Сталин и НКВД - Леонид Наумов

Н.И. Ежов — нарком внутренних дел (именно его сменил Берия);

М.П. Фриновский — заместитель наркома, начальник ГУГБ (его сменил Меркулов).

В 1934 году НКВД Украины руководил член ЦК ВКП(б) Балицкий. Рискну предположить, что в 1939 году на XVIII сьезде руководитель спецслужб Украины не вошел в ЦК ВКП(б) только потому, что его еще не было. Исполняющим обязанности был Амаяк Кобулов, но он слишком молод (потому и. о.). В сентябре 1939 наркомом в Киев назначают Ивана Александровича Серова и на XVIII партконференции в феврале 1941 его выбирают кандидатом в члены ЦК. В 1938 году наркомом Украины был комиссар ГБ 3-го ранга А.И. Успенский. Ежов благоволил к этому руководителю, за два года тот сделал головокружительную карьеру, поговаривали даже, что они родственники. Можно предположить, что в ЦК 1939 года Успенский, конечно, вошел бы.

В 1934 году в ЦК входил Дерибас, он руководил УНКВД Дальневосточного края, что, безусловно, подчеркивает значение этого региона для СССР: ожидалась война с Японией. В ЦК 1939 года вошло бы два руководителя НКВД Дальнего Востока: Гвишиани и Никишов (УНКВД ДВК был разделен приказом от 29 декабря 1938 года № 00836 на УНКВД Хабаровского и Приморского края). В августе 1938 УНКВД Хабаровского края руководил старший майор ГБ Г.Ф. Горбач, а Приморской области — майор ГБ В.Ф. Дементьев, и, вероятно, они стали бы кандидатами в члены ЦК.

Вероятно, в ЦК вошел бы и старший майор ГБ В.Е. Цесарский — руководитель УНКВД Московской области (его сменил Журавлев). В ЦК 1934 года руководитель регионального управления, свояк Сталина Станислав Реденс не входил, но в 1939 году Журавлев вошел. Журавлев оказал важные услуги Берия. Именно он (еще будучи руководителем УНКВД Ивановской области) написал донос на Ежова, который разбирался на Политбюро и послужил непосредственным толчком к отставке наркома. Цесарский пришел с Ежовым в НКВД из ЦК в 1936 году и в его верности нарком не сомневался.

Другим членом «альтернативного ЦК» мог бы стать комиссар ГБ 3-го ранга «ежовец» М. И Литвин — руководитель УНКВД Ленинградской области. Основанием для этого предположения служит то, что в 1939 г. «бериевский» руководитель УНКВД Ленинградской области С.А.Гоглидзе стал кандидатом в члены ЦК.

— Б. Кобулов руководил следственной частью и был заместителем начальника ГУГБ. Следственной части в августе 1938 года не было (она была образована только 22 декабря 1938 года приказом № 00813). Заместителем начальника ГУГБ был в августе 1938 Н.Г. Николаев-Журид. Может быть, он стал бы кандидатом в члены ЦК.

Деканозов на посту начальника 5 отдела (ИНО) сменил Пассова. Можно предположить, что старший майор ГБ Зальман Исаевич Пассов вошел бы в ЦК 1939 года. По крайней мере, Ежов считал его «честным чекистом».

Как уже говорилось, в ЦК вошли Круглов и Масленников, которые при Берия руководили управлениями в центральном аппарате. Кто был бы на их должностях при Ежове и мог бы претендовать на статус кандидатов в члены ЦК? Можно только гадать. Номенклатурных признаков два: это должны были бы быть заместители наркома и, желательно, они должны были иметь связи в партаппарате. В составе руководства НКВД 1938 года это могли быть старший майор ГБ С.Б. Жуковский — заместитель наркома, курирующий работу ГУЛАГа, начальник управления особых отделов Н.Н. Федоров или начальник ГУРКМ В. В.Чернышев.

Кроме того, в группу Ежова входили бы еще и чекисты, которые в 1937–1938 гг. ушли из органов, но сохраняли с ними связь. Членом ЦК был Е.Г. Евдокимов и, вероятнее всего, он им и остался бы, возможно, на посту заместителя наркома водного транспорта, а может быть он стал бы и руководителем какого-нибудь наркомата.

