Советский ас Григорий Речкалов, дважды Герой Советского Союза. Дневники, документы, воспоминания - Александр Табаченко

Затем 30 апреля ездил на торжественное собрание в город, в Дом офицеров. Был в президиуме. Видел наших машинисток.

1 Мая вечером после демонстрации собрались у меня Дрыгин и Берестнев с женами. Потанцевали. Интересная супружеская чета эти Берестневы. 2 мая смотрели кино «Тревожная молодость», и на этом все.

Сегодня отправил письмо в Сочи председателю горсовета о выделении земельного участка.

План на 4 мая 1955 г.

Проводил полеты Кирилов. Выпустил 7 летчиков. Диспетчер, давая на подпись заявку на полеты, сказал, что Берестнев нам летать не доверяет; боится, что мы не вылезем из кабины. Несерьезное и неуместное заявление диспетчеру.

С 4 мая по 10 мая подготовил всю документацию на летно-методические сборы (план сборов, все плановые таблицы, стартовую документацию, в том числе на ночные полеты, тренажи и т. д.).

Провел 8 часов занятий с офицерами КП.

Написаны указания к ЛТУ и к учению ПВО.

Подготовил лекцию по методике стрельбы ночью.

Просмотрел и сделал замечания по планам учебно-боевой подготовки.

Ненормальность в работе. Нет четкости руководства, все идет внепланово. Полеты кадров не провели, хотя три раза я планировал. Берестневым создается излишняя перестраховка. Боязнь. Командиры авиационных полков уже запуганы и не могут принять решения. Перед летчиками ругается. Особенно перед ночными полетами, когда не было выписано бюллетеня и не проводилась разведка погоды.

Отношение ко мне чисто грубое. Я ни разу не сгрубил и был на пределе.

Дома Ф. перехватила письмо от Суворовой, при Санадзе и Дрыгине, подняла скандал. Забрала и спрятала деньги.

План на 12 мая 1955 г.

Вчера Берестнев проводил совещание по летным происшествиям. Затрачено 3 часа 30 минут (начало в 12.00, закончилось в 15.30). Все свелось к зачитке приказов и шифртелеграмм без выводов и анализов. Угрозы по адресу летчиков, Баклацкого, Шишулина. При зачитке приказа о катастрофе в Краснодарском училище одного полковника, заместителя начальника училища, заявил, что у нас также есть такие же чины (касалось меня).

«Отъели шеи», «Меньше кормить, Трубадур, Колпаков» – такие выражения были часто. Вечером случайно удалось узнать, что Берестнев искал мой вариант плановой таблицы, где я предлагал для показа приема зачетных упражнений включить упражнения звеном 85-е или эскадрильей – 91-е упражнение. Они были начерчены в плановой таблице на его решение. Он принял как включенные оба, получался налет до 4 часов. По-видимому, решил повезти показать в ВА, как я не умею методически планировать. Должно быть, что-то будет докладывать обо мне. Недоволен моей работой. Не всегда докладываю ему о подготовке к полетам в полках и ухожу с работы рано, не так, как он. Вместо 6 часов вечера ухожу в 7–8 часов вечера, а на работу выхожу в 6–7 часов утра.

План на 13 мая 1955 г.

До 12 часов – уточнить подготовку к полетам у Бакланенко, что планирует?

7.00 – быть на аэродроме, проверить организацию полетов. До 18.00 закончить конспект по методике.

До 18.00 проверить ход подготовки к сборам и наклейку карт.

До 12.00 при наличии погоды выполнить летные упражнения.

До 18.00 взять данные по проверке техники пилотирования.

Контроль полетов закончил в 15.30, начал в 14.30.

С утра чудесная безоблачная теплая погода. Летали на «спарках» (УТИ-МиГ-17), руководил Макаров – хорошо. Летчики его уважают, отозвался в разговоре о Б. нелестно: «Позавчера послушал указания, даже стало страшно – одни угрозы, одни взыскания, строгие пошли порядки в авиации»! Я его поправил, сказав, что много безобразий приводит к летным происшествиям, их требуется устранять. Он отзывался хорошо о Харитонове и Соболеве.

Мы с Кумковым летали по маршруту, в зону и на стрельбу.

Дрыгин – сделал замечание, что не провезен Куликов по щитам, а летал самостоятельно. Берестнев узнает – опять подумает, и опять его козырь против меня.

План на 14 мая 1955 г.

До 9 часов – проверить организацию и проведение полетов у Бакланенко.

До 12.00 дать указания на полеты в понедельник и запланировать себе у Бакланенко на ночь.

До 15.00 проверить наличие схем к сборам:

– полигон (варианты воздушного боя);

– схемы и расчеты атак ночью.

До 16.00 продумать и дать указания об организации занятий на старте.

До 12.00 отпечатать план разбора полетов.

В период с 17 по 21 мая проведены сборы с руководящим составом. Цели и задачи не выполнены. Сделан разбор сборов Берестневым – плохо, неконкретно. Еще хуже подведены итоги за зимний период обучения.

Никакой последовательности в докладе. Даже им он ранее не был просмотрен. Указания, как составлять, не давалось. Все делал только начальник отделения боевой подготовки. Схемы разношерстные и даже полковые.

22 мая – воскресенье, ездил на рыбалку. Удачно, хорошо.

План на 23 мая 1955 г.

До 16.00 продумать и дать в политотдел тезисы к докладу на партактив о летных происшествиях.

До 10.00 проверить постановку задач на летный день у Бакланенко.

До 16.00 проверить контроль подготовки к полетам у Бакланенко.

До 12.00 дать материал для доклада командующему воздушной армией об итогах летно-методических сборов.

20.00. Полеты ночью (из-за погоды не состоялись).

Погода для полетов в зону по кругу и в лучах зенитных прожекторов соответствовала, но из-за перестраховки полеты были отменены, т. к. на северо-западе в 100 км наблюдалась грозовая деятельность. А весь юго-восток был совершенно безоблачен.

Получил письмо от Буряк и от Г.

Приехал ревизор из железнодорожных перевозок с моими требованиями на багаж малой скоростью, и мне пришлось уплатить стоимость их, т. к. использовал их незаконно.

План на 24 мая 1955 г.

6.00 – полеты.

12.00 – проверить планирование летного дня в авиационном полку у Кирилова и подготовку к ЛТУ.

18.00 – закончить отработку документов по планированию и организации летного дня в авиационном полку. Определить новую расстановку зенитных прожекторов.

Письмо Коробкину (вып.).

Встал в 4.30. Дождь, ветер, до столовой шел, весь вымок. Бакланенко полеты отставил, затем начал в 9.00.

Я дома переоделся, пришел в штаб авиадивизии к 8.00. В 9.30 уехал на аэродром, где с Куликовым сделали всего один полет на отработку групповой слетанности и типовые атаки.

С утра планировались перехваты бомбардировщиков, но из-за погоды были отставлены.