Орлиное царство - Джек Хайт

– Сир, – сказал Джон и опустился на колени.

Шавар вошел сразу после того, как Джон поднялся на ноги. Вслед за визирем появился темнокожий египетский солдат.

– У меня плохие новости, – бодро заявил Шавар.

– Проклятье, и почему же ты так веселишься? – проворчал Амори.

– Я уверен, что чувство юмора лучшее средство от неудач. Нур ад-Дин вошел в Антиохию и одержал сокрушительную победу. Боэмунд из Антиохии и Раймунд из Триполи попали в плен.

– Что? – вскричал покрасневший Амори. – Т-ты уверен?

– Да, – кивнул Шавар. – В Каире об этом узнали два дня назад через голубиную почту. А мне сообщили сегодня утром.

– Гвозди Господни! – выругался Амори. – Теперь, когда Боэмунд и Раймунд разбиты, некому защищать северную границу королевства.

– Вам следует вернуться, чтобы защитить Иерусалим, – сказал Шавар.

– Четыре месяца осады, и все совершенно напрасно, – проворчал Амори и покачал головой. – Нет, я не могу уйти с пустыми руками. Я не оставлю камня на камне от стен Александрии.

– Возможно, в этом не будет необходимости. – Шавар указал на нубийского воина, который пришел с ним. – Джалаал, расскажи, что тебе удалось узнать.

Нубиец, запинаясь, заговорил низким голосом, и Джон сразу стал переводить.

– Мои люди и я, мы пытались найти еду на одной из ближайших ферм. Крестьянин хранил зерно в каменном подвале – очень старом, визирь, если вы понимаете, о чем я говорю. Камни едва держались. Он сказал, что там пусто, но мы ему не поверили, ведь он копт. Мы сломали замок и заглянули внутрь. Зерна там уже не было, но мы кое-что обнаружили. Дверь.

– Дверь? – переспросил Амори.

– В катакомбы, – пояснил Шавар. – Катакомбы Ком-аль-Шукафа: Холм Осколков.

– И что вы там увидели? – спросил Амори у Джалаала. – Как далеко вы прошли?

– Всего на несколько футов, малик, – ответил Джалаал. – Мы не осмелились идти дальше. Под землей живут злые джинны. Аллаху акбар.

– Спасибо, Джалаал. – Шавар повернулся к Амори. – Говорят, катакомбы проходят под городскими стенами. Если мы сумеем отыскать нужный туннель, то сможем войти в город ночью и смять оборону Александрии. И тогда горожане заплатят за свою дерзость.

Амори усмехнулся, однако Джон не разделял его энтузиазма. Юсуф мог находиться в городе, не говоря уже о том, что у Джона были друзья среди сарацин. И все они погибнут. А тем, кто обратится в бегство, устроят бойню перед городскими стенами. И это только начало. Когда с воинами будет покончено, придет черед жителей Александрии.

– Нам следует немедленно начать изучать катакомбы, – сказал Амори.

– Да, но тихо, – предупредил Шавар. – Я не сомневаюсь, что у Ширкуха в нашем лагере есть шпионы. Если он узнает, что мы нашли вход в катакомбы, они подготовят нам встречу. Чем меньше людей будет об этом знать, тем лучше.

– Согласен, – кивнул Амори. – Ты пошлешь Джалаала. Я выберу человека, которому доверяю. Он и Джалаал будут отчитываться только перед нами.

– Я хочу пойти, – сразу предложил свои услуги Джон, и Амори нахмурился. – Я говорю по-арабски. – Джон посмотрел на Шавара. – Катакомбы построены во время римского владычества, верно? – Визирь кивнул. Джон снова повернулся к Амори. – Я читаю на латыни и греческом. Я могу помочь найти проход в город.

Джон не стал объяснять свой истинный мотив: если проход действительно есть, он хотел быть первым, кто его обнаружит. Он поклялся служить Амори, но из этого не следовало, что он позволит погибнуть своим друзьям в городе.

– Хорошо, – ответил Амори. – Но я пошлю с тобой еще одного человека. Кто знает, какие опасности ждут вас под землей. Завтра на рассвете вы втроем отправитесь на поиски.

* * *

Юсуф жевал маленький кусочек лаваша, шагая по Аль-Харийя, главной улице Александрии. По пути кивнул купцам, устанавливавшим свои прилавки, на всех лицах застыло мрачное выражение. Еды в городе осталось мало, и люди потеряли интерес к благовониям и ювелирным изделиям, которые они продавали. Юсуф закончил завтрак, и желудок протестующе заурчал, требуя еще. Юсуф не стал обращать на него внимания. Все его люди, как и он сам, перешли на половинные нормы питания. В следующий раз он будет есть только вечером.

Он подошел к стене, по лестнице поднялся на вершину башни у восточных ворот и посмотрел на своих людей, а потом перевел взгляд на вражеский лагерь. Неделю назад из Иерусалима прибыл новый отряд франков. А за неделю до них пришло подкрепление из двух сотен египтян.

Юсуф пошел на юг вдоль стены, кивая на ходу своим людям, перекидываясь несколькими словами с теми, кого хорошо знал. Он делал полный круг по стенам каждое утро и каждый вечер. Так он поддерживал дух своих воинов. И получал возможность покинуть дворец, который горожане Александрии осаждали бесконечными жалобами. Их возмущал комендантский час, установленный Юсуфом, не устраивало то, что он забирал работников с льняных и шелковых фабрик и заставлял их делать матерчатые доспехи. Но более всего их возмущали пайки. Но у него не осталось дополнительных запасов еды. А горожане уже съели большую часть лошадей.

Он приближался к одной из четырех башен, за которую отвечали горожане. Там он обнаружил всего двенадцать человек – половину требуемой нормы. Обычное дело. Поначалу жители города с радостью соглашались занимать места на стенах и с гордостью расхаживали в новых доспехах, но очень скоро начали подавать петиции, требуя освободить их от необходимости патрулировать стены.

– Ну, как дела? – спросил Юсуф. Граждане Александрии бросали на него хмурые взгляды. Все молчали. – Где ваш командир?

– Внутри башни, – сказал немолодой мужчина с коротко подстриженными волосами и седой бородой.

Он поплотнее запахнул плащ, словно рассчитывал, что тепло поможет прогнать голодный озноб.

– Порет двух мужчин, – мрачно добавил другой, довольно высокий. Когда-то у него был лишний вес, а теперь кожа складками свисала на шее и руках. – Кто дал такое право ублюдку?

Юсуф понимал, что, когда он ставит своих людей командовать горожанами, недовольство неизбежно, но выбора у него не было. Он слышал слишком много историй о том, как жители сдавали осажденные города, впуская внутрь врага.

– Что они сделали? – спросил Юсуф.

Горожане неловко переминались с ноги на ногу, но не могли заставить себя посмотреть ему в глаза.

– Им досталось последнее ночное дежурство, – наконец, ответил мальчик. Он был слишком маленьким, чтобы орудовать длинной мотыгой, которую держал в руках. – И они заснули на стене.

– Но это не причина для порки, – проворчал мужчина с дряблой кожей.

– Если вы не хотите, чтобы ваших друзей пороли, не давайте им спать на посту, – сказал Юсуф. – Мы должны сохранять бдительность. Если город падет, вас ждет куда более суровая судьба.