолько масштабные разрушение… Будь Дани просто легилиментом, он бы сказал что-то про «разрушенные естественные барьеры», но его практика дала ему простое понимание: каких-то отдельных «естественных щитов» на разуме нет. То, что другие называют барьерами, Дани назвал бы «стабильным психическим состоянием». И, когда оно нарушено, ничего хорошего не жди. – Нужно быть осторожным.

Сейчас нужно быть особенно аккуратным.

Разум мальчика явно подвергался какому-то насилию или вредному воздействию, причем весьма продолжительное время. Сейчас его рассудок восстанавливается и замок «реставрирует» сам себя. Скорее всего, раньше все было куда хуже. Все же правильно мистер Блэк поступил, обратившись к нему за помощью именно спустя долгое время после того, как воздействие прекратилось. Будь все куда хуже, Дани даже подходить к «замку» не стал бы.

Поднявшись в воздух, он плавно и аккуратно вошел в открывшиеся двери. Защита замка сейчас крайне слаба, и ничье проникновение удержать не сможет и может развалиться. Это явно понимали и другие менталисты Хогвартса и потому если и смотрели его память, то крайне осторожно.

Войдя во внутренний двор, он увидел все такую же разруху.

Хотя нет, кое-какие следы попытки восстановления видны. Это даже не ремонт, а скорее надстройка над тем, что есть сейчас. Будто на его разум постепенно накладывается что-то еще, что-то новое. Обычное такое происходит естественным путем у детей, когда они познают все новые и новые вещи, у молодежи его возраста это уже реже проявляется. Тут разве что можно все списать на недавние повреждения и естественное действие разума по улучшению или перестройке психики для самозащиты.

Помимо песка, камней и прочей разрухи тут повсюду летали листы бумаги. Они были будто вырваны из какой-то книги. Словно гигантский фолиант потерял свою обложку от старости или воды, а все его листы разлетелись во все стороны.

Аккуратно взяв их, он стал читать его написанное:

«Действительно ли она что-то чувствует ко мне или же это просто чувства вины?»

«Панси явно что-то задумала. Уж больно подозрительно она выглядела, когда отправляла меня погулять. Начинаю как-то волноваться. Не могу только понять, я волнуюсь о возможных проблемах для себя или волнуюсь за нее? Сложно…»

«Стимулятор показал себя очень хорошо, но второй раз к кентаврам я не пойду…»

«Я волнуюсь за Генни. Мне пришлось солгать ей, чтобы у нее не было проблем с крестным. Сириус явно задумал недоброе, и нужно быть к этому готовым. Я, похоже, никому не могу доверять».

И прочие подобные слова. Мысли, вырванные из контекста, как эти листы явно вырваны из какой-то книги. Когда человек спит, он не контролирует собранность всех своих знаний, а потому не удивительно, что они тут летают.

- Это просто обычные подростковые мысли, - пожал плечами менталист. – Хотя и более зрелые.

Мальчик рассуждает не так, как обычные