Морской ангел - Валерий Ковалев

– Во, морпехов привезли! – заорал молоденький танкист. – А где ваши коробки, братва, че, все перетопили?!

– Утри сопли, пацан! – пробасили из кузова. – Сам ты коробка!

Далее колонна встала, последовала команда «К машинам!».

Весельчаки тут же испарились, десант выстроили, затем появилось начальство, и два полковника (сухопутный и морской) пожали друг другу руки.

Чуть позже состоялось распределение батальонов и рот по танковым подразделениям, а также более тесное знакомство.

– Старший лейтенант Марков, – ответил на приветствие Вонлярского, подведшего пятерых своих разведчиков к указанной им машине, стоявший у нее низкорослый крепыш со шрамами на лице и в кожаной тужурке. На башне танка значился намалеванный белилами номер «213», а на стволе орудия лучились пять звездочек.

Из открытых люков тут же возникли две головы в шлемофонах и оттуда выбрались еще два танкиста.

Чуть позже представители двух видов сил, усевшись на траве подле машины, дымили сигаретами и махрой которыми угостили друг друга.

– Давно на войне? – оценивающе оглядел старший лейтенант Дима.

– С осени 41-го. А ты?

– Я с июля. Первый бой принял под Киевом. Этот конь у меня, – хлопнул рукой по траку, – третий по счету.

– Выходит везунец, – прикусил травинку Дим.

– А это у тебя для форсу? – продолжил Марков, кивнув на торчащую из голенища сапога Дима блестящую рукоятку.

– Вроде того, – извлек старшина кортик и ловко подбросил на ладони. – Я им приколол пяток фрицев. В поиске.

– Так вы разведчики? – высоко поднял брови старший лейтенант. – Так бы сразу и сказали.

Затем Марков (он был командир роты) вынул из планшета карту, развернул ее на траве и рассказал Диму с десантниками все, что касалось марша.

– Ну а как развернемся для атаки, держитесь крепче за броню, – улыбнулся железными зубами. – Подобьют, сразу сигайте с танка.

– Чего-чего, а сигать мы умеем, – пробубнил Сашка Вишневский. Быть подбитыми им не улыбалось.

К утопающей в цветущих садах окраине Брно, соединение подошло утром и тут же развернулось в боевые порядки.

Затем в ларингофонах послышалось «Вперед!», вслед за чем бронированная армада, лязгая траками, тронулась с места. Навстречу из садов тут же блеснули яркие вспышки.

Танк Маркова сразу же набрал ход и, умело маневрируя, понесся к центру обороны.

Далее последовала короткая остановка – выстрел. Новый рывок – выстрел, а потом справа ухнул взрыв, и одного из моряков снесло на землю. Остальные, прижимаясь к броне, вели огонь на ходу, ориентируясь по вспышкам. На их глазах вырвавшаяся вперед «тридцатьчетверка» вспыхнула факелом, и с нее посыпался горящий десант, который тут же расстреляли бьющие в упор пулеметы. Спустя еще несколько минут, снеся встречные деревья, танк Маркова взлетел на бруствер траншеи, где, крутнувшись, раздавил ДЗОТ^[70], а Дим с ребятами, метнув в стороны по гранате, обрушились вниз. Там закипела боевая работа.

Нескольких оглушенных фрицев старшина срезал из пулемета, после чего Сашка с Петькой швырнули за угол по «лимонке», и моряки вломились в ответвление. Там был дворик минометного расчета с разметанными на земле телами и пытающимся отползти в сторону офицером с перебитыми ногами.

Между тем через бруствер впереди перевалили еще две «тридцатьчетверки», а когда парни вместе с другими десантниками, очистив траншею, выскочили оттуда, бой из садов переместился к городской окраине…

Сняв с ног сапоги с перепревшими портянками и привалившись спинами к прогретому солнцем цоколю древней ратуши, Дим с Петькой и еще несколько ребят, остывали после боя и созерцали раскинувшийся перед ними город.

За время сражения, неоднократно подвергаясь атакам с земли и воздуха, он был изрядно разрушен и дымил пожарами. Но жизнь продолжалась. Из подвалов и бомбоубежищ появились тысячи жителей со скарбом, по центральным улицам шли наша техника, маршевые колонны и обозы.

– Ты смотри, конница! – широко раскрыл глаза Сашка Вишневский.

По брусчатке расположенной неподалеку площади двигался целый полк.

Впереди, под развернутым знаменем, группа командиров на рослых жеребцах, а за ними по пять в ряд в полной казачьей форме и при шашках плотная масса кавалеристов. О том, что в штурме Брно участвовало конно-механизированное соединение генерала Плиева, разведчики слышали, но казаков видели впервые.

Когда же колонна заполнила практически всю площадь, над ней родилась песня: