Врачи двора его Императорского величества, или Как лечили царскую семью - Игорь Зимин

Ответить на этот вопрос позволяют архивные документы по так называемой «Гардеробной сумме» императора Николая I. В этих тетрадях зафиксирована оплата устройства буквально каждой ванны и бани императора. Когда великий князь Николай Павлович был ребенком, его еженедельно мыли в дворцовой бане – «мыльне». Когда мальчик превратился в молодого человека, на смену бане пришла ванна и значительно реже баня. Как правило, готовили ванные и бани либо камердинеры, либо дворцовые инвалиды.^[1556]

Видимо, еще до пожара 1837 г. на половине Николая Павловича предпринимались попытки как-то механизировать процесс «носки воды» для ванны императора. Об этом свидетельствуют счета за 1836–1837 гг. Так в декабре 1836 г. бандажнику Остерлову уплатили «за трубу с насосом» довольно крупную сумму – 360 руб. Вероятно, конструкция была «сырая» и ее постоянно дорабатывали. Поэтому уже в феврале 1837 г. перчаточнику Остерлову за ремонт «рукава к насосу» уплатили 30 руб. В мае перчаточник вновь «поправлял трубу» за 35 руб. Затем пришла очередь механики. В июне «физик Роспини» поменял насос за 333 руб., тогда же «оптику Боде за починку газовой огненной горелки» уплатили 29 руб. В сентябре механик Роспини (ранее в документах он проходил как Гоипини) «за починку насоса» получил еще 65 руб.^[1557]

То, что при установке трубы обращались к «бандажнику» или «перчаточнику» свидетельствует о том, что труба была гибкой, видимо, изготовленной из пумповой^[1558] кожи, либо речь шла о каких-то гибких соединительных муфтах. То, что для ремонта механики обращались к «физику», «оптику» и «механику», свидетельствует, что в целом конструкция для снабжения царской ванны невской водой оказалась «сырой». Скорее всего, в подвале установили ручной насос, с помощью которого по гибкой кожаной трубе закачивали воду на третий этаж Зимнего дворца в душевую комнату императора. Эта вода подогревалась «огненной горелкой».

В 1833 г. в ходе ремонта на половине императрицы Александры Федоровны установили новую мраморную ванну. Старую же ванну Николай I распорядился установить на половине покойной матери – императрицы Марии Федоровны: «…мраморную ванну, купленную Его Сиятельством^[1559] у мастера Трескарни, поставить на место имеющейся старой мраморной ванны на половине Государыни Императрицы в Зимнем дворце в ванной комнате, работу произвести под наблюдением архитектора Монтферанда. Старую мраморную ванну поставить в ванную комнату на половине покойной Государыни Императрицы Марии Федоровны, устроив оную таким образом, чтобы холодная и теплая вода из резервуара, имеющегося вверху, наливалась в ванну…».^[1560]

Судя по документам, схема локального водопровода (канализации) ванны была типичной для того времени. На антресолях, над половиной Марии Федоровны, установили деревянный резервуар длиной в 3 м 30 см, шириной и глубиной в 63 см. Там же устроили очаг для подогрева воды с соответствующей вытяжкой. Вода из этого резервуара, самотеком, шла вниз в ванную. Для этой ванны сделали два бронзовых вызолоченных крана «с завертками из вырезанной кости, подобно сделанным в ванную Государыни Императрицы Александры Федоровны». Рядом с ванной установили ватерклозет, для которого имелся отдельный резервуар с водой. На первом этаже, под комнатами Марии Федоровны, установили третий резервуар, куда стекала вода из ванной и из ватерклозета. При этом сливной канализации на половине Марии Федоровны в 1833 г. не было. Поэтому, для того чтобы избежать расходов на прокладку труб сливной канализации, третий деревянный резервуар устроили таким образом, чтобы из него «можно было бы во избежание большого расхода для провода подземной трубы выносить по мере надобности в ушатах грязную воду». Вот и вся «механика». Сначала воду носили в ушатах на антресоли второго этажа, а затем, уже грязную воду выносили ушатами на коромыслах. Выносили «грязную воду» на Большой двор Зимнего дворца, где имелись колодцы сливной канализации. Напомню, что покои императрицы Марии Федоровны располагались по южному фасаду Зимнего дворца, и, понятно, что такая схема решения санитарно-гигиенических проблем оказалась крайне неудачной.

Судя по документам, свою душевую кабину Николай I модернизировал на протяжении всех 1840-х гг. В результате многочисленных переделок в кабинете императора в Зимнем дворце,^[1561] наряду с ванной, появился некий аналог современной душевой кабины. Из счетов, оплаченных царем, вырисовывается следующая конструкция купального шкафа, установленного на третьем этаже Зимнего дворца. Это был «Шкап из красного дерева вышиной 4 3/4 аршин, шириною 2 вершка». В шкаф был встроен «нужный механизм», называемый «дождевым аппаратом» с «особою складною лестницей».^[1562] Ванна называется в документах «дождевой» не потому, что в ней использовалась дождевая вода, а потому, что в ванной установили душ, который рассеивал струю воды. Вода поступала в шкаф из «жестяного ящика для воды», расположенного вверху шкафа.

В счетах за 1843 г. конструкция душа детализируется: «купальный снаряд, состоящий из большого лакированного ящика с общею длинною трубкою с 10 большими шлифованными цапками, на которые надеваются 6 трубочки и 4 ситы с отверстиями, и с находящегося на верху ящика большою ситою с собственным краном загнутою трубкою и внизу длинною, медную загнутою трубкою с двойными ситами, которые навинчиваются винтами».^[1563] Следовательно, в царском душе имелось 4 душа и 6 форсунок. Скорее всего, эти «10 больших шлифованных цапок» были разнесены по периметру шкафа, находясь и сверху, и с боков. Поскольку через эти отверстия шла вода под некоторым давлением, то «купальный шкаф» можно с полным правом назвать прообразом современной душевой кабины.