Иллюзия греха - Диана Соул

Первые два переодевания я выдержала стоически, а вот уже на третьем болезненно заныли ребра. Работницы леди Кларк не жалея сил затягивали на мне корсеты, стремясь утянуть мою и без того тонкую талию до немыслимых размеров. Понимая, что так дело не пойдет, я остановила их.

– В чем дело? – недовольно проворчала хозяйка.

– В корсетах, – почти обвинительно заявила я. – Если их так затягивать, то до показа ни одна из моделей не доживет.

Подтверждая это, молчавшие доселе молоденькие девчушки-модельки согласно закивали. В отличие от меня, леди Кларк они боялись сказать даже слово поперек, от этого и стояли красные как раки, едва дыша в плотных шнуровках.

Розалинда поджала губы, сама подошла ближе, подергала за завязки, проверяя плотность усадки наряда на моем теле, громко цокнула, а затем сама ослабила давящие нити.

– Мне нужны порхающие бабочки на подиуме, – заявила она, – а не перетянутые бечевкой, словно в лавке мясника, колбасы.

В итоге оставшиеся примерки прошли почти без запинок, разве что наш последний финальный выход вызвал перешептывания у соседних девиц.

– Как славно, что мы все будем в масках, – уловила я обрывок разговора от тоненькой, как тростинка, барышни. – Иначе стыда не оберешься.

– И не говори, – подтвердила ее подруга. – Столько откровенных вырезов, оголенных частей тела. Не дай бог кто из знакомых увидит! Если бы не деньги, ни за чтобы не согласилась.

– Лучше уж так, чем зарабатывать по-иному, как это делают в Квартале, – с опаской шепнула первая. – Здесь же главное не краснеть, идти ровно и дать себя рассмотреть. Особенно на последнем показе в нижнем белье. Мадам Розалинда сказала, что он будет апофеозом показа.

Я покосилась на этот самый «апофеоз», пока еще висевший на вешалках, и где-то в глубине души злорадно потерла ладошки. Несмотря на то что с Розалиндой отношения у нас сложились странные и далекие от теплой дружбы, ее одежду я бы назвала «переворачивающей представления о приличиях», и это меня несказанно радовало.

Мадам собиралась открыто представить те самые куртизанские, легко снимающиеся одежды, ввести их в массы, показать всю откровенность и красоту женского тела, при этом не скатываясь в непристойную вульгарность.

Она отказалась от бесящих меня нижних юбок, заменив их пришивными пышными тканями. Она рискнула показать горожанам, что грудь не обязательно прятать под огромным жабо, а декольте может быть изящным и соблазнительным. Она пошила десятки нарядов, которые наверняка приведут набожных дам в тихий ужас, и финальным аккордом планировала вывести на подиум девушек в нижнем белье. Неслыханная дерзость для приличного общества.

Мне достался самый откровенный комплект: черный корсет из плотного атласа, тонкие кружевные трусики, едва прикрывающие ягодицы, и чулки на узких подвязках-бантиках. Изюминкой, притягивающей взгляд, стал глубокий вырез на груди, который все же немного прикрывала сеточка ажурного плетения. Вроде бы все видно и в то же время прикрыто.

Мысленно я пожелала Розалинде удачи, ведь, возможно, уже завтра ее отлучат от церкви как главную распутницу Столицы. А вот на свой потертый чемодан я уже начинала смотреть едва ли не с нежностью. Теперь он мне казался спасительным кругом посреди океана.

– А вы и есть «та самая блондинка»? – внезапно вырвала меня из мыслей одна из моделей.

Я дернулась не столько от ее вопроса, сколько от неожиданности обращения ко мне.

– Что, простите? – переспросила я.

– Вы и есть «та самая»? – немного замялась девчушка.

Я скользнула по ней взглядом, а затем перевела его на остальных девочек. Они стояли чуть в стороне и переглядывались. Все, как одна, темные: брюнетки и шатенки и, надо сказать, красивые.

– Нет, – соврала я без зазрения совести. – Просто леди Кларк очень требовалась девушка с белыми волосами, вот я и согласилась пойти на этот обман ради денег.

Моя визави была разочарована, она явно ожидала, что я окажусь той приманкой, на которую так активно зазывала реклама.

– А-а-а, – грустно протянула она и махнула рукой в сторону остальных девчонок. – Я ведь так девчонкам и сказала: «Вот зачем знатной даме с приема мэра выступать моделью на показе мод. У этой леди наверняка полно денег». Мы с подругами, кстати, тоже участвуем ради них. Приехали в Столицу на заработки.

Почему-то я в этом даже и не сомневалась. В аферу с показом могли влипнуть либо дурочки вроде этих глупышек, либо я. Только что-то подсказывало, что этим «крошкам» Розалинда платит гораздо меньше моего.

– Я тоже на заработках, – радостно поддакнула, поддерживая собственную легенду. – Только не задалось с работой. Вот и приходится перебиваться сомнительными заработками.

– Понимаю, – шепнула милашка и протянула руку. – Кира.

– Тори.

– Ты, Тори, только в Квартал на подработку не ходи, – как главную тайну, очень тихо поведала новоявленная знакомая. – Это плохое место!

Я едва не поперхнулась от подобного совета, но в то же время где-то в душе порадовалась, что девушки, даже будучи провинциалками, понимают опасности самого красивого борделя Страны и пятьдесят процентов прибыли от клиентов не манят их своей легкостью и доступностью.

– Хорошо, – заверила я брюнеточку. – В Квартал работать точно не пойду.

За час до показа Розалинда покинула гримерные и отправилась встречать многочисленных гостей. Я же занялась последними приготовлениями: примерила у зеркала золотистую полумаску, обрамленную черной бархатной каймой, и поняла, что для показа перед сотнями людей просто спрятать лицо – мало.

Я долго колдовала с прической, силясь максимально прикрыть лицо прядями. В итоге получилось довольно бестолково, и я попросту распустила волосы. Одна из суетящихся рядом помощниц одобрительно хмыкнула:

– Да, так хорошо. Теперь зрители гарантированно разглядят в тебе светлые волосы даже издалека.

Не сказать, что меня сильно обрадовало повышенное внимание к моей персоне, но успокоив себя тем, что показ – это всего лишь билет в мое светлое будущее, ярко подкрасила губы алой помадой в тон первому наряду.

За десять минут до начала показа явилась Розалинда. Ее приподнятое настроение ощущалось еще с порога.

– Это фурор. Я даже не ожидала, что будет столько народу. В зале не протолкнуться! – радостно воскликнула она. – Нас ждет успех!

Уже за кулисами, когда все девочки выстроились в очередь в порядке выхода, я сумела мельком заглянуть в зал.

Народа действительно собралось много, люди толпились у длинного помоста, уходящего от середины сцены вглубь зала. По нему мне предстояло пройти несколько раз туда и обратно, покрутиться и вернуться за кулисы – переодеваться в следующий наряд.

– Начинаем. – Розалинда подтолкнула вперед тоненькую Киру.

Зазвучала музыка, и шум толпы в зале притих. Первый проход девушек толпа встречала вялым ропотом. Я бы даже сказала с равнодушием. Но я следила взглядом за ровным шагом остальных моделей, и мне казалось, что нет ничего легче, чем пройтись перед толпой, пусть даже и не особо радостной.