Борьба за трон. Посланница короля-солнца - Уильям Эйнсворт

— Каким образом, чёрт возьми, я мог это знать? — воскликнул хозяин. — Я их принял за офицеров милиции.

— Говорят вам, что это изменники, которые пытаются поднять восстание, — сказал Гольт. — Был у них какой-нибудь багаж?

— Хорошенько не помню, — уклончиво отвечал хозяин гостиницы. — Ах, да! с ними был большой свёрток, который они поручили везти почтальону.

— Вы наверно знаете, что они поехали в Гарстанг?

— В этом я уверен, сэр, — отвечал Твистон. — Они отправились в этом направлении. Вот всё, что я о них знаю. Самое лучшее для вас — отправиться поскорее вслед за ними.

— Они от нас не уйдут, — воскликнул Лейланд. — Мы живо нападём на их след. Дайте нам лошадей, — приказал он своим людям. — Постарайтесь, если можете, добыть экипаж для мистера Каусона.

— Если они не найдут, то я могу дать свой, — прибавил Твистон. — Войдите, господа. Стаканчик вина выгонит холод из желудка.

Ни таможенные, ни судохозяин не возражали против предложения и вошли в главную комнату гостиницы. Хозяин принёс бутылку вина и поставил стаканы.

Вино было испробовано, как следует, когда привели, наконец, лошадей, и трое преследователей, значительно повеселевшие, пустились на поиски.

Том Твистон предложил было сохранить у себя в целости столь важные седельные вьюки, пока они не возвратятся обратно, но они отказались оставить их у него.

По дороге пришлось объезжать обширное и опасное болото, лежащее около Гарстанга. Добравшись до этого небольшого городка, лежащего на правом берегу Вайры, они не могли получить никаких сведений о всадниках; очевидно, якобитские агенты и не думали останавливаться в Гарстанге. Тем не менее преследователи переправились через реку повыше моста и быстро двинулись к городу.

Здесь их постигла новая неудача.

И на мосту они не могли получить нужных сведений. Беглецы, по всей вероятности, направились в Престон, а может быть, они укрылись в Майерскофе, резиденции полковника Тильдеслея, видного члена партии Иакова и папы. Он-то, вероятно, и приютил их у себя.

Обсудив положение, чиновники решили ехать дальше в Майерскоф. Пустив лошадей крупной рысью, они скоро увидели перед собою красивое старинное здание, обсаженное со всех сторон рощей старых деревьев.

Добравшись до въезда в парк, они заметили, что ворота его заперты. Привратник в одежде с гербами Тильдеслеев отказался впустить их в парк, говоря, что в такой ранний час никого нельзя впустить в Майерскоф, не известив хозяина.

— Ты уверен, что никто ещё не приезжал сюда сегодня? — недоверчиво спросил его Лейланд.

— Через эти ворота никто не проезжал, — отвечал привратник.

— Ты лжёшь, негодяй! — гневно воскликнул Гольт. — Но с нами шутки плохи. Ты знаешь, что мы чиновники и явились в Майерскоф по долгу службы. Ты поплатишься, отказываясь впустить нас!

— Я не имею права открывать ворота без позволения полковника Тильдеслея, — упрямо твердил привратник.

— Приказываем тебе отворить! — кричали оба таможенника.

— Если вам угодно будет подождать здесь несколько минут, я сбегаю в дом. Впрочем, нечего кричать — вот едут сюда сам полковник и его родственница мисс Тильдеслей.

Пока он говорил, на узкой дороге, ведущей к воротам, показалась кавалькада: красивый мужчина в расцвете молодости и прелестная девушка лет восемнадцати, сопровождаемые двумя грумами в таких же ливреях, какая была на привратнике.

Полковник, очевидно, не считал нужным подогнать лошадей, хотя и видел чиновников, стоявших за воротами.

Полковнику Тильдеслею, внуку знаменитого сэра Томаса Тильдеслея, который так отличился во время междоусобной войны и был убит в битве при Виган-Лэне, было года тридцать два. Он был женат на молодой и красивой женщине, от которой у него не было детей.

В то время, к которому относится наш рассказ, миссис Тильдеслей жила у своего дяди в Престоне и, полковник, очевидно, ехал к ней со своей родственницей.

Высокого роста и крепкого сложения, полковник красиво сидел на лошади, которая как будто и не чувствовала его тяжести. Его красивый камзол, вышитый золотом, с целым рядом пуговиц спереди заканчивался на руках широкими отворотами. Жилет того же цвета и так же вышитый спускался до колен, почти касаясь огромных сапог с раструбами.

Пышный парик из светло-каштановых волос, длинный кисейный галстук, белая шляпа с широкими полями, приподнятыми с боков, украшенная страусовыми перьями, довершали его костюм. В руках он держал тяжёлый хлыст, хотя его крепкий гнедой конь обнаруживал такой ум, что для него не нужно было ни хлыста, ни шпор.

Полковник Тильдеслей отличался правильными, красивыми чертами лица и приветливым, благородным обращением, свойственным дворянам этой местности.

Беатриса Тильдеслей представляла полную противоположность своему дюжему родственнику. Её тонкая изящная фигура красиво обрисовывалась в амазонке из голубого вышитого серебром камлота. Небольшая бархатная шляпа, сдерживавшая её чёрные кудри, была украшена лишь одним жёлтым пером.

Беатриса была брюнетка, с чудными чёрными глазами и длинными ресницами. Её лицо отличалось тонкими чертами, а её зубы блестели, как жемчужины.

— Что вы будете делать с этими людьми, кузен? — спросила она полковника.

— Предложу им отправиться по своим делам, если они пойдут.

— Ну, а если не пойдут, тогда что?

— Тогда я должен впустить их в дом и так или иначе от них отделаться. Я спокоен. Они, конечно, ничего не откроют. Отец Джонсон уж позаботится о наших гостях.

— Но ведь они могут заметить почтовых лошадей на конюшне. Ведь не могли же они прискакать сюда без всадников. Как же вы объясните это обстоятельство?

— Почтовые лошади уже отправлены. Чтобы выиграть время, я и приказал задержать насколько возможно таможенных досмотрщиков у ворот.

— При виде их я не могу удержаться от смеха, хотя и должна была бы держать себя серьёзно. Какое смешное положение!

— Ну, если наших тайных агентов поймают, положение будет далеко не смешное, — заметил полковник.

— Но ведь, по вашим словам, их не поймают?

— Думаю, что так, ибо отец Джонсон не даст им совершить ни малейшей неосторожности. Но едем дальше.

Минуты через две полковник Тильдеслей приказал привратнику открыть ворота.

Досмотрщики вместе с мистером Каусоном ринулись в парк. Завязались переговоры.

— Вы имеете ко мне какое-нибудь дело, джентльмены? — спросил полковник, вежливо отвешивая поклон.

— Весьма важное дело, сэр, — отвечал Лейланд. — Мы ищем двух якобитских агентов, которые, по нашим соображениям,