Путь на юг - Александр Майборода

После разговора с командирами отрядов Готлиб не смог уснуть. Он лежал на толстом ковре, постеленном на ворох мягкого елового лапника, и, как завороженный, смотрел на огонек в очаге из камней, выложенных посредине шатра.

Дрова в очаге давно прогорели, и теперь на их месте лежало черное пятно с мерцающими красными прожилками, похожими на извивающихся змей. Слабый огонек пробивался сквозь прожилки, на несколько секунд ярко освещал внутренности шатра, затем, словно испуганный сурок, нырял в горячую черноту

В очаг следовало было подбросить дров, но в шатре было тепло, а одиночество было приятно, точно сладкий сон, и Готлибу не хотелось, чтобы его беспокоили.

Обычно вечера Готлиб проводил вместе с Харальдом, который был его верным другом. Но сейчас Харальд куда-то пропал, и на сердце Готлиба от этого чувствовалась странная гнетущая тяжесть.

Боялся ли Готлиб, что Харальд покинет его? Наверно — нет. Харальд был не только его первым воеводой, но и другом; не раз они спасали друг друга от смерти. Но неуверенность все равно шевелилась в душе Готлиба — людям свойственно предавать своих друзей.

Постепенно Готлиб задремал. Как ему показалось, это продолжалось мгновение, и он тут же проснулся от непонятного движения.

Готлиб открыл глаза и увидел около входа человека с мечом на поясе. Приоткрыв занавес, человек напряженно всматривался в темную глубину шатра — огонь в очаге совсем исчез, и теперь в шатре было темно.

Сердце Готлиба тревожно стукнуло.

Вход в шатер охраняли надежные воины, тем не менее, не различая лица человека, Готлиб встревожился.

Пододвинув к себе меч, Готлиб спросил:

— Кто это?

— Ты спишь, конунг? — послышался голос Харальда.

— Не сплю, — ответил Готлиб, приподнявшись на локте.

— У меня хорошее известие — к нам приходят воины из лагеря урмянина, — сказал Харальд. Распорядившись кому-то в темноте, чтобы принесли дров, он вошел в шатер.

Готлиб вскочил.

— Много пришло?!

В шатер всунулась голова слуги.

— Чего тебе? — строго спросил Готлиб.

— Я дрова принес, — робко проговорил слуга, тараща не видящие в темноте глаза.

— Положи их рядом с очагом и уходи, — сказал Готлиб.

Слуга вошел в шатер и грохнул поленьями о пол. Положив пару поленьев в очаг, он быстро вышел. По поленьям пробежал веселый огонек, и в шатре стало светлее.

— Я их пока не считал. Но людей, кажется, довольно много. Когда рассветет, точно посчитаем. Пока они костры зажигают и палатки ставят, — доложил Харальд.

Готлиб подошел к Харальду и обнял его.

— Мой друг! Мы спасены! — восторженно заговорил он. — Если к нам перейдет хотя бы сотня воинов, то удача вернулась к нам.

— Томас сдержал слово — надо бы его вознаградить, — сказал Харальд.

— Обязательно награжу, — сказал Готлиб, — сейчас я хочу посмотреть на прибывающих воинов.

— Там туман, ничего не видно, — сказал Харальд.

Не обращая внимания на его слова, Готлиб вышел из шатра и словно окунулся в холодную воду. По телу Готлиба невольно пробежала дрожь, но, взяв себя в руки, он принял горделивую осанку — воины должны видеть, что их вождю не страшен ни холод, ни дождь, ни какие-либо другие капризы природы.

Рядом с входом в шатер горел костер, около которого сидело несколько воинов. Разглядев конунга, они встали и поклонились.

— Иди к нам, конунг. Тут тепло, — сказал один из воинов.

Готлиб покачал головой, и воины снова присели к костру.

Харальд был прав, сколько Готлиб не вглядывался в темноту, ничего не было видно. Сквозь черную пелену тумана лишь слабо пробивались красные отблески костров. Но их было мало, и под сердцем Готлиба, засосало разочарование.

— Это и все? — спросил Готлиб.

— Конунг, я же говорил, что туман. Ничего не видно. Но людей больше, чем тебе кажется, — сказал Харальд и посоветовал: — Ты, лучше побудь в шатре до утра, все равно сейчас ни в чем не разобраться. Я и сам с трудом понимаю, кто и где находится.

Готлиб укутался в плащ.

— Я пойду принимать людей, — сказал Харальд.

— Иди, — сказал Готлиб.

— Ты только никуда не отходи от шатра. В таком тумане легко заблудиться. Это очень опасно, — сказал Харальд.

— Я останусь в шатре, — сказал Готлиб.

— Я скоро вернусь, — сказал Харальд и исчез в тумане.

Готлиб еще некоторое время стоял около шатра, пока от костра к нему не подошел воин. В его руке было короткое копье, а за поясом заткнут топор.

— Мерзкая погода, — проговорил он.

— Мерзкая, — ответил Готлиб. Он узнал дружинника. — Ингвар, чего не греешься у костра?

— Я охраняю твой шатер. В такую погоду надо быть особенно бдительным, — сказал Ингвар.

— Да, — сказал Готлиб.

— Говорят, к нам переходят люди из лагеря урмяни-на? — спросил Ингвар.

— Да.

— Это хорошо.

— Это хорошо, потому что теперь наше войско снова наполнится силами, — сказал Готлиб и вернулся в теплый шатер.