Давид Бек - Раффи

ГЛАШАТАЙ БОРЬБЫ ЗА СВОБОДУ

Издание романа Раффи «Давид Бек» на русском языке можно только приветствовать.

Во второй половине прошлого века произошло пробуждение общественного и национального самосознания армянского народа с освободительской и социальной направленностью. Одним из великих духовных предводителей этого движения был Раффи (Акоп Мелик-Акопян, 1835–1888). Художественно отображая бурные события своего времени, Раффи обращает взор также на не очень отдаленную от него (140–125 лет назад) эпоху, к славным национально-освободительным давидбековским войнам, сыгравшим столь большую роль в истории нашего народа.

С Раффи в армянской литературе начинается подлинно народный исторический роман. Его «Давид Бек» — это выражение боевого, действенного духа нашей истории.

«Давид Бек» — программное произведение, это рассказ о борьбе с любыми проявлениями тирании. Раффи в своем романе пишет: «Кто стремится стать во главе народа только для того, чтобы мучить и грабить его, если даже добьется своей цели, недолго продержится у власти. Жизнь деспотов коротка».

В «Давиде Беке» — целая плеяда образов, которая долго еще будет храниться в памяти народной. Не устареют, не потеряют свежести как образы, так и идея романа.

Раффи близок нам своей актуальностью, неизмеримым величием.

Армянский народ дал много славных имен. И среди них Раффи, впитавший в себя дух Паруйра Айказна[1], крещенный рукой Мовсеса Хоренаци[2], вскормленный в колыбели Мхитара Гераци[3], осиянный ореолом Абовяна.

Раффи можно измерить только мерой стремлений и чаяний его родного народа.

В мрачной атмосфере второй половины прошлого столетия он своим «Давидом Беком» вдохнул энергию в народные массы, встав на защиту их национального и человеческого достоинства. В лице томящегося в цепях рабства народа он имел то учителя, то бога, то кумира. И сам он тоже стал кумиром для него.

Раффи и сегодня современен во всех смыслах. Ведь история человечества это прежде всего история национальной и социальной борьбы. Борьбы во имя освобождения человека, освобождения труда, освобождения народа от феодальных, империалистических, от расистских и шовинистических пут.

Своим высокогуманным, интернациональным патриотизмом Раффи после М. Налбандяна и Ст. Назаряна[4] был одним из первых отражений русских народнических революционных идей в армянской действительности.

Социальная борьба обусловлена прежде всего национальными интересами.

Раффи любил все народы.

В своем «Давиде Беке» он не оплакивает национально-социальное бытие своего народа, не бередит его раны, а силой опытного врачевателя вдыхает в отчаявшихся людей надежду, призывает их жить, ставит на путь борьбы за существование.

Следуя своим великим предшественникам — Исраэлу Ори[5], Овсепу (Иосифу) Эмину[6], Овсепу Аргутяну (Иосифу Аргутинскому)[7], Нерсесу Аштаракеци[8] и Хачатуру Абовяну, он находит, что армяне как нация могут существовать лишь в братском союзе с великой Россией.

Прекрасно зная хищническую суть великих европейских держав, Раффи писал: «В насущных вопросах защиты своих справедливых требований армяне не могут чего-нибудь ожидать даже от британского льва». Его единомышленник Григор Арцруни[9] писал: «Армяне могут рассчитывать на помощь только одной европейской страны — России». Чуждыми и ненавистными для Раффи были окованные железом двери Запада, Юга и Востока. Его путь — это надежный путь «Северного сияния» — «Юсисапайла»[10].

Его ручка — не просто ручка с золотым пером, а стальной меч, сверкавший в руках Самвела, Давида Бека, Мхитара спарапета, Хента, Аслана и Арута[11].

Еще в 1850-х годах Раффи пробуждал народ, призывая его к вооруженной борьбе. «Когда же в нашей стране, — пишет он, — рассеется туман косности? Неужто нация создана для пустых ритуалов монастырей и монахов?»

И у нас, и в других странах были общественные деятели, которые вместо политической борьбы советовали армянам цивилизовать диких османских султанов, видя в них лишь «больных людей». Как бы провидя грядущие бедствия, Раффи писал: «Пока она (Османская Турция) обернется ангелом, в Турецкой Армении от армян останется одно только воспоминание».

Увы! Этот страшный геноцид был совершен: он был начат султаном Гамидом, снисходительно прозванным некоторыми близорукими деятелями «больным человеком», а в дальнейшем продолжен его приспешниками младотурками. Да, теперь в Западной Армении от армян осталось только воспоминание. Самые антирусские, антикоммунистические, антисоветские члены НАТО — воинствующие руководители нынешней Турции — соскабливают острием ятагана само имя армянина в Западной Армении.

Своим «Давидом Беком» Раффи вернул народу утраченную память. Народ, потерявший память, — гибнет. Но память народа уничтожить невозможно. Невозможно искоренить в его душе боль национальной трагедии, заставить забыть о потерях, справедливых исторических требованиях.

Счастлив был Раффи, увидевший рассвет над Восточной Арменией, ее спасение с помощью русского народа. Но и несчастен, видя другую, большую часть своей родины, стонущей в когтях султанской Турции. Он был несчастен, но не терял надежды. Концепция романа «Давид Бек» — всенародная борьба с тиранией, спасение Армении — стала клятвой и гимном для современной ему молодежи и последующих поколений.

В чем тайна этой духовной общности поколений? Ведь мы — порождение совершенно разных эпох и социальных условий, у нас различные вкусы. Никакой тайны здесь нет. Есть идея, не знающая ни расстояний, ни психологических барьеров — это идея освобождения родины, спасение нации, единая для всех народов. Этим и силен роман «Давид Бек».

Многие поколения получали и теперь еще получают у Раффи неиссякаемую духовную пищу. Раффи не удовлетворялся чисто просветительской деятельностью, его идеалом было общенациональное сопротивление деспотии, всенародная вооруженная борьба. Абовяновские и налбандяновские идеи национальной и социальной свободы стали программными для Раффи.

Силою своего таланта Раффи создал образ, имя которому — Идея, возглавившая национально-освободительную борьбу. В этом смысле армянский исторический роман начинается с Раффи.

Раффи исключителен как историк. Его «Меликства Хамсы», путевые заметки, сделанные им во время работы над «Давидом Беком» в Джраберде, Дизаке, Сюнике, Гохтане и других заветных местах Восточной Армении, являются историческим подтверждением существования еще в III тысячелетии до нашей эры на территории Восточной Армении могучего государства Гайказуни. Раффи одновременно опровергает утверждения тех историков, которые считают, что армянская государственность угасла с падением Киликии[12]. Говоря о «Меликствах Хамсы», этом предшественнике романа «Давид Бек», Раффи писал: «Эту вещь можно считать венцом всех моих книг, в ней я оживил нашу давно утерянную и