Пушкинский некрополь - Михаил Артамонов

Венелин был хорошо знаком с А. С. Пушкиным. Так, 27 марта 1829 года они встречались на завтраке у М. П. Погодина, где были также А. Мицкевич, М. С. Щепкин и др. Затем они виделись у Погодина в следующем году 22 марта, и у него же 29 апреля по случаю новоселья. Об этом торжестве свидетельствует коллективное письмо С. П. Шевыреву в Рим; под ним, среди прочих, стоят подписи Пушкина и Венелина. Как указывает Л. А. Черейский, в письмах из Петербурга, датированных январем – февралем 1830 года, Венелин сообщал Погодину о встречах с Пушкиным и скептически отзывался о нем как о писателе. Известно также, что в апреле 1833 года Погодин просил Пушкина похлопотать перед Российской Академией об оказании Венелину материальной помощи.

В 1968 году делегация Народной Республики Болгарии хотела возложить на могилу Ю. И. Венелина венок вечной памяти, но не смогла этого сделать: могила славяноведа давно исчезла. Во время реставрации Данилова монастыря Болгария преподнесла русской патриархии беломраморную доску Ю. И. Венелину, которая была вмонтирована на внутренней монастырской стене.

«Налево от собора, ближе к монастырской стене, с краю дорожки, около большой часовни, погребен Михаил Александрович Дмитриев (1796–1866)», – писал А. Т. Саладин.

М. А. Дмитриев – поэт, племянник баснописца И. И. Дмитриева, воспитанник Благородного пансиона при Московском университете, посещал лекции А. Ф. Мерзлякова и М. Т. Каченовского. С 1811 года он – «архивный юноша» – зачислен в Московский архив коллегии иностранных дел.

Вскоре началась литературная деятельность М. А. Дмитриева: вышел из печати его перевод басен Флориана. В 20-х годах его оригинальные стихи регулярно публикуются в московских журналах. В начале 1824 года К. Ф. Рылеев рекомендует его в члены «Вольного общества любителей российской словесности». Однако настоящую литературную известность Дмитриеву принесли не стихи, а критические статьи и остроумные, искрящиеся эпиграммы. Его сатиры высоко оценивали Н. В. Гоголь и В. А. Жуковский, который, рассказывают, при чтении «Двенадцати сонных статей» – Дмитриевской пародии на его баллады, «хохотал от всей души и назвал их своими внучками».

С А. С. Пушкиным они были знакомы со второй половины 1820-х годов. В это время появляются дмитриевские статьи о пушкинском «Бахчисарайском фонтане» (1824), IV и V главах «Евгения Онегина» (1828). Отношение Пушкина к критической деятельности Дмитриева было неровным, иногда отрицательным, но неизменно доброжелательным. В 1827 году Дмитриев, к тому времени уже оставивший службу в архиве и получивший место в Московском надворном суде, по просьбе Пушкина передал на просмотр в цензуру его поэму «Братья разбойники». В августе 1830 года они встретились на похоронах В. Л. Пушкина.

Литературная деятельность М. А. Дмитриева особенно развернулась с начала 40-х годов. Именно тогда выходит стихотворный цикл «Старик», сборник «Московские элегии», талантливые переводы Горация, не утратившие своего значения и поныне, а позднее – мемуарная книга «Мелочи из запаса моей памяти» (1854). Эту книгу, вышедшую вторым изданием, значительно расширенным, уже после смерти автора в 1869 году, профессор Московского университета Н. С. Тихонравов называл «настольною книгою у всех занимающихся историей русской словесности».

В своем стихотворении «Ваганьковское кладбище» (1845) М. А. Дмитриев писал: