Битва за Клин - Василий Карасев

185‐я стрелковая дивизия двигалась вдоль берега Московского моря. Перед ней продолжали обороняться части 36‐й моторизованной дивизии. Гаврилково занимала 2‐я рота 36‐го передового батальона. Уже ночью ее боевое охранение в километре от деревни было атаковано советскими войсками неустановленной численности. Огнем из всех видов оружия атака была отбита. Но тем не менее охранение было отведено, а мост, находившийся перед его позицией взорван. В 2.15 был атакован с юга и востока немецкий мотоциклетный взвод, занимавший Первое Моховое (в полутора километрах южнее Гаврилково). В 3.45 взвод оставил населенный пункт и отступил в сторону Гаврилково^[1106]. Само Гаврилково немцы обороняли до 19.00. Отход с этой позиции по их сведениям произошел без помех^[1107].

С нашей стороны нет прямых указаний на то, что в течение дня против Гаврилково велись какие‐то активные действия. К исходу дня, согласно данным сводки № 226 штаба 185‐й стрелковой дивизии, ее 1319‐й стрелковый полк овладел Гаврилково и Первое Моховое и продолжал наступать в направлении Ворошиловский. Он имел задачу совместно с действовавшим левее 280‐м стрелковым полком овладеть Козлово. 237‐й стрелковый полк занимал опорные пункты в тылу дивизии: Безбородово, Лягушино, Тешилово, Фофаново. 257‐й полк двигался на западную окраину Селиверстова^[1108]. Сводка была готова к 1.00 14 декабря, а в армейской сводке № 274, вышедшей в 6.00, утра уже сообщается о взятии Ворошиловского^[1109]. Однако немецкие источники не подтверждают столь ранней потери этого населенного пункта. Две атаки на этот пункт велись после 22.30 и были отбиты, и к 5.00 14 декабря там было все спокойно^[1110].

С утра действовавшая южнее 13 декабря 379‐я стрелковая дивизия продолжила наступление на фронте Воловниково, Корост. Первой ее задачей было овладение Воловниково. После этого 1255‐й стрелковый полк должен был наступать в северном направлении, выйти на фронт Ворошиловский, Козлово и отрезать путь противнику, отступавшему по южному берегу Московского моря. В свою очередь 1257‐й полк должен был преследовать противника в направлении Чернятино, Бортницы и к исходу дня выйти на фронт Глухино, Китенево^[1111].

Однако до выполнения таких амбициозных планов дело не дошло. Согласно боевому донесению № 10 дивизии, 1255‐му стрелковому полку сначала удалось занять первый из этих населенных пунктов – Воловниково. Однако немцы, поддержанные сильным минометным огнем и тремя танками, смогли отбросить наши подразделения в исходное положение. Отряд № 1 дивизии (рота 1257‐го стрелкового полка, отделение саперной роты) достиг д. Чистый Мох, вошел в связь с 1‐м батальоном 280‐го стрелкового полка. О положении остальных трех отрядов и других частей дивизии это донесение ничего не сообщает. Отмечен утренний налет немецкой авиации в количестве 11 машин на подразделения 1253‐го стрелкового и 934‐го артиллерийского полка. За день дивизия потеряла 77 человек, 50 лошадей и одно 76‐мм орудие. Был ранен командир 1257‐го стрелкового полка и убит его военком^[1112].

В 7.30 утра 13 декабря в приказе № 3 командир группы полковник Чанчибадзе потребовал от своих подчиненных продолжить выполнение прежней задачи. В отличие от предыдущего этот документ предписывал командиру 82‐й кавалерийской дивизии выделить один кавалерийский полк с батареей 76‐мм орудий с задачей действовать с запада против Высоковска^[1113], что соответствовало присланным накануне указаниям армии.

Но уже в середине дня группу Чанчибадзе настигла телеграмма (отправлена в 12.30) с новым распоряжением, подписанным начальником штаба армии: «Автоколонны противника отходят Теряева Слобода. Немедленно выйти Теряева Слобода. Перехватить дорогу. Хетагуров»^[1114]. К 18.00 это задание было оформлено в виде боевого распоряжения № 99, в котором помимо формулирования задачи есть следующий пункт: «Обращается Ваше внимание на медлительность и нерешительность действий. Плохую информацию о положении Ваших частей. Немедленно поправьте эти недочеты»^[1115].

Действия 185-й сд южнее Московского моря.

Несмотря на упреки в медлительности реакция на указание командования была быстрой. Уже в 13.00 последовал приказ № 4. Он и поставил новую задачу:

«Отряд с рассветом 14.12.41 г. совершает марш в район ТЕРЯЕВА СЛОБОДА, прикрывшись справа и слева небольшими заслонами, выходит на коммуникации ВОЛОКОЛАМСК, КЛИН с задачей: не допустить отхода частей пр‐ка с КЛИНА на запад и подхода его резервов на КЛИН.

Маршрут движения – роща 0,5 км Ю-В СЕМЧИНО, «РОД» (5040), ХЛЫНИХА, отм. 161.0, отм. 159.3, 0.5 км вост. КУРБАТОВА, ЧАЩ, ТЕРЯЕВО СЛОБОДА»^[1116].

Почему задача была изменена? По-видимому, был извлечен некоторый урок из многодневных штурмов населенных пунктов в ходе наступления 30‐й армии. Эти атаки были удачными там, где в деревнях стояли слабые немецкие гарнизоны. А к 13 декабря вблизи Клина местность была уже довольно сильно насыщена войсками противника. Имея сведения авиаразведки об отходе врага, наше командование сделало логичное предположение о том, что даже район Павельцева мог быть уже сильно занят. Поэтому относительно слабое сопротивление можно было ожидать только гораздо дальше, в глубоком вражеском тылу.