«Священные войны» Византии - Алексей Величко

Все же, по некоторым источникам, Хосров согласился на время отказаться от захвата Константинополя при условии выплаты следующей унизительной дани: тысячи талантов золота, тысячи талантов серебра, тысячи шелковых одежд, тысячи коней и тысячи девушек. Говорят, что Ираклий был вынужден согласиться с этим предложением – никакой альтернативы у него просто не оставалось^[657].

Не имея, по-видимому, достаточных сил для немедленного овладения Константинополем, Хосров решил предпринять наступление на житницу Римской империи Египет, систематически снабжавший многие территории хлебом и являющийся едва ли не основным источником дохода государственной казны. В это время Египет, где пребывал экзархом Никита, под мудрым управлением брата царя испытывал внутренний покой и подъем. В 615 или 617 г. (по разным данным) персидский полководец Шахрбараз начал свой поход, направленный на покорение Египта. После длительной осады пала крепость Пелузий, защищавшая вход в дельту Нила, а затем персы овладели Мемфисом. Затем, не без труда захватив остальные крепости на их пути, персы, наконец, подошли к Александрии.

Видимо, у Никиты не оставалось сил защитить город, практически неприступный с суши, и он вместе с патриархом св. Иоанном Милостивым покинул город, отправившись на корабле в Константинополь. Конечно, такой поступок нельзя назвать оправданным и тем более благородным – сановник практически оставил город без командования и власти на волю судьбы. По дороге в столицу их корабль попал в страшную бурю. Не вынеся плавания, патриарх решил вернуться на свою родину на остров Кипр, где и скончался 12 ноября 618 г. Никита, мнение о котором царя не изменил даже этот неблаговидный поступок, также не усидел в столице и был возвращен в Африку в качестве ее экзарха, где и умер в 629 г.

К чести жителей Александрии, их не смутило бегство Никиты, и они с воодушевлением взялись за оборону родного города. Как это нередко бывает, все решил случай. Один молодой человек, родом из Аравии, долго проживавший в Александрии, обратился к Шахрбаразу с предложением использовать морской путь для взятия города. По его совету персы захватили множество рыбацких суденышек и, посадив на них воинов, внезапно проникли в город через западные ворота, перебив караульных. Взобравшись на стены, они провозгласили победу Хосрова и открыли ворота остальной армии. Пока александрийцы приходили в себя, персы были уже в городе^[658].

Началось бегство, осложняемое неблагоприятным ветром с моря, препятствующим византийцам покинуть Александрию. Поэтому потери римлян были чрезвычайно велики. Помимо обычной добычи, персам достались громадные церковные сокровища, отправленные армией в дар Хосрову. Это печальное событие, по разным данным, случилось в 618 или 619 г.

Победа персов была настолько яркой и значимой, что министр финансов Персии Йездин, желая угодить своему царю, изготовил золотые ключи от города – точную копию железных, настоящих, и преподнес их ему в дар. После этого победоносный Шахрбараз совершил поход в области среднего Египта, дошел до Эфиопии и овладел Пентаполем и Ливией. Для укрепления власти Хосрова персы благоразумно предоставили главенство представителю монофизитской церкви, на которого одновременно возложили обязанности по взысканию налогов и податей^[659].

Потеря Египта оказалась катастрофичной для Византии: она лишилась главного поставщика хлеба и налогов. Дошло до того, что в Константинополе пришлось прервать вековую традицию и заменить бесплатную раздачу хлеба бедноте выдачей наличных денег. Положение в столице осложнилось страшной чумой, косившей людей тысячами^[660].

Катастрофически обстояли также дела на Западе и на Севере. Захват Испании вестготами, начавшийся еще при императоре Юстине II, продолжился при Ираклии. Более того, переход вестготов из арианства в Православие только способствовал умиротворению их отношений с местным православным населением. Начиная с 610 г. и по 624 г. Римская империя последовательно теряла последние оставшиеся территории в Северной Африке и Испании.

Королем вестоготов в Испании в те годы был Сисебут (612—621), состоявший с Ираклием в дружеских отношениях. В это время вестготы состояли в споре с франками из-за провинции Кантабрии, и Ираклий, в полном осознании своих императорских прерогатив, попытался вернуть Римской империи эту территорию. Увы, византийское войско, руководимое патрицием Кесарием, потерпело в 613 г. от готов два сокрушительных поражения. Дружба правителей всегда отступает в сторону, когда на первый план выходят интересы их государств. Говорят, сам Сисебут, разглядывая поле одного из сражений, с горечью заметил: «О, как я несчастлив, что в годы моего правления было пролито столько крови!»

В 614 г. Ираклий был вынужден заключить мир с Сисебутом, по условиям которого вестготам отошло побережье Средиземного моря за исключением узкой полоски земли на территории современной Португалии (провинция Алгарвия). Но худшее еще ждало впереди: в 621 г. на Вестготский престол вступил Свинтила (621—631), отличившийся еще ранее в войнах с римлянами. Теперь он жаждал окончательно изгнать византийцев из Испании, и, надо сказать, его действия были успешны. Всего за 2 года он завоевал практически все оставшиеся крепости, находившиеся еще в руках римлян. В результате власть Римского императора отныне распространялась только на острова Майорка и Минорка^[661].

В Италии дела обстояли еще хуже. При новом Равеннском экзархе Иоанне Лемигии (611—616) случилось солдатское восстание, жертвой которого стал сам представитель императора. Новый экзарх евнух Елевферий (616—619) начал довольно успешно: он подавил солдатский бунт, отвоевал у лангобардов Равенну и разгромил очередного узурпатора Иоанна из Комиссы, овладевшего Неаполем и провозгласившего себя императором. Но затем удача изменила экзарху – он потерпел тяжелое поражение от лангобардов и купил мир очередным увеличением суммы ежегодной дани, выплачиваемой варварам Империей.

А затем, чувствуя слабость центральной власти, Елевферий вознамерился отделить Италию от Империи и создать собственное государство. Вероятно, это условие тайно оговаривалось им с вождями лангобардов. Горделиво он облекся в царский пурпур и направился в Рим, чтобы там венчаться на царство. Но по дороге в Вечный город в 619 г. узурпатор был убит собственными солдатами, отославшими его голову в Константинополь^[662].

Оставшиеся беззащитными северные провинции также подверглись жесточайшему набегу славян, с 611 г. беспрерывно переходившими Дунай и разорявшими римские земли. Особенно пострадала Истрия, и славяне, остававшиеся все еще данниками Аварского хана, отправляли тому пленных византийцев, которых варвар расселял в Паннонии. Понемногу овладев морским делом, славяне затем распространили свою экспансию на острова Эгейского моря. Страх от нападения славян был настолько велик, что слухи об их вторжениях достигли берегов Испании и Сирии.