Честь самурая - Эйдзи Есикава

— Прочь из лодки! — сердито закричал воин, дивясь силе тщедушного юноши.

— Как это?

— Немедленно! Нам нужна эта лодка, ясно?

— А что, если я не захочу? — насупился Хиёси.

— Что-что?

— Если я не захочу уйти?

— Что?!

— Почему я должен подчиняться тебе?

— Поговори у меня, ублюдок!

— О ком это ты? Разбудил меня, ударив копьем, а теперь гонишь? Кто же из нас ублюдок?

— Придержи-ка язык. Не видишь, с кем разговариваешь?

— С каким-то мужчиной.

— Ничего себе ответ!

— Каков вопрос, таков и ответ.

— Слишком ты говорлив, юнец! Сейчас язык у тебя отсохнет. Мы — воины клана Хатидзука Короку. Мы только что прибыли сюда, и нам необходима лодка, чтобы переправиться на тот берег.

— Лодку увидел, а человека в ней проглядел. Это моя лодка.

— Я ведь разбудил тебя. Хватит болтать!

— А ты грубиян. Знаешь?

— Что ты сказал? Ну-ка повтори еще раз!

— Я не уйду. Это моя лодка.

Воин резко дернул копье на себя, решив выкинуть Хиёси из лодки. Юноша внезапно отпустил древко. Оно взметнулось вверх, застряв в ветвях ивы, а воин опрокинулся на спину. Перевернув копье, он наставил острие на Хиёси. В ответ из лодки полетели гнилые деревяшки, черпак, тростниковая циновка.

— Ну и дурачина, — рассмеялся Хиёси.

В это время к ним подбежали другие воины Короку.

— Прекратите! Что случилось? — спросил один из них.

— А это кто? — поинтересовался второй.

Они толпились на берегу, громко крича, и тут к ним подоспел Короку со своими приближенными.

— Ну что, нашли лодку? — спросил он.

— Найти-то нашли, но…

Короку неторопливо подошел к воде. Хиёси, сразу распознав в нем главного, выпрямил спину и в упор посмотрел на Короку. Тот выдержал его взгляд. Они не произнесли ни слова. Не странный вид юноши поразил Короку, а его глаза, смотревшие на него в упор. «Сразу видно, что он отчаянный парень», — подумал Короку. Глаза Хиёси, сверкавшие во тьме, напоминали ему глаза полуночного хищника. Наконец Короку не выдержал и отвел взгляд.

— Мальчишка, — невозмутимо произнес Короку, прерывая молчаливое соревнование.

Хиёси не ответил. Его зрачки, как две стрелы, по-прежнему целились в лицо Короку.

— Это мальчишка, — повторил Короку.

— Это вы обо мне? — угрюмо поинтересовался Хиёси.

— Разумеется. Или в лодке еще кто-то есть?

Хиёси пожал плечами:

— Никакой я не мальчишка. Я принял обряд совершеннолетия.

— Вот как? — Короку расхохотался. — В таком случае обойдусь с тобой как со взрослым.

— Ну конечно. Вон вас сколько против одного. Что вы собираетесь со мной сделать? По-моему, вы разбойники. Ронины.

— Шутить изволишь!

— Ничуть. Я спал, никого не трогал. У меня болит живот. Впрочем, какая мне разница, кто вы такие. Я никуда не уйду отсюда.

— Вот как? Живот у тебя, значит, болит. А почему?

— Отравился. Или из-за жары.

— Откуда ты родом?

— Из Накамуры в Овари.

— Из Накамуры? Хорошо. А как зовут твоего отца?

— Его имени я не скажу, а меня зовут Хиёси. Но, позвольте, скверные у вас манеры — разбудили человека и спрашиваете, как зовут его отца? А вы сами откуда? Из какой вы семьи?

— Я твой земляк из Овари. Живу в имении Хатидзука в Кайто. Меня зовут Хатидзука Короку. Я и не знал, какие люди живут по соседству. Чем ты занимаешься?

Не отвечая на вопрос, Хиёси в свою очередь поинтересовался:

— Так вы из Кайто? — и продолжал: — Это совсем недалеко от нашего села. — Юноша мгновенно настроился на дружелюбный лад, подумав, что сможет узнать новости из Накамуры. — Раз мы земляки, я готов услужить. Забирайте лодку!

Он взял узелок с пожитками, который служил ему подушкой, перекинул его через плечо и выбрался на берег. Короку молча следил за ним. Он заметил и повадку бродячего торговца, и дерзкие речи юноши, давным-давно предоставленного самому себе. Хиёси тяжело вздохнул и собрался было продолжить путь.

— Подожди, Хиёси. Куда ты направляешься?

— Лодку я вам отдал, так что спать мне негде. Если я лягу в траву, то простужусь, и живот разболится еще сильнее. Ничего не поделаешь, пойду, пока не взойдет солнце.

— Пойдем со мной, если хочешь.

— Куда?

— В Хатидзуку. Поживешь у нас. Позаботимся о тебе, пока ты не поправишься.

— Благодарю вас. — Хиёси робко поклонился. Глядя в землю, он размышлял над предложением. — Означает ли это, что вы зовете меня к себе на службу?

— Мне нравится, как ты разговариваешь. Ты подаешь надежды. Если хочешь служить мне, считай, что я тебя принял.

— Нет! — твердо сказал Хиёси, высоко подняв голову. — Моя цель состоит в том, чтобы служить самураю, и я странствую по свету и приглядываюсь к самураям и князьям из различных провинций. Если уж служить самураю, так только настоящему.

— Ха-ха-ха! Забавный ты парень! Выходит, я, Короку, недостаточно хорош для тебя?

— Я не смогу понять этого, пока не поступлю к вам на службу. В нашей деревне клан Хатидзука пользуется недоброй славой. И дом человека, у которого я служил раньше, ограбил разбойник, причисляющий себя к роду Хатидзука. Моя мать умрет от горя, узнав, что я поступил на службу к вору, поэтому я не могу принять ваше предложение.

— Ты, значит, служил у гончара Сутэдзиро.

— Откуда вы знаете?

— Ватанабэ Тэндзо был членом клана Хатидзука, однако я сам изгнал этого негодяя. Он сбежал от расправы, но мы разгромили его банду и возвращаемся домой. Неужели дурная молва о роде Хатидзука разошлась так далеко?

— Г-м-м… Вы на того разбойника вроде бы не похожи, — искренне произнес Хиёси, глядя Короку прямо в глаза. Затем, словно внезапно о чем-то вспомнив, он продолжил: — Я готов следовать с вами до Хатидзуки, не беря на себя никаких обязательств. Мне хочется погостить у родичей в Футацудэре.

— Футацудэра совсем рядом с Хатидзукой. А кто у тебя там?

— Бондарь Синдзаэмон, родственник по материнской линии.

— Синдзаэмон — выходец из самурайского рода, стало быть, твоя мать из самураев.

— Теперь я бродяга, но и отец мой был самураем.

Воины сели в лодку и ждали Короку. Он обнял Хиёси за плечи, и в лодку они сели вдвоем.

— Хиёси, решай сам, где тебе остаться — в Футацудэре или Хатидзуке.