Владек Шейбал - Лейла Элораби Салем

Элораби Салем Альбина Алексеевна (Лейла Элораби Салем)

Владек Шейбал

Синопсис к роману "Владек Шейбал"

Главные герои:

Владек Шейбал - актер, режиссер, художник

Бронислава Шейбал - мать Владека Шейбала

Станислав Шейбал - отец Владека Шейбала

Казимеж Шейбал - старший брат Владека Шейбала

Ирена Эйхлерувна - супруга Владека Шейбала

Роман основан на автобиографии артиста Владека Шейбала. Владек родился в Польше, в армянской семье. Его бабушка по линии отца помещица, дедушка староста Сандомирский. В 7 лет Владека крестит во львовском армянском соборе его двоюродный дядя - архиепископ Жозеф Теодорович. Семья тем временем живет в Кременце, где Станислав Шейбал является почетным жителем города как талантливый художник, фотограф и профессор искусства. Семья богатая, у Владека есть гувернантка из Франции. Сам Владек отличается от остальных детей: он видит, слышит и чувствует то, что другие не могут видеть или слышать, из-за чего отец часто злится на него. Будучи подростком, Владек становится свидетелем зарождения СССР и его семье, как жителям Кременца, выдают паспорта Советского Союза. Позже - уже во время Второй мировой войны семья перебирается в Польшу, где Владек вопреки родным поступает в театральный институт.

Немцы бомбят Польшу. Владек участвует в Движении сопротивления, но попадает в плен и его увозят в Германию в концлагерь, где он подвергается избиениям и унижениям. Чтобы выбраться, Владек подсовывает слюну больного туберкулезом вместо своей. Его отвозят в госпиталь. Оттуда пленников везут в другой концлагерь, но во время пути поезд подвергается воздушному налету и Владек чудом остается жив. Добравший до Берлина, он находит пристанище у одинокой немки, откуда его вновь забирают офицерв гестапо в концлагерь - теперь уже на территории Польши. Из плена Владек также чудом сбегает и укрывается под чужим именем в больнице.

После войны Владек возвращается в театр, знакомится с актрисой Иреной Эйхлерувной, в которую был влюблен еще подростком. Женщина старше его на 15 лет, но это для них ничего не значит. Они любят друг друга. Ирена помогает Владеку в каръере, и после фильма "Канал" он уезжает в Западную Европу и не возвращается.

Ему нравится Англия. Не имея денег, Владек едет в Оксфорд пытать счастье. Удача сопутствует ему: он становится студентом, нелегально работает в кафе и ведет курсы актерского мастерства. Дабы спастись от КГБ, Владек просит о британском гражданстве как беженец. Вскоре, получив новый паспорт, он становится успешным человеком. Работает в театре как режиссер, на ВВС, снимается в кино будучи другом Шона Коннери. Он играет в сериале "Сегун" роль капитана Ферръера. Владек любит свою работу, благодаря которой он объездил почти весь мир.

На старости лет, когда лучшие друзья стали уходить, Владек решает встретиться с братом, с которым у них частые разногласия. Когда братья встречаются в Лондоне, то понимают, как сильно они любят друг друга. После смерти Владека Казимеж гуляет по аллеям варшавского парка и ему грустно, что родного брата нет с ним рядом.

ВЛАДЕК ШЕЙБАЛ

Роман посвящается памяти

талантливого артиста

Владислава-Рудольфа Шейбала 1923-1992 г.г.

От автора

Я долго думала, о чем или о ком писать. Много было писано-переписано, великие цари и полководцы, принцы и царевичи выходили из-под пера словно живые,явив миру судьбы свои. Но то далекое прошлое и мало кому интересно читать о славе прошедших лет и веков, ибо то было давно - жило иными законами, о которых многое уже и неведано.

И вот однажды летним погожим днем попался мне рассказ, а точнее, мемуары известного на Западе актера Владека Шейбала. Прочитав о нем и найдя в том много интересного, я подумала и решила: а если попробовать излить жизнь его - со всеми хитрыми переплетениями-сплетениями судеб в единую книгу - от третьего лица? Неужто он менее интересен,чем остальные? Решив описать самого Владека, увековечить на письме его имя, я мыслю, что лучше начать сначала, с самого рождения.

ЧАСТЬ 1

Глава первая

В большом доме, залитом ранними весенними лучами солнца, было много народу. Ожидали чего-то, волновались; мужчины отдельно, женщины отдельно. В гостиной на первом этаже, обогретой пламенем в камине, взад-вперед ходил хозяин дома - невысокий темноволосый мужчина тридцати двух лет с красивым лицом, на котором ясно выделялись большие светлые глаза, окаймленные длинными густыми ресницами. У камина в резном старинном кресле восседал с гордым видом старейший семейства и отец молодого хозяина Франциск-Ксавери. Строгое темное лицо его, в котором читались гордость и стойкость кавказских горцев, было словно выточено из камня: ни единый мускул не дрогнул с тех самых пор, как они спустились в гостиную с надеждой на новое чудо.

Станислав - хозяин и старший сын в семье, продолжал нервно отсчитывать шаги, то подходил к окну, вглядываясь в сырой еще, серый сад, то вновь обращался в сторону дверей, с замиранием сердца прислушивался. Его младший брат Адам - темноокий, с иссяня-черными волосами следил за ним, глубоко вздыхал. Из всех он был, пожалуй, единственный, кто скучал в данную минуту, потеряв интерес ко всему происходящему.

Франциск приподнял строгий взгляд на Станислава, проговорил:

Сын мой, возьми себя в руки, присядь и просто помолись.

Да что же они так долго? - воскликнул Станислав, теряя контроль над собой.

Терпение, сын мой, терпение. Дитя родится в положенный ему срок и кроме наших молитв ничего не поможет, - он устало обвел гостиную пристальным взором, глянул то на одного сына, то на другого. - Когда Вильгельмина, ваша мать, рожала Адама, ты, Станислав, сидел на моих коленях, а твой двоюродный брат Юзеф Теофил читал в это самое время Евангелие, и когда я услышал младенческий крик, то...

Франциск не договорил. На втором этаже в опочивальне раздался долгожданный крик дитя. Станислав, а за ним отец и брат ринулись наверх в комнату, где Бронислава только что разрешилась от бремени. Ее мать Леокадия Котула держала на своих руках младенца, с радостной улыбкой протянула живой сверток отцу, молвила уставшим, но счастливым голосом:

Сын! У тебя, Станислав, родился сын.

Яркий румянец спал с его щек, какое-то странное, непонятное выражение появилось на его лице. Пристально взглянул он в маленькое личико ребенка, в еще детские огромные глаза, произнес чужим голосом:

Мама, вы шутите. Это не может быть сын. Посмотрите в эти огромные красивые глаза - такие не могут быть у мальчика, это дочь.

И все же, мой драгоценный зять, вас