Незакрытых дел – нет - Андраш Форгач

Сердце бешено колотилось.

Она не знала, позвонить ли ей или открыть дверь своим ключом.

Одно другого не лучше. Она пришла без предупреждения, потому что сын так и не взял трубку. Но, может, это и хорошо.

– Мама! – На нее смотрел сын, всклокоченный, в одних трусах. Он вышел в прихожую на звук ключей и столкнулся лицом к лицу с матерью. – Так рано? – Они смотрели друг другу в глаза, и это было все равно что вглядываться в свои собственные. В глазах матери он увидел что-то еще, но не мог понять, что же именно. Наверняка что-нибудь с отцом, или с младшей сестрой, или со старшей, случилось что-нибудь страшное, надо немедленно что-то делать, срочно кого-то спасать, лезть вверх по отвесной скале или прыгать в пропасть, один черт.

– А ведро-то ты зачем принесла, прости господи?

Мать так и стояла с ведром у входа, на площадке панельной многоэтажки.

– А здесь есть ведро?

– Понятия не имею.

– Ну вот затем и принесла.

Сын отошел от двери – с лестницы потянуло уличным холодом. Г-жа Папаи сразу прошла на кухню. Стол там был завален объедками, которые несколько дней никто не убирал.

– Ну и бардак! – сказала она брезгливо и тяжело вздохнула. Не снимая пальто, она села на какой-то стул там же, где стояла, не выпуская из рук тяжелую хозяйственную сумку, до отказа набитую консервами и другой едой.

– Ты же не собираешься прямо сейчас убираться?

– Как раз сейчас и буду.

– Не самый удачный момент, в третьей комнате еще спят.

– У тебя опять гости?

– Дюри с Майей. Пойдем, я тебе чай сделаю.

– Да некогда мне.

В голове у г-жи Папаи начали мелькать мысли. Ну если не мелькать, то роиться. Она попыталась заново прокрутить в уме весь разговор с куратором^[85].

– К тебе сестра послезавтра приезжает. Нельзя принимать ее в этой помойке.