Наркомом связи был комиссар государственной безопасности 3-го ранга, создатель ГУЛАГа М.Д. Берман. Должность наркома связи предполагала как минимум статус кандидата в члены ЦК.

Бывший чекист Благонравов, кандидат в ЦК, в 1934 был 1-м заместителем наркома путей сообщения. В 1938 году эту должность занимал старый чекист, лидер клана «туркестанцев», комиссар ГБ 2-го ранга Л.Н. Бельский. Вероятно, он также вошел бы в состав высшего партийного руководства.

А.М. Минаев-Цикановский служил заместителем наркома тяжелой промышленности.

С.Н. Миронов-Король был начальником отдела в НКИД, фактически заместителем наркома, и вполне мог стать наркомом (об этом еще будет сказано ниже).

Чтобы правильнее представить себе отношения между этими людьми, надо помнить:

Ежов, Литвин, Цесарский, Жуковский — представители группы «партийцев», которые пришли в НКВД вместе с Ежовым, а Успенский и Пассов — его выдвиженцы. Бельский и М. Берман — представители другой чекисткой группы, туркестанцев. И самое главное. Евдокимов, Фриновский, Николаев-Журид, Горбач, Дементьев, Минаев-Цикановский — входят в одну влиятельную чекистскую группу — «северокавказцев».

Однако помимо чекистских руководителей, в ЦК «по должности» входила значительная группа первых секретарей ВКП(б) крупных регионов. Реконструировать «альтернативный» облик ЦК в 1939 г. можно также, посмотрев, кто возглавлял ключевые регионы (те, чьи руководители входили в ЦК и в 1934 г. с учетом изменений в административном делении) к лету 1938 г. — осени 1938 г. Попробуем очертить эту группу партийных секретарей, включив в нее примерно из 14 человек, руководивших Московской, Горьковской, Архангельской, Ивановской, Смоленской, Свердловской областями, Дальневосточным, Алтайским краями, Иркутской, Новосибирской и Читинской областями, Туркменией и Орджоникидзевским краем.

Это были люди, пришедшие к власти при Ежове на освободившиеся в результате «Большой Чистки» места. Откуда они пришли? В целом, можно очертить несколько путей формирования этой группы.

Одним из самых больших источников пополнения региональных кадров — выходцы из Ленинграда. Условно их можно назвать «ждановцами» по имени первого секретаря Ленинградского обкома и горкома ВКП(б) (1934–1945) Андрея Жданова. К ним можно отнести Александра Угарова, который в 1932 г. — феврале 1938 г. был 2-м секретарем Ленинградского городского комитета, а затем был назначен 1-м секретарем Московского областного комитета ВКП(б), а также А. Никанорова, 3-его секретаря Ленинградского обкома (1937), впоследствии — 1-го секретаря Архангельского обкома партии. Помимо того, к этой группе относятся первые секретари ленинградских райкомов, впоследствии назначенные в регионы: Сергей Соболев стал и.о. 1-го секретаря сначала Красноярского (07.1937-06.1938), а затем и Дальневосточного краевого комитета ВКП(б) (6 — 10.1938); Леонид Гусев летом 1937 г. перебрался на работу в Западно-Сибирский край, а в июне 1938 г. стал первым секретарем Алтайского комитета ВКП(б); Аркадий Филиппов в 1937 г. стал вторым секретарем Красноярского крайкома, а с июня 1938 г. — 1-м секретарем Иркутского обкома; Иван Алексеев в июле 1938 г. стал 1-м секретарем Новосибирского обкома. Все эти шесть человек были, условно говоря, «ждановцами».

Были среди руководителей «волны» лета 1938 г. партийные чиновники, ранее работавшие 1-ми секретарями райкомов в Московской области при Хрущеве и Кагановиче. Среди них можно назвать Василия Симочкина, возглавившего Ивановский областной комитет ВКП(б) в августе 1937 г., и Михаила Савинова, и.о., а затем (с июня 1938 г.) и 1-го секретаря Смоленского областного комитета ВКП(б).