Чужое сердце - Шарлотта Валандре

– У вас усталый вид, что это за метки у вас вокруг шеи? И я вижу начало шрама. Это к сердцу, да? Но не беспокойтесь, ваше сердце вас не подведет.

– То есть вы хотите сказать, новое сердце не подведет…

Наташа выглядит удивленной и тут же заявляет:

– Да, вот именно…

Она хватает карточную колоду, просит меня перетасовать и снять левой рукой. Я даю ей несколько карт, которые она по одной открывает.

– А что ваша мать – она не очень в форме…

Наташа показывает пальцем на даму червей, которую я только что открыла, потом на пиковую восьмерку…

У меня возникает нервный смех, и мне тут же становится неловко.

– Да уж точно. Она даже умерла от рака семь лет назад.

– Да, точно, я видела, что там какая-то проблема…

Наташа не сдается.

– Да, серьезная проблема… – говорю я.

– Ясновидение – не точная наука… Ваша мать вас охраняет, вы знаете это?

– Надеюсь. Иногда я ощущаю ее присутствие, но предпочитаю об этом не говорить…

– Вы хотите, чтобы мы закончили, Шарлотта? Я не чувствую в вас большой восприимчивости.

– …А любовь?

– Я вижу встречу, этот человек работает в той же области, что и вы, актер или профессионал кино, он, кажется, боится, очень боится, но чего?

Я продолжаю молчать. Наташа говорит снова:

– А может быть, это врач, кто-то, кто вас лечит, он робок, вы производите на него большое впечатление, он любит вас тайно, вы с ним уже встречались, да?

Наташа, возможно, интерпретировала так широкую улыбку, которая возникла у меня на лице, хотя оно и застыло в ожидании новой сенсации.

– Я встретила человека, это точно… Вернее, у меня была приятная… биопсия…

– Себастьен?

До меня доходит, что я даже не знаю имени доктора моего сердца.

– Я слышу имя Себастьен, – длинное имя, начинающееся на «с», что-то такое свистящее…

– Не знаю. А с этим Себастьеном… что получится?

– Возьмите эту колоду и тасуйте ее, сосредоточенно думая о нем, снимите и дайте мне семь карт, левой рукой, это важно…

Новая колода не совсем обычная, в ней и кубки, и золотые монеты, и сабли…

– Долго это не продлится. Настоящая любовь придет позже, сначала в ваших снах… Вы ведь сейчас часто видите сны, правда?

– Как обычно… То есть нет, я не помню своих снов, потому что принимаю снотворное… Прекрасно. Мне пора, у меня не очень много времени.

– И вы слегка разочарованы?

– Да, чуть-чуть. – Я не умею врать.

– Но я не сержусь на вас. Вы симпатичная.

– Любовь придет, Шарлотта, сердце выдержит, и верьте своим снам…

– Великолепно…

Я улыбаюсь, вскакиваю, машу рукой и убегаю.

Едва выйдя на улицу, принимаю звонок от любопытной Лили.

– Ну, она супер, правда?

– Да не очень. Она увидела проблему со здоровьем у моей матери и роман с Себастьеном, актером или врачом. Роман продлится недолго, но большая любовь придет, естественно. Есть и хорошие новости: она не взяла с меня денег.

– Однако обычно она на высоте, странно.

Лили огорчена.

– Я позвоню в больницу.

– Зачем?

– Я поняла, что не знаю имени доктора Леру! Или поищи, пожалуйста, в гостиной! Я где-то положила его карточку… на письменном столе! Перезвони, целую.

Лили выполняет просьбу и через несколько минут выпаливает:

– Не такая уж она плохая, моя гадалка: доктор С. Леру!

– Стивен, Стивен Леру! – кричит мне Генриетта по телефону, чтобы я наверняка расслышала.

Моя доисторическая Генриетта не доверяет мобильным телефонам, они раздражают, часто барахлят, она отказывается заводить себе мобильник.

– Доктор после понедельника несколько раз про вас говорил, попросил номер вашего телефона…

– Гениально! Стивен. Это же бретонское имя, да?

– Да, кажется, он родом из Бретани. Но я мало его знаю. Он не очень разговорчивый.

– Ну хорошо хоть, что его зовут Стивен…

– Какое это имеет значение?

– Потому что с Себастьеном у нас бы долго не продлилось. Значит, я жду его звонка, да?

– А Себастьен – это кто?

– Никто, потом объясню.

– Вы загадками говорите, детка…

– А правда, что мой трансплантат взяли в госпитале Венсан-де-Поль? Это записано у меня в деле?

– Что такое?! Да кто вам это сказал?

– Он.

– Этого не может быть. Вы бредите, деточка. Доктор Леру ни в коем случае не мог дать вам такую информацию… Вы прекрасно знаете, что все это абсолютно анонимно… Хотите, чтобы я передала доктору Леру, что вы звонили?

– Нет… Погодите! Да, передайте!

Скоро начнется рекламная кампания по продвижению моей книги, она обещает быть очень активной. Выбранная моим издателем пресс-атташе – Тони – предлагает мне провести несколько дней в рыбачьем домике, которым она владеет на Корсике, недалеко от Порто-Веккьо.

– Там жутко мило, все так неформально, будем готовить рыбу на гриле и жариться в бухте под утесом, можем заодно обсудить рекламную кампанию, отдохнуть перед сентябрьским штурмом, – знаешь, мне жутко понравилась твоя книга. Так ты приедешь?

– О'кей, приеду, очень мило, что ты пригласила меня.

Тони – одна из самых известных пресс-атташе Парижа. В ее ежедневнике – небольшого формата, но толстый, как справочник «Желтые страницы», без которого, как она твердит, она бы пропала, – наверняка весь Париж. Возраста у Тони нет. Она еще красива. Голос у нее хрипловатый, прокуренный. Ее улыбка кажется мне элегантной маской на весьма негладкой жизни. Когда я из любопытства пытаюсь потихоньку спросить ее ассистентку про возраст начальницы, та молча смотрит на меня, выпучив глаза, как будто я собираюсь нарушить государственную тайну. У Тони не будет легального возраста для выхода на пенсию.

Ее энергия меня просто поражает. Рецепт? «Удовольствие и только удовольствие. От жизни, от работы, от всего – от всего, что случается в жизни, милочка».

Тони – человек очень профессиональный, но и ласковый, любящий очаровывать, оберегать, очень спонтанный.

Она действует «по наитию, по зову сердца». Ей понравилась книжка, она хочет за нее бороться. Она берет меня с собой и под свое крыло. Я знаю прекрасно, что пройдет несколько месяцев – и все закончится. Что Тони исчезнет из моей жизни с окончанием рекламного периода. У нее столько друзей, что времени для меня не найдется. Это нормально. Значит, сердечно обнимемся после встречи с прессой, может, даже всплакнем, пообещаем созвониться «как-нибудь на днях» и не созвонимся. Такое дело – шоу-бизнес, связи очень сильные и мимолетные. Обожание и расставание, любовь и забвение. Чувствительные сердца лучше поберечь.