Крупская - Леонид Млечин

Во время первой революции Крупская в Санкт-Петербурге встречалась с партийцами в столовой Технологического института. Туда однажды явился с огромным арбузом революционер Симон Аршакович Тер-Петросян, больше известный под псевдонимом Камо.

«Камо, — рассказывала Надежда Константиновна, — смущенно улыбаясь, сказал, что тетка прислала мне арбуз. Камо не раз снабжал нас всякими лакомствами кавказского приготовления, неизменно прибавляя, что это прислала тетка».

Симон Аршакович Тер-Петросян был земляком Сталина. Он тоже родился в городе Гори Тифлисской губернии. В семь лет мальчика отдали в армянскую школу, где ему пришлось очень трудно, потому что в семье говорили по-грузински. В 11 лет его определили в городское училище. Там Симона заставляли учить русский язык, которого он не знал и знать не хотел.

Необузданная натура проявилась очень рано. В 16 лет Тер-Петросяна исключили из училища за богохульство на уроке Закона Божия. Больше он учиться не захотел и уехал в Тифлис, где встретил своего земляка Иосифа Джугашвили, который был на два года старше и уже познакомился с марксистскими идеями.

Тер-Петросян так и не научился хорошо говорить по-русски. Слово «кому» он произносил как «камо». Покровительствовавший ему Сталин так его и называл — Камо. Прозвище закрепилось. В 19 лет Камо присоединился к социал-демократам.

В подпольной работе пригодились его находчивость, смелость, мгновенная реакция, умение ладить с людьми плюс природный авантюризм. Он распространял нелегальную литературу, создавал подпольную типографию. В ноябре 1903 года его арестовали, через девять месяцев выпустили. В декабре 1905 года, во время первой русской революции, в схватке с казаками он был ранен и вновь арестован. Просидел два с половиной месяца в тюрьме. Выдал себя за другого и вышел на свободу.

Боевиков Камо большевики использовали для «мокрых дел» — они ликвидировали выявленных осведомителей охранного отделения полиции. Затем Камо поручили доставить в Россию купленное за границей оружие.

Закупкой оружия занимался Максим Максимович Литвинов (Макс Валлах), будущий главный советский дипломат — нарком иностранных дел. Он родился в 1876 году в Белостоке, окончил реальное училище и поступил на военную службу. В раннем возрасте увлекся социал-демократическими идеями. В 22 года вступил в партию и уже в 1901 году был арестован вместе со всем составом Киевского комитета Российской социал-демократической рабочей партии. Его ждала ссылка, но летом 1902 года вместе с еще одиннадцатью заключенными он бежал из киевской тюрьмы — Лукьяновского замка.

Границы были тогда прозрачными. Как и многие другие социал-демократы, Литвинов перебрался в Швейцарию, где сразу сделал выбор, определивший всю его дальнейшую жизнь — примкнул к Ленину. Владимир Ильич поручил ему финансовые дела. Литвинов стал кассиром партии, и очень скупым. Он завоевал доверие Ленина, вскоре ему поручили более увлекательное, но не в пример опасное дело — транспортировку нелегальной литературы, а затем и оружия в Россию.

Максим Максимович отличался завидным мужеством и хладнокровием. Он несколько раз тайно приезжал в Россию. Царская полиция от своей заграничной агентуры заранее узнавала, что он приедет. За ним устанавливали наружное наблюдение, но он умело уходил от слежки.

В 1906 году Литвинов открыл липовую контору в Париже и, выдавая себя за офицера эквадорской армии, стал заказывать оружие — патроны в Германии, винтовки в Италии, пулеметы в Дании, револьверы в Бельгии. Предпочитал браунинги калибра 7,65 миллиметра. В закупках оружия ему помогал болгарин Борис Спиридонович Стомоняков, который потом будет работать у него в Наркомате иностранных дел.

Приобрести оружие оказалось не таким уж сложным делом. Но как доставить оружие на Кавказ, где томились без дела боевые группы социал-демократов? Литвинов пытался действовать через болгар, уговаривал их:

— Оружие предназначено для армян, которые готовят восстание против нашего общего врага — турок.

Болгары ненавидели турок и согласились оказать содействие. Максиму Максимовичу помогли и боевики из Внутренней македонской революционной организации, это одна из первых террористических групп в Европе. 500 маузеров, 500 карабинов, девять пулеметов, три миллиона патронов и тонну динамита доставили в Варну, где стояла зафрахтованная им яхта «Зора». В ночь на 29 ноября 1906 года оружие погрузили на борт. К экипажу присоединилась группа боевиков под руководством Камо. Утром 29 ноября яхта под болгарским флагом снялась с якоря. Но 1 декабря во время шторма села на мель у берегов Румынии. Груз попал в руки румынских властей.

Неудача не повредила репутации Камо. Ему доверили другую важнейшую миссию — обеспечить большевиков деньгами. Социал-демократы не считали это грабежом, а называли «экспроприацией». Большевистским боевикам удалось провести несколько удачных «эксов» и захватить много денег.

В ноябре 1906 года Камо с товарищами ограбили почтовый поезд в Чиатури. Взяли двадцать одну тысячу рублей. Мало. Тогда Камо организовал свое самое знаменитое ограбление — в Тифлисе в июне 1907 года.

Тринадцатого июня тифлисская контора Государственного банка получила из Санкт-Петербурга 375 тысяч рублей пятисотрублевыми ассигнациями. Камо переоделся в офицера, его вооруженная группа рассыпалась по всей Эриванской площади. Боевики были вооружены бомбами, изготовленными под руководством самого Камо. Когда готовили взрывчатку, у него в руках взорвался капсюль и повредил глаз.

Около одиннадцати утра на площадь выехали два экипажа: в первом сидел кассир Государственного банка Курдюмов, который вез деньги, во втором — четыре вооруженных солдата. Сопровождал их эскорт из пятидесяти казаков.

По команде Камо его люди взялись за оружие. В казаков полетели бомбы. Кассир Курдюмов взрывом был выброшен из фаэтона. Испуганные лошади понесли, но Камо бросил им под копыта еще одну бомбу. Фаэтон опрокинулся, Камо схватил деньги и исчез. В перестрелке три человека были убиты, около полусотни ранены. Боевики захватили несколько сотен тысяч рублей — огромные в те времена деньги. Покупательная способность царского довоенного рубля была очень большой.

Тифлисский «экс» — своего рода шедевр политического терроризма начала XX века. Меры, принятые полицией, не дали никакого результата. Деньги спрятали под диваном директора Тифлисской обсерватории, где по странному стечению обстоятельств в качестве наблюдателя недолго трудился Сталин.

Большевикам очень нужны были деньги. Содержание партии стоило немалых средств. Пожалуй, тогда только Владимир Ильич и Надежда Константиновна не очень нуждались. Продажа отцовского имения позволяла вести в эмиграции достойный образ жизни.

Но воспользоваться украденными деньгами оказалось не просто. Деньги были в крупных, пятисотрублевых купюрах; их номера сразу же сообщили всем российским банкам. Расплачиваться этими купюрами было невозможно. Тогда их решили обменять за границей; благо в те времена рубль был свободно конвертируемой валютой. Большевики думали, что иностранные банкиры окажутся менее бдительными, чем отечественные, предупрежденные полицией.