Маршал Конев - Владимир Дайнес

И.С. Конев, изучив обстановку и директиву Ставки ВГК, принял решение создать на правом крыле северо-западнее Дрездена ударную группировку из трех общевойсковых (13-я, 3-я гвардейская, 5-я гвардейская), двух танковых (3-я и 4-я гвардейские) армий, двух танковых корпусов (4-й гвардейский и 25-й) и пяти артиллерийских дивизий. Задачи армиям фронта были определены в директиве, подписанной Коневым во втором часу ночи 4 мая{529}.

Главный удар наносился в направлении Теплице-Шанов, Прага, несколько охватывая Прагу с запада и юго-запада. Войскам 13-й армии приказывалось совместно с 25-м танковым корпусом и 17-й артиллерийской дивизией прорыва, прикрываясь частью сил справа по р. Мильда фронтом на запад и юго-запад, нанести главный удар левым флангом, прорвать вражескую оборону и, обходя Прагу с запада и Пльзень с востока, обеспечить действия ударной группировки фронта на ее правом фланге. 3-й гвардейской армии совместно с 10-м артиллерийским корпусом прорыва предстояло нанести удар на Прагу с севера и, взаимодействуя с 3-й и 4-й гвардейскими танковыми армиями, овладеть на седьмой день операции городом с северо-востока и востока.

3-я гвардейская танковая армия вводилась в прорыв на участке 3-й гвардейской армии в первый день операции с задачей на шестой день операции овладеть Прагой ударом с северо-востока и востока. 4-я гвардейская танковая армия, вводившаяся в прорыв в полосе 13-й армии, должна была обойти Прагу с юго-запада и ударом с запада и юго-запада во взаимодействии с 4-й гвардейской танковой армией на шестой день операции овладеть городом.

Задача по овладению Дрезденом возлагалась на 5-ю гвардейскую армию, усиленную 4-м гвардейским танковым корпусом, 150-й танковой бригадой, 1-й и 3-й артиллерийскими дивизиями прорыва, а также на 2-ю польскую армию с ее 1-м танковым корпусом. Вспомогательный удар из района Герлица в направлении Циттау, Млада-Болеслав, Прага наносила вторая ударная группировка, включавшая две армии (28-я и 52-я), 7-й механизированный корпус и 25-ю артиллерийскую дивизию прорыва. Готовность к наступлению — к исходу 6 мая.

Успех действий войск фронта во многом зависел от инженерного обеспечения. Учитывая особенности местности, Конев приказал инженерно-саперные части и подразделения танковых армий, а также саперные и понтонно-мостовые части, поступившие для усиления, придать корпусам первого эшелона и включить в основном в состав передовых отрядов. Они должны были разминировать дороги, ликвидировать лесные завалы и другие препятствия, вести разведку дорог и рек, наводить переправы и мосты, оборудовать броды. Действия каждого передового отряда обеспечивалось достаточным количеством авиации.

Несмотря на недостаток времени на подготовку операции, соединения правого крыла 1-го Украинского фронта с 4 по 6 мая успешно совершили марш протяженностью 100–200 км из-под Берлина в район северо-западнее Дрездена. На направлении главного удара было сосредоточено 5680 орудий и минометов. Это позволило создать достаточно высокую плотность артиллерии и минометов на участке прорыва. Так, в 5-й гвардейской армии она составляла 200 и более стволов на 1 км фронта. На направлении вспомогательного удара были сосредоточены около 3700 орудий и минометов, около 300 танков и две артиллерийские дивизии прорыва{530}. Вместе с ними наступал танковый корпус 2-й польской армии. От 2-й воздушной армии для поддержки главных сил были выделены 1900, а на вспомогательном направлении — 355 самолетов. Задачи авиации заключались в прикрытии войск, обеспечении переправы через Эльбу, нанесении массированных ударов по живой силе и технике врага, а также по железным дорогам, чтобы не допустить переброски его войск.

4 мая И.С. Конев провел в штабе 1-го Украинского фронта совещание с командующими армиями. Он обратил их внимание на то, что фактор времени является решающим для успешного проведения операции, подчеркнув, что предстоит не просто преодолеть Рудные горы и Судеты, а в буквальном смысле слова «чуть ли не перелететь через них». От танковых войск требовалось, отрываясь от пехоты и не ввязываясь в бои за города, обходить опорные пункты и смело рваться вперед и вперед. Общевойсковые армии должны были в максимальной мере использовать весь наличный автотранспорт. Командирам и штабам предписывалось осуществлять руководство на самых коротких дистанциях, широко используя радио. От войск требовалось не допускать разрушения населенных пунктов и заводов.

В ходе подготовки к Пражской операции И.С. Коневу пришлось выполнить задачу дипломатического характера. 5 мая он на своем командном пункте, находившемся в 40 км северо-восточнее Торгау, принял командующего американской 12-й армейской группой войск генерала О. Бредли. В своих мемуарах Конев подробно рассказывает об этой встрече, чем мы и воспользуемся.

Генерал Бредли прибыл со свитой генералов и офицеров и огромным количеством корреспондентов и фоторепортеров. Его встречали Маршал Советского Союза Конев, члены Военного совета 1-го Украинского фронта, командующий 5-й гвардейской армией генерал-полковник А.С. Жадов и командир 34-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майор Г.В. Бакланов. Здесь же находились представители газет, кинооператоры и фотокорреспонденты.

Бредли показал Коневу свою карту, на которой было нанесено положение американских войск, пояснив коротко, где и какие его части вышли на условленную линию соприкосновения с войсками фронта. Затем он спросил Ивана Степановича, как он намерен брать Прагу, и не следует ли американцам помочь ему в этом деле. Конев сказал, что необходимости в такой помощи нет и что любое продвижение американских войск дальше к востоку от ранее обусловленной демаркационной линии может внести только путаницу, вызвать перемешивание войск, а это нежелательно, и просил этого не делать. «Бредли согласился со мной и сказал, что подчиненные ему войска будут и впредь соблюдать установленную линию соприкосновения — вспоминал Конев. — На вопрос Бредли: как мы намерены брать Прагу, я ответил в общих чертах, заметив, что нацеленные на Чехословакию советские войска в состоянии справиться с этой задачей и, безусловно, справятся с ней. В подробности предстоящих действий я не вдавался. Я не считал возможным сообщать о своих оперативных планах, хотя и верил, что именно войска 1-го Украинского фронта сыграют решающую роль в освобождении Праги. Но говорить раньше времени — не в моих правилах»{531}.

Во время обеда в своем первом, официальном тосте Конев говорил о тех испытаниях и трудностях, через которые прошла Красная Армия на пути к победе. Он сказал о том, какую важную роль сыграл президент Рузвельт в создании и во всех дальнейших действиях антигитлеровской коалиции. Конев выразил официально соболезнование по поводу безвременной кончины американского президента. Говоря о совместной борьбе против фашистских захватчиков, Иван Степанович отметил и оценил бесспорные заслуги офицеров и солдат 12-й американской группы войск.

Бредли в своем ответном тосте отметил мужество и храбрость солдат и офицеров 1-го Украинского фронта, примеру которых, по его словам, следовали американские солдаты, офицеры и генералы. Остановившись на заслугах Рузвельта, он выразил сожаление, что президенту не удалось дожить до счастливых дней победы.