Орел пустыни - Джек Хайт

В центре зала лежали толстые ковры с переплетающимися геометрическими рисунками, от которых кружилась голова. Но все это не шло ни в какое сравнение с ослепительными одеяниями мужчин и женщин в дальнем конце зала. Мерцающий свет факелов отражался от золотой вышивки на их одежде, окутывал сиянием кольца с огромными рубинами и аметистами, проливался на шелковые халаты глубокого красного, шафранно-желтого, ярко-зеленого и небесно-голубого цветов. А в центре этого великолепия находились женщина средних лет и юноша, сидевшие рядом на позолоченных тронах.

Женщина была в одеянии из алого шелка, голову украшала корона из переплетающихся полосок золота. В уголках ее глаз и губ Джон заметил морщины, но длинные волосы оставались черными без малейшего намека на седину. У молодого мужчины, одетого в голубой шелк и с более тяжелой короной на голове, который выглядел в два раза моложе ее, было румяное лицо, прямые волосы и борода цвета соломы. Он сидел очень прямо и постоянно облизывал губы.

– Они одеваются, как мерзкие сарацины, – прошептал Рейнальд. – Это король Балдуин и его мать, королева Мелисенда. Балдуин хороший человек, но пусть это тебя не введет в заблуждение. Они с Мелисендой пытаются выкачать из нашего короля деньги, точно два еврея. А вот и наш король. – Рейнальд показал на молодого мужчину в полотняных бриджах и такой же тунике, отделанной зеленым шелком. Длинные каштановые волосы и густая борода скрывали безвольный подбородок. Однако внимание Джона привлекла женщина, сидевшая слева от короля. Она была потрясающе красива, с безупречной молочно-белой кожей, точеными скулами и длинными золотистыми волосами, которые вились на концах. Она посмотрела в сторону Джона, он увидел, что глаза у нее цвета темного янтаря, и тут же смущенно отвернулся.

– Королева Алиенора Аквитанская, – ухмыльнувшись, сказал Рейнальд и добавил шепотом: – Говорят, потаскушка спит с собственным дядей, Раймундом Антиохским, вон он там. – И Рейнальд указал Джону на красивого мужчину с квадратной челюстью и ярко-голубыми глазами, стоявшего в дальнем конце зала. – Но лично меня больше интересует кузина Алиеноры Констанция, – продолжал Рейнальд, кивнув в сторону довольно пухлой на вид курносой женщины с близко посаженными глазами. – Она наследница Антиохии. Тот, кто на ней женится, получит в придачу королевство. – Он помолчал мгновение. – Пойдем, я представлю тебя нашему королю.

Рейнальд провел Джона за собой через зал и низко поклонился королю Людовику. Джон последовал его примеру.

– Надеюсь, все готово к сегодняшнему вечеру, Рейнальд? – спросил Людовик. – Ты получил ответ Балдуина?

– Получил, сир. Он с нами.

– Хорошо.

– Что это за красавчика рыцаря вы привели с собой, Рейнальд? – спросила Алиенора. Джон стоял, опустив глаза в пол.

– Позвольте представить вам Джона Саксонского.

– Это тот самый рыцарь, который победил сегодня сарацинского пленника? – спросила Алиенора.

– Да, миледи, тот самый.

– Вы оказались далеко от родного дома, Джон, – заметил Людовик. – Расскажите мне, как так получилось, что ко мне на службу попал сакс.

Джон с трудом сглотнул.

– Вы… сражаетесь за Него, милорд. Служа вам, я служу Богу.

– Разумеется, – улыбнувшись, проговорил Людовик. – А еще я уверен, что вы не слишком жалуете своего норманнского короля. – Махнув рукой, Людовик отпустил Джона и заговорил с одним из своих придворных.

Рейнальд схватил Джона за локоть и отвел его в сторону.

– Он говорил с тобой, это великая честь, – прошептал Рейнальд. – Совет вот-вот начнется. Он будет проходить на латыни. Так что ты ничего не поймешь.

– Я говорю на латыни, милорд.

– А ты полон сюрпризов, сакс, – приподняв одну бровь, заявил Рейнальд. – Хорошо. Жди вон за теми колоннами. Ничего не говори и старайся никому не попадаться на глаза.

Джон скользнул в тень бокового прохода и встал в конце зала, как можно дальше от трона короля Балдуина. В следующее мгновение в центр зала вышел морщинистый лысый священник в белой сутане и трижды ударил в пол своим посохом.

– Совет открыт! – провозгласил он на латыни и тут же вернулся к группе других священнослужителей, среди которых Джон заметил Вильгельма Тирского, молодого священника, того самого, что они встретили около фонтана в свой первый день в Акре.

Следующим заговорил король Балдуин:

– Добро пожаловать, рыцари, лорды, служители Бога, короли и королевы. Вам всем известно, с какой целью созван совет. В королевстве начался Второй крестовый поход, во главе которого стоят отважный король Конрад и храбрый король Людовик. Существует мнение, что целью похода должен стать величественный город Алеппо. Другие желают атаковать Дамаск. Сегодня мы примем окончательное решение. – Он помолчал и облизнул губы. – Я готов выслушать ваши доводы.

Конрад, приземистый, седовласый германец, встал, чтобы привести свои аргументы, но, прежде чем он успел заговорить, кто-то прошептал Джону на ухо:

– Я тебя знаю. – Джон быстро обернулся и увидел перед собой светловолосого мальчишку, года на три младше него, с сияющими голубыми глазами и орлиным носом. – Ты храбрый, настоящий рыцарь, ты снял доспехи перед сражением с пленным сарацином.

– Ты кто такой?

– Амальрик. – Мальчик приблизился к Джону и заговорил совсем тихо: – А ты знаешь, что человек, которого ты убил, не был шпионом?

– Это как? Лорд Рейнальд сказал, что сарацины, которых они поймали, были людьми Унура и шпионили на нашей территории.

Амальрик неожиданно громко рассмеялся, и Джон быстро оглянулся по сторонам, проверить, не обратил ли кто-то на него внимание. Впрочем, веселье Амальрика погасло так же быстро, как возникло.

– Во дворце говорят совсем другое. Я слышал, что сегодня утром ваш лорд Рейнальд напал на маленькую деревню, принадлежащую Иерусалимскому королевству, и убил всех жителей – мужчин, женщин, детей. А этих четверых захватил в качестве «шпионов».

– Зачем?

Амальрик кивнул в сторону зала, где слово взял красавец Раймунд Антиохский.

– Скоро сам поймешь.

– Конрад говорит, что мы должны пойти маршем на Дамаск, – начал Раймунд. – Мы все знаем, что Дамаск богатый город, поскольку он стоит на торговом пути, идущем с востока к Средиземному морю, и его рынки и сокровищницы ломятся от товаров и денег. Это солидный приз, но нас не должна ослеплять жадность. – Со всех сторон начали раздаваться возмущенные крики людей Конрада и Людовика, но Раймунд продолжил, стараясь перекричать громкие голоса: – Мы заключили с Унуром, эмиром Дамаска, договор, он наш союзник. Он опасается растущего могущества Нур ад-Дина, правящего в Алеппо, и правильно делает. Вам не следует забывать, что именно Нур ад-Дин возглавлял армию, захватившую Эдессу, и падение Эдессы стало причиной нашего крестового похода. С каждым годом Нур ад-Дин подчиняет себе все больше городов, его неуклонное восхождение представляет опасность для всех нас – Триполи, Акры, Иерусалима. Наше королевство живо только потому, что сарацины разобщены.