Трусливый ястреб - Роберт Мейсон

– Добро пожаловать в лагерь «Рэдклифф», – произнес капитан Оуэнс, присоединившийся к нам из палатки оперативного штаба, одной из двух палаток общего назначения (их площадь была двадцать футов на сорок).

Он проживал в задней части палатки вместе со старшим уорент-офицером третьего разряда Уайтом и еще одним штабным офицером.

– Кто такой Рэдклифф? – поинтересовался Лиз.

– Майор из передовой группы, который погиб у перевала Манг Янг, – объяснил Оуэн.

– Где этот перевал? – спросил я.

– Вверх по дороге, примерно в двадцати милях. – Футболка Оуэна цвета хаки была темной от пота. – По пути к Плейку. – Он стянул с головы пропитанную потом фуражку и вытер лицо нижней частью футболки. Пот стекал по его волосам и каплями повисал на его щетине. – Вертолет с майором подстрелили на высоте трех тысяч футов над перевалом с крупнокалиберного пулемета. Били трассирующими пулями, до самого падения.

– А вообще, как тут обстановка? – спросил Лиз, с трудом доставая свою летную сумку из багажника джипа. Она весила больше него самого.

– Полный бардак. – Оуэнс прислонился спиной к переднему крылу, держа фуражку в руке. – Каждую ночь куча перестрелок по всему периметру. Половина из них – стрельба по своим же отрядам, которые возвращаются с разведки. – Он повернулся лицом к северу. – Вот там вчера ночью, – показал он, – застрелили пятерых парней из разведотряда, пока они пытались зайти в лагерь. Мой вам совет, не шатайтесь по лагерю ночью. Можете получить очередь от психующих салаг. Не стоит их винить за это: вокруг полно настоящих вьетконговцев. У лагеря нет физических границ, поэтому никто не знает, где кончается его территория. Часовые в страхе палят по всем, кто движется или шумит. – Оуэнс внезапно рассмеялся, натягивая фуражку обратно на голову. – Пару дней назад часовые всадили около сотни пуль в буйвола.

– Где мы спим? – спросил Лиз.

– Вам надо установить походную палатку на время пребывания. Общие палатки для взводов еще не привезли. Наверное, лежат на каком-нибудь корабле в самом далеком контейнере. Майор приказал остановиться с этой стороны. – Оуэнс махнул рукой в направлении палатки, которая стояла в сотне футов от нас. – Удачи, – произнес он.

Той дождливой ночью я писал Пэйншс письмо в палатке при свече. Рассказывал ей, как больно находиться вдали от дома, как я скучаю по Джеку и как сильно люблю ее. В темноте слышался треск мелкокалиберного оружия. Как-то раз я общался с одним парнем в Бельвуаре, который хвастался своей шикарной поездкой во Вьетнам. У него была вилла с видом на океан, падкие на выпивку горничные, походы в казино и хорошие связи в гарнизонном магазине. Он был прикреплен к группе советников, которые работали по всему побережью и перевозили высоких чинов из одного лагеря военного спецназа в другой. Я думал о нем и проклинал свою судьбу.

Следующим утром на участке роты закипела оживленная работа. Я только прислонился к охапке матрасов, которые собирался расстелить под солнцем на просушку, как в грязи круговой дороги показался джип. Из него вынырнул полковник. Перекинувшись парой слов с майором Филдсом, он повернулся к нам.

– Нам доложили, что часть матрасов и других запасов были вывезены с «Кроатана», – он приблизился к куче матрасов рядом со мной. – Лично я уверен, что никто из 229-го не способен на такое, но вы знаете этих морских. Жалобы, жалобы, жалобы. Поэтому я вынужден официально спросить у вас, солдат, не попадались ли вам на глаза пропавшие матрасы, тросы, деревянные настилы и прочая утварь с корабля?

Я отскочил от охапки краденого добра. Полковник посмотрел на нас и тепло улыбнулся. При виде кучи матрасов его глаза посуровели. Он остановил взгляд на Коннорсе.

– Нет, сэр, – ответил Коннорс. – Я точно не видел ничего подобного, но не отказался бы от одного из тех матрасов.

– Охотно верю, сынок, – произнес полковник, добродушно кивнув. – Кто-нибудь еще располагает информацией о пропавших с «Кроатана» запасах? – поинтересовался полковник, шагнув к палатке общего назначения.

Нэйт, стоявший рядом с брезентовой дверью, ответил:

– Нет, сэр. Не видел здесь ничего подобного. – Рядом с ним лежал огромный моток тросов.

– Никак нет, сэр, – отреагировал Ричер, прислонившийся к стопке деревянных настилов.

– Ничего, сэр, – ответил Кайзер.

Двадцать пар невинных глаз искренне отрицали существование лежащего на всеобщем обозрении корабельного добра.

– Что ж, благодарю вас, джентльмены, за потраченное время и оказанное содействие.

Полковник улыбнулся и повернулся к Филдсу, который проводил его обратно до джипа.

Пока солнце высушивало наши припасы, Филдс собрал всех на брифинг. Тренога с картой стояла прямо перед оперативной палаткой. На Филдсе была новая полевая форма для джунглей и сапоги, выданные передовой группой. Все остальные ожидали свои комплекты. Форма для джунглей сидела свободно. Верхнюю часть было не принято заправлять; она больше походила на куртку типа сафари. Сапоги имели брезентовый верх и перфорацию, чтобы ноги оставались сухими.

– Итак, господа, раз уж вы все здесь, обрисую обстановку. – Филдс достал свою складную указку. – Вся возня, которую вы видели вчера в зоне «Гольф», была устроена 227-м батальоном десантных вертолетов нашего подразделения, который собирался на помощь 101-му, – он разложил указку и со щелчком снова сложил ее. – Они вытаскивали наших десантников, попавших в передрягу, и потеряли несколько машин с личным составом. Точные данные пока неизвестны.

Как выяснилось позже, четыре машины были сбиты, один экипаж пропал без вести. Он раскрыл указку и повернулся к карте:

– Этот брифинг нужен для того, чтобы вы изучили расположение лагеря и поняли свои задачи на ближайшие две недели. – Филдс указал на план лагеря на первой странице большого планшета: – Наши четыре роты сосредоточены здесь, под юго-восточной частью зоны «Гольф». – Он описал нам план лагеря, затем остановился и сорвал лист, открыв новый план: – Это схема расположения роты «Браво», – он ткнул в карту. – Обращаю ваше внимание на то, что вот этой дороги пока нет на земле, – указал на медицинскую палатку, которая служила границей между нами и ротой, которую называли «Змеями», – как нет этой траншеи, или этого бункера, или всех этих палаток. Организовать все эти вещи в нужных местах и будет нашей работой на ближайшее время. Полеты могут выполняться только для перевозки высшего командования или курьерской связи. Нам нужно закончить с разбивкой лагеря до начала боевых действий. Все будут работать. Все, включая офицеров, уорент-офицеров, унтер-офицеров и рядовых. Каждое утро будут проводиться построения на работы, задач хватит на всех. Кроме того, некоторые из вас отправятся в зону «Гольф», чтобы выкорчевать все пеньки.

Филдс остановился, когда часть собравшихся обернулась и стала рассматривать тысячи пеньков, торчащих на двухсотсемидесятипятиакровой вертолетной площадке.

– Получается, мы не будем использовать технику, чтобы вытащить эти штуки наружу? – спросил Декер.