На тропе Луны - Алла Вологжанина

Карина вскочила и тут же чуть не села обратно, напоровшись на Митькин взгляд. Друг смотрел очень внимательно и вообще странно. Словно высмотрел в ней что-то незнакомое и теперь не мог понять, хорошо это или нет.

– Мить, ты чего? – пискнула она.

Тот медленно покачал головой.

– Я тебя тысячу лет знаю и все удивляться не перестаю, – как-то по-взрослому сказал он. – Мне Люська эту историю рассказывала и тогда, и потом. Знаешь, что она лучше всего запомнила? Библиотекарша сказала: «Не плачь, а злись». А ты запомнила: «Не раскисай». Наверное, поэтому я так… – Он не договорил, махнул рукой. – Ладно, это все ненужная лирика. Ты знаешь, кстати, какие у этой бабуленции идеи были? Не поверишь! Она про тебя откуда-то знала и хотела, чтобы ты укусила Валерика. Типа ликантропы же исцеляются. Но он – салага, внук! – сказал, чтобы не лезла к тебе. И она послушалась, понимаешь?

Карина кивнула. «Не плачь, а злись» она тоже помнила, просто у нее это получалось неважно. Но сейчас ее гораздо больше интересовала фраза, которую Митька не договорил. А Митька продолжал:

– Ты, я, Резанов, теперь еще Валерик. Мы все понимаем, что с миром дрянь какая-то творится. И мы можем больше, чем обычные люди. А про взрослых ты забудь, нам от них помощи не дождаться, даже от тех, кто нам головы отвинтить собирается только в воспитательных целях. Все эти суперзнаккеры заняты своими делами – кто бессмертием, кто наукой, кто кучей денег.

– У кого на что фантазии хватает, я понимаю.

– Вот и хорошо, что понимаешь! Нам придется из всех этих проблем выкручиваться самим, да еще и весь мир… выкручивать. Это ты осознаешь?

Карина кивнула. Куда уж яснее-понятнее-осознавабельнее. Стоило подумать об омертвении, как от страха тошно становилось. Вот только Митька вряд ли был прав насчет взрослых. Кое-кого она приняла бы в союзники.

– Слушай, белый волк, – сказала она, – а давай-ка до Сумеречных рядов прогуляемся. Я город плохо знаю, но, думаю, не заблудимся. Тут дядька один есть, зовут Эрнест. Мне кажется, он тоже, как ты сказал, «наш человек». Надо бы с ним поговорить.

Митька не возражал.

Сумеречные ряды, действительно, были совсем рядом – Карина быстро сообразила, куда надо свернуть, чтобы попасть к Лавке странностей. В ранний час народу было еще меньше, чем тогда, когда она оказалась тут впервые. Девочка уже собралась потянуть Митьку за рукав и сказать, что на этом самом месте она по-настоящему познакомилась с Кру и увидела драконоидов. Но, привычно взглянув на друга снизу вверх, она непривычно смутилась и не смогла выдавить из себя ни слова. Чужая, незнакомая твердость, а то и жесткость, что временами так пугала ее, проступила сейчас на Митькином лице – в очертаниях подбородка, челюстей…

«Господи, да он же и сам совсем взрослый!..» – вспышкой шарахнуло в голове.

– Мить, – предательски дрогнувшим голосом проговорила Карина, – слушай, ты в волчьем теле… ну… ты еще волчонок или взрослый волк?

Митька пожал плечами.

– Подросток, – отрывисто сказал, словно отрубил, он. – Ты же меня месяц назад видела, с тех пор ничего не успело измениться. Но уже скоро… – И замолчал, глядя, как обычно, прямо перед собой и непонятно куда.

– Скоро что? Вырастешь?

– Угу. И охотники потеряют ко мне интерес. Но пока я с тобой, они все равно к тебе не подойдут, вырос я или не вырос, какая разница.

Ничего себе, о чем он думает. Пока Карина подбирала слова, а заодно и мысли, которые следовало бы выразить этими словами, Митька, ничего больше не говоря, схватил ее за руку, как маленькую. Типа можно дорогу переходить. Впору бы надуться, чего, мол, со мной как с мелочью неразумной обращаешься, но… очень уж хорошо стало. И Карина промолчала, просто сунула вторую руку в карман плаща. И вовремя, а то забыла бы!

– Ой, Мить, что у меня есть! – Она вытащила один из купленных утром сувениров.

Не «сувениров», как у Арно, а обычных прикольных штучек на память. Именно Митькиного волка она не убрала в «глубинный карман», а положила просто так.

– Это тебе! – Зверь из белого металла задрал морду к висящей над ним белой же луне. С трехмерной точки зрения она висела без каких-либо креплений-подставок, и фигурка казалась совсем-совсем волшебной. – Это не просто для красоты, это будильник! Настраиваешь время и сообщаешь, когда тебя будить.

– Ого! Спасибо… – Фигурка перекочевала из Карининой руки в Митькину. Он встряхнул головой, словно сгоняя иллюзию незнакомости, улыбнулся криво, но по-настоящему.

Когда Митька вырастет окончательно, лапищи у него будут, наверное, размером с Кирины. Он и сейчас-то одной своей две Карининых ладони запросто сграбастывает. Руки теплые и сухие. Можно смело забывать дома перчатки, пусть Митька греет ее вечно зябнущие конечности.

– Какая сцена, обнять и плакать. – Звук голоса отразился от каменных стен домов, эхом разнесся по улице. – Только больше плакать, чем обнимать…

Диймар Шепот стоял в узком проулке между двумя домами, небрежно скрестив ноги и опираясь плечом о каменную кладку стены. Оранжевая шапка-капюшон спущена, светлые волосы спадают чуть ли не до плеч. И кривится в своей противной усмешке. Ему-то что тут надо, зачем притащился к лавке Эрнеста?

– Нету Эрнеста, – словно подслушав ее мысли, зло бросил Диймар, – у него до Дня пилигримовых яблок закрыто. Наверное, ребят в деревню повез.

– А ты-то зачем сюда явился? – поинтересовалась Карина. – Мириться? На случай, если тебе в будущем пара малышей в заложники потребуется? Я бы на твоем месте к Эрнесту и близко не подходила.

Диймар сплюнул на брусчатку и засунул руки в карманы.

– Что ты о «моем месте» знаешь, – усмехнулся он. – Что ты вообще знаешь? С охраной разгуливаешь…

– Да, с охраной, – спокойно ответил молчавший до сих пор Митька. – Я ее охраняю и советую запомнить это.

– Хотел бы я посмотреть на тебя в действии, охранник фигов, – фыркнул Диймар.

– Сейчас доостришь – посмотришь.

Диймар раскрыл рот, видимо, чтобы «доострить», но передумал. Посмотрел на Карину, на Митьку, потом почему-то вверх.

– Ладно, – уже вполне мирно сказал он, – я вообще-то после Эрнеста собирался вас искать. То есть тебя, конечно, Карина Радова.

Вот номер. Как он вообще узнал, что сегодня ее надо искать в городе? До этого утра она не собиралась покидать «Страж глубин». К тому же…

– Зачем я тебе понадобилась? – поинтересовалась Карина. – Опять передумал и решил меня Кларе преподнести?

– Ты идиотка или прикидываешься? Думаешь, я тебя обязательно в корыстных целях должен искать, без вариантов? Я хотел кое-что важное тебе показать… Ну, вам, раз уж вы оба здесь.

– Значит, все же «в целях». Что показать?

Когда Митькин голос начинал звучать так спокойно, Карине становилось не по себе.