Дашкова - Ольга Игоревна Елисеева

Современный специалист при чтении «Записок» испытывает оторопь, сходную с той, что охватила Семена Воронцова: «пропасть анахронизмов», «факты не только ложные, но и совершенно невероятные», да к тому же «жестоко оклеветанные лица». Но если тот же специалист уже начал знакомство с эпохой Екатерины II с воспоминаний ее подруги, ему в глаз попадает осколок андерсоновского зеркала, разбитого троллями. Он видит происходившее через дашковские строчки.

Княгиня, использовав помощь сестер Уилмот, создала пленительный текст, в котором, как в волшебном лесу, легко заблудиться. Ситуация усугубляется еще и тем, что многие биографы Дашковой используют «Записки» как проверочный источник, просеивая сквозь него факты.

Между тем мемуары и весь остальной корпус материалов о жизни Дашковой существуют как бы в разных пластах реальности, не пересекающихся друг с другом. Бессмысленно, находясь в одном мире, опровергать что-то, касающееся другого. Можно только выбрать свой. «Записки», при условии доверия к словам автора, предоставляют уют и психологический комфорт. Нужно только не задевать за стены руками.

Однако уже в самом тексте заложено зерно разрушения. Оно подтачивает конструкцию изнутри. Позволяет читателю догадаться, что он попал в чужую иллюзию. Это образ главной героини. Достаточно с карандашом в руках пройтись по страницам и пометить, сколько раз Дашкова повторила пассажи о личном бескорыстии, честности, твердости, отвращении от интриг… Разве человек, действительно обладающий подобными добродетелями, станет о них писать?

Ощущение фальши пронизывает «Записки». Но это нелегко почувствовать. Культ страдания и жертвенности, созданный Дашковой, позволяет множеству читателей отождествлять себя с главной героиней. Реальность становится очень болезненной, поскольку накладывается на личный опыт – неблагодарность близких, невостребованность, одиночество. Встреча с настоящей Дашковой превращается во встречу с собой. Крайне неприятное знакомство!

Но самую злую шутку мемуары сыграли с самой Екатериной Романовной. «Усильственные опыты» показать себя в наилучшем свете привели к явному перекосу: Дашкову считают слишком правильной, чтобы быть интересной. Оппозиционерку, писательницу, издательницу, участницу по меньшей мере дюжины заговоров, крестную мать современного русского языка! Синим чулком, обедненным слепком с Екатерины Великой, вторым, ухудшенным изданием. Этот приговор княгиня вынесла себе сама и осуществила над собой своими руками.

Всю жизнь Екатерина Романовна гордилась не тем, что в действительности совершила. Пыталась показать, что занимает не то место, на котором стояла. Из этой путаницы появилось тоскливое желание поклонников подарить ей иную судьбу: «Одному из самых богато одаренных умов, когда-либо существовавших, выпал жребий пребывать в бездействии», – вздыхала Марта. «Полагаю, она была бы на своем месте во главе государства», – соглашалась Кэтрин.

Сколько писателей отточили перья, повторяя за Герценом: «Она была бы славным министром!» Дашкова и была славным министром. Если, конечно, речь не о кресле премьера. Екатерина II нашла для подруги место, где та смогла раскрыть свои способности, реализовать себя. И лишь самолюбивый тщеславный характер не позволил княгине этого понять.

Можно остаться в лабиринте ее воспоминаний, повторяя за Екатериной Романовной: «Мне не в чем себя упрекнуть». И растравлять душу жизнью, прожитой в воображении. А можно выйти.

Дело того стоит.

Иллюстрации

Е.Р. Дашкова. Художник Д.Г. Левицкий

Императрица Елизавета Петровна. Художник В. Эриксен

Петр III. Неизвестный художник

Великая княгиня Екатерина Алексеевна. Художник Г.-Х. Гроот

Е.Р. Дашкова в 1762 г. Неизвестный художник

Коронование Екатерины II в Казанском соборе в 1762 г. Гравюра XVIII в.

М.И. Воронцов, дядя Е.Р. Дашковой. Художник А.П. Антропов

М.И. Дашков. Портрет из книги «Русские портреты XVIII и XIX веков. Издание Великого князя Николая Михайловича Романова»

Е.Р. Дашкова. С портрета Г. Скородумова

Г.Г. Орлов. Художник К.-Л. Христинек

А.Г. Орлов. Художник К.-Л. Христинек

Н.И. Панин. Художник А. Рослин

А.Р. Воронцов, старший брат Е.Р. Дашковой. Неизвестный художник

С.Р. Воронцов, младший брат Е.Р. Дашковой. Художник Т. Лоуренс

Е.Р. Воронцова, сестра Е.Р. Дашковой. Художник А.П. Антропов

Е.Р. Дашкова. Неизвестный художник

Инаугурация Императорской Академии художеств 7 июля 1765 года. Художник В.И. Якоби

Вид с Невы на набережную Васильевского острова у здания Академии Наук. Художник Т. Малтон Старший