Девушка индиго - Наташа Бойд

Бен тем временем бочком отступил к экипажу и принялся за разгрузку – стащил на землю один тяжелый кедровый сундук; со вторым ему помог Квош.

Если маменьку и озадачило местоимение «нам», произнесенное мистером Кромвелем, она ничего не сказала.

– Что ж… – быстро продолжила я, поскольку надобно было как-то прервать это опасное общее собрание, и вдруг с испугом осознала, что Лоуренсы проехали от Чарльз-Тауна семнадцать миль в конном экипаже, а не приплыли на лодке, как я советовала, – стало быть, их придется оставить ночевать. Мне сделалось дурно. – Боюсь, у нас в доме мало места, мистер Лоуренс. Вы не возражаете, если мы приготовим вам с сыном одну комнату на двоих? В гостевой спальне наверху есть лоджия, так что, возможно, один из вас согласится подышать ночным воздухом залива?

– Это будет замечательно. Правда, Генри?

– Да, отец, – покорно кивнул юноша.

Мистер Лоуренс окинул взглядом окрестности и снова уставился на мое выпачканное в земле и промокшее от пота платье.

– Мы, собственно, у вас проездом. Утром без промедления отправимся дальше.

Я постаралась сдержать вздох облегчения.

А что же мне делать с Беном? Где он будет ночевать? С другими рабами? Почему нет? Нужно было посоветоваться с Кромвелем.

– Мистер Кромвель…

– Зовите меня Николас, пожалуйста.

Я вежливо улыбнулась:

– Николас, я понимаю, что вы устали с дороги, но, быть может, вы все-таки согласитесь приступить к работе прямо сейчас и хоть краешком глаза глянете на сырье, которое мы собрали сегодня?

Кромвель вскинул брови:

– Что ж… э-э… разумеется. Как вы заметили, это моя работа. А вы, как я посмотрю, уже одеты для прогулки в поле.

Последние слова были сказаны с юмором, но моя маменька издала нечто похожее на стон, означавший, что она скандализирована, однако вступать в спор не намерена.

– Идемте в дом, джентльмены, – любезно предложила она вместо этого Джону и Генри Лоуренсам.

А мы с Кромвелем повернули к полям. Полли уже успела хорошенько взяться за Генри, и последнее, что я слышала, когда мы расходились в разные стороны, это был шквал ее вопросов:

– Я слышала, ты приехал сюда свататься к моей сестрице! Это правда? Ты поэтому сюда приехал? Чтобы посвататься, да?..

Действительно, зачем задавать один четкий и ясный вопрос, когда можно использовать столько слов? Моя младшая сестренка была ужасной болтушкой. Ответ я, к счастью, уже не расслышала, но, конечно же, собиралась выяснить всё в подробностях у Полли позднее.

Спиной я чувствовала чей-то пристальный обжигающий взгляд.

Взгляд Бена.

18

Мысли мои неслись вкривь и вкось, как неуправляемая карета, запряженная обезумевшими лошадьми.

Я даже не знала, с чего начать расспросы.

– Должен извиниться, – заговорил, между тем, мистер Кромвель. – Многие приходят в замешательство, когда я представляю им своего негра, Бена.

Я закашлялась, но почувствовала благодарность за то, что он взял на себя труд начать беседу. «Бен здесь!» – метался крик у меня в голове.

– Что вы, я вовсе…

– Вы слишком любезны. Воистину. Я отчетливо видел изумление, написанное у вас на лице. Обычно, если негр сопровождает белого человека, никто не сомневается, что это всего лишь раб. И никто не ждет, что раб будет хорошо одет, и уж тем более что этого негра им представят по имени, как какого-нибудь джентльмена в светском салоне.

– О да, действительно, это было… несколько неожиданно.

– Всему виной мой брат. Он купил Бена специально для нашей плантации на Монтсеррате, потому что этот парень много знает про индиго, а потом наделил его всяческими привилегиями. – Николас вздохнул. – В том числе подписал договор о назначении Бена подмастерьем с правом выкупить свободу.

Я слушала, затаив дыхание. Меня распирало от гордости за Бена.

– Стало быть, суровым хозяином вашего брата не назовешь?

– О, все в точности наоборот – он слишком мягок. Слава богу, в последнее время Патрик часто пребывает в отъезде по торговым делам, так что я успел восстановить