Вангол - Владимир Прасолов

— Тихо! — прошипел Остап. — Башку оторву, ещё раз пикнешь! Вон тропа в сопку. Я по тропе, двое справа, двое слева. Надо обойти со всех сторон костёр и по моему сигналу напасть. Нам он живой нужен, а то опять ноги сделает или в воду сиганёт, ищи его потом. Пошли.

Когда грязные и мокрые они подползли к месту стоянки Такдыгана, то увидели двух оленей, привязанных к корявой берёзке, развешанные для просушки у костра вещи. Никого не было. Остап лежал не двигаясь, наблюдал. «Где этот щенок, неужели сорвался!» Медленно и томительно тянулись минуты. Промокшая одежда вводила в дрожь, яркое пламя костра манило и звало к себе.

Ничего не говорило о присутствии здесь кого-нибудь. «Может, спит марфута в пещере», — подумал Остап и, коротко свистнув сквозь зубы, бросился мимо костра к скале, поднимавшейся за большим камнем, перед которым горел костёр. Через несколько минут, обыскав всё и осмотрев, насколько было видно, первый зал пещеры, они собрались у костра.

— Наверное, засёк нас и смылся, гадёныш, — высказался Хрущ.

— Да и чёрт с ним. Остап, ты нас сюда зачем вёл? В пещере полно оружия, на хрена нам оно? — спросил Задвига.

— Да, сюда. Оружие и патроны нам не нужны, забудь про них, в этой пещере тайник с рыжьём. Заберём — и назад. Но здесь кто-то есть, костёр кто-то разжёг, и пока мы его не найдём…

— А чё его искать, вон он сам идёт, — тихо сказал Хрущ, глазами показывая Остапу на тропу.

По тропе поднимался Такдыган. Он нёс берестяное ведро с водой. Увидев людей у костра, он на секунду приостановился и продолжил идти.

— Всем сидеть, не двигаться. — Остап шёпотом, не поворачивая головы в сторону идущего, сказал: — Говорил же, сам придёт, куда ему деваться.

— Не, Остап, это старик, тунгус какой-то, — прошептал Хрущ.

— Оружие у него есть?

— Нет, несёт что-то в ведёрке.

Такдыган подошёл к костру, он заметил присутствие людей у пещеры слишком поздно и слишком поздно понял, что эти люди опасны. Когда он заметил следы на тропе, подумал, что пришёл Владимир. Увидев сидящих у костра, он узнал куртку студента, но в неё был одет другой человек. Когда он приблизился и сидящие у костра встали и повернулись к нему, Такдыган понял, что перед ним плохие люди. У них были волчьи глаза, вернее, в их взглядах он увидел волчью натуру.

Наведя карабин на старика, Остап спросил:

— Где молодой?

Такдыган поставил на землю ведёрко и, медленно осмотрев стоящих перед ним бандитов, ответил:

— Вам это лучше знать.

Остап понял, что одежда на Танцоре всё объяснила старику. Сплюнув с досады сквозь зубы, Остап посмотрел на Танцора. Поиграв желваками, медленно повернул карабин в его сторону. Лицо Танцора вытянулось и побледнело. Несколько минут Остап молча смотрел на бандита. Потом коротко приказал:

— Связать!

Хрущ и Задвига кинулись к Танцору. Дергач непонимающе топтался на месте.

— Старика связать! — рявкнул Остап, уточнив свой приказ. Такдыган спокойно позволил связать себе руки сзади. — Подвесьте его вот на этот сук, может, вспомнит, где наш пловец.

Хрущ и Задвига подволокли Такдыгана к стоявшей рядом сосне. Перекинув веревку через толстый сук, начали подтягивать старика вверх.

— Говори, старый, где прячется парень, что был на реке!

Старый охотник молчал, ничто на его лице не выдавало ни боли, ни страха. Оно было спокойным, его взгляд, устремлённый сквозь людей и время, был чист и ясен. Ноги Такдыгана оторвались от земли, суставы плеч с хрустом вывернулись, и он потерял сознание, безвольно повиснув на верёвке.

— Бросьте его, Хрущ. Займись оленем, надо пожрать и мясом запастись, остальные за мной, — сказал Остап и пошёл в сторону входа в пещеру.

— Это я мигом. Задвига, дай свой нож, — весело сказал Хрущ. Засучив рукава, пошёл к привязанным оленям.

— Надо бы факела сообразить, темно там, как в преисподней, — предложил Задвига, когда они подошли к пещере.

— Вот и займитесь этим, я пока здесь посмотрю, у входа.

Остап вошёл в проход и стал осматривать просторный, уходящий в темноту зал. Ящики с оружием и патронами его особо не заинтересовали, хотя он проверил каждый. Постепенно зрение привыкло к темноте, и он пошёл вглубь пещеры. Поднял предмет, об который споткнулся. Вернувшись ближе к свету, разглядел — это был сапог с костью от ноги человека. Остап внимательно осмотрел находку и отбросил в сторону. Его догадка подтверждалась. Оружие и останки свидетельствовали о том, что он не зря сюда шёл. Нетерпение найти золото достигло апогея.

— Ну, где вы там? Давайте быстрее, — выбежав из пещеры, заорал Остап.

— Так не из чего сделать, Остап, — развёл руками Задвига. — Вот колья нарубили, а чё жечь-то?

Похабно выругавшись, Остап подскочил к Дергачу:

— Вытряхивайся из телогрейки!

— Дык это, а как я…

— Ни хрена с тобой не будет, вон на дереве одежонка тунгусская висит. Сымай ватник, говорю! — заорал Остап.

Разрезав на куски ватник Дергача, прикрутили к кольям.

— Хрущ, чё у тебя там? Шкуру ободрал?

— Да.

— Тащи сюда. Да не мясо, шкуру. Скоблите со шкуры жир в котелок, пропитать надо ватники на факелах.

Через полчаса факела были готовы.

— Жарь мясо, а мы пойдём пошукаем в пещере. Может, что и найдём. — Хитро улыбнувшись, Остап, взяв факел, пошёл к пещере.

Дергач, Танцор и Задвига с факелами пошли следом.

Запах жареной оленины привлёк внимание Вангола ещё на реке. Палатки и часть вещей, небрежно брошенные на берегу группой Остапа, свидетельствовали: произошло что-то, заставившее бандитов спешить. Что именно, Вангол понять не мог, пока не увидел дым костра у сопки. Только теперь, почувствовав запах жареного мяса, он понял: произошло что-то плохое. Никто из орочон не будет бить оленя летом, вдали от стоянки. В этих местах вообще никто, кроме семьи Ошаны, не кочевал. Вангол подумал о Такдыгане и почувствовал острое чувство тревоги. Они причалили и спрятали лодки немного выше по течению. Вангол, хорошо зная это место, повёл Арефьева и Макушева в обход скалы, чтобы подойти к пещере незаметно, с вершины сопки. Подъём был тяжёлый — круто, мокро и скользко, Макушев и Арефьев сильно отставали, задыхаясь и обливаясь потом. Вангол спешил и потому не ждал. Он вышел на вершину и стал спускаться вниз к скале, к пещере. Поднявшиеся на вершину Макушев и Арефьев увидели карабин Вангола, приставленный к сосне. На коре дерева, срезанной ножом, виднелись две стрелы.

— Я так думаю, нам нужно разделиться и спускаться вниз к костру, — прошептал Макушев, отдышавшись.

«Правильно думаешь, капитан, — прозвучало в голове Макушева. — Спускайтесь по склону. Только очень осторожно и медленно. Подберётесь до прямой видимости и наблюдайте. Не стрелять, Остап нам нужен живым».