Парфянин. Испытание смертью - Питер Дарман

Я пожал плечами:

– Мы могли бы и отойти. Моя конница прикроет отступление.

– Нет. Если мы отступим, в следующий раз римлян окажется в два раза больше. Кроме того, это будет иметь скверные последствия в плане боевого духа, если мы убежим от двух легионов и жалкого скопища галлов.

Через некоторое время подъехал Каст и сообщил, что перевел четыре свои когорты на крайний правый фланг нашего боевого порядка и поставил их правым фронтом, под прямым углом к основной линии, обращенной лицом к галлам.

– Спартак, прости, я не знал, что ты здесь. Ты не ранен?

– Нет. Что случилось?

– Галлы убирают свои колья там, где их фронт длиннее нашего. Думаю, они намерены нас атаковать. Пакор, нам может понадобиться твоя конница, чтобы усилить нашу позицию.

Я дал знак Буребисте подъехать к нам.

Спартак смотрел в ту сторону, откуда приехал Каст.

– Стало быть, галлам надоело стоять без дела, пока их товарищи забирают себе всю славу, – он улыбнулся. – Возможно, это боги дают нам знак. Сколько у тебя конников, Пакор?

– Пятнадцать сотен, мой господин.

– Отлично, – он хлопнул Каста по плечу. – Возвращайся к своим людям и обеспечь, чтобы они стояли на месте. Держитесь! И помни, что галлы атакуют совсем не так, как римляне. Они бросятся вперед дикой орущей толпой, но она разобьется о вашу стену щитов.

Каст выглядел обеспокоенным.

– Но они могут обойти нас и зайти в тыл!

Спартак покачал головой:

– Вытяни свой первый эшелон вбок, возьми часть людей из второго. Пусти в ход лучников Пакора, чтобы они перестреляли галлов. Их, может, и много, но это недисциплинированная толпа, а битвы выигрывает именно дисциплина. Ступай.

Каст отдал честь и поспешно удалился. Спартак обернулся ко мне. От возбуждения у него даже глаза расширились.

– Пакор, твоя конница – ключ, которым мы вскроем и развалим их оборону. Бери своих людей и двигай параллельно левому флангу противника, а затем заходи им в тыл. Пыль закроет твое передвижение.

Переместить конницу более чем на полмили вдоль неприятельского фронта означало лишить войско резервов, и если галлы прорвутся через наш правый фланг, то тысячи их воинов свободно устроят резню среди наших раненых и бросятся грабить наш обоз. Это опасно, но Касту, вероятно, удастся их сдержать, по крайней мере, достаточно долго, чтобы моя конница успела зайти им в тыл. Задумка могла и сработать.

– Опасная игра, господин, – заметил я.

Он обхватил меня за плечи:

– Твоя конница лучше всех подготовлена, ее возглавляет лучший командир не то что в Парфии, в мире! – да, он знал, как польстить. – Ты ни разу нас не подвел, не подведешь и сегодня.

Я почувствовал прилив гордости. И повернулся к Буребисте:

– Вели всем садиться в седло, мы сейчас пойдем бить галлов.

– Есть, господин! – просиял он и начал отдавать приказы командирам сотен, чтобы те собирали и строили своих конников.

Спартак вскочил на коня:

– Заходи им в тыл, Пакор, и постарайся нанести как можно больший ущерб. Удачи!

Он ускакал. Я пошел к Гафарну, который держал Рема и своего коня. Взял поводья Рема. Вокруг нас всадники уже строились в колонны, и наконечники их копий поблескивали в пропыленном воздухе.

– Ну, Гафарн, сейчас поглядим, как эти галлы умеют драться.

– Мечами и копьями, и только. Они все здорово похожи на Крикса.

– Не напоминай мне о нем. Галлию и Диану никуда не отпускай. Они должны оставаться здесь, охранять обоз, – конечно, обоз уже имел приличную охрану, но это не имело особого значения.

– Да, принц.

Я вскочил в седло.

– И смотри в оба, Гафарн!

– Ты тоже, принц, – кивнул он.

Не успел я выехать вперед перед фронтом колонны всадников, которая сейчас медленно двигалась вправо – пятнадцать сотен конных, построенных по сотням в три шеренги каждая, как рядом со мной оказалась Галлия. Она расстегнула нащечники своего шлема.

– Гафарн передал мне твое предложение. Я обдумала его и отвергла. Мы сегодня будем драться!

– Это было не предложение, – ответил я. – Это был приказ!

– Нет уж! – возразила она. – Мы имеем право сражаться! Мы же просто последуем за арьергардом конницы. Ты кого хочешь иметь в качестве жены, волчицу или овцу?!

У меня не осталось времени на споры.

– Хорошо. Но держись поближе ко мне.

– Не беспокойся. Не дам я этим галлам тебя убить.

– Хорошо-хорошо! – резко бросил я. – Поставь своих женщин позади моей сотни. И держитесь поближе к нам.

Она вскрикнула от радости, застегнула нащечники и погнала Эпону к своим воительницам. Через несколько минут сто всадниц построились позади даков, которых я возглавил.

Я все время нервно вглядывался влево, туда, где на левом фланге войска неприятеля сосредоточились массы галлов. Разглядеть их было нелегко, пыль и дрожащий раскаленный воздух искажали перспективу. Я вознес молитву Шамашу, моля его, чтобы и им было нас едва видно.

Справа от меня во главе средней колонны конников ехал Буребиста, держа в руке копье и забросив щит слева за спину. Правее шла еще одна сотня, а позади нас по трое в ряд тремя колоннами параллельно фронту неприятельского крыла двигались остальные.

Командиры сотен держали своих людей в строгом порядке, поскольку в бою у воинов частенько возникает желание ускорить свои действия и поскорее покончить с кровопролитием. Но те, кто уже бывал в схватке, понимают, что дисциплина и сдержанность – лучший способ остаться в живых. Нет смысла гнать коня еще до начала атаки; результатом станет лишь то, что он выдохнется раньше времени, когда тебе более всего понадобится вся его мощь и энергия. К тому же конь воспринимает настроение своего всадника и даже его жажду крови, начинает нервничать и капризничать, а это крайне нежелательно, когда ты верхом на нем влетаешь в самую гущу сражения. Он вполне может запаниковать и стать либо неуправляемым, либо вообще сбросить всадника в попытке удрать в безопасное место. Вот мы и двигались спокойным, равномерным шагом, держа боевой порядок и всячески ободряя своих коней. Рем был норовистым скакуном, поэтому я все время оглаживал его и называл разными ласковыми именами. По крайней мере он вполне воспринимал спокойный тон моего голоса. Я оглянулся назад, желая убедиться, что Галлия и ее воительницы выполняют данный им приказ; да, они шли безукоризненным строем. Мы подняли огромную тучу пыли, и потребовались бы усилия гения, чтобы рассмотреть движущуюся огромную массу конницы. Я молился, чтобы галлы были слишком заняты атакой людей Каста, чтобы нас заметить.

Так мы и перемещались параллельно фронту галлов, пока, по моей оценке, не достигли конца их строя. Тогда я развернул колонны резко влево и повел их вперед. Мы прошли так с пять сотен шагов, и командиры сотен по-прежнему поддерживали темп. Потом я вообще остановил движение. Перед нами оказалось пустое пространство – мы уже обошли левый фланг противника и оказались позади него. Но слева от себя я разглядел огромную массу войск, медленно перемещающуюся в сторону нашего правого фланга. Значит, они и действительно убрали колья и двинулись в атаку на подразделения Каста. Римляне всегда подчинялись строгой дисциплине, но у галлов не хватало терпения выжидать, чтобы выиграть время – к счастью для нас. Я почувствовал прилив возбуждения при мысли о том, что сейчас мы врежемся в их тылы, и подъехал ближе к Буребисте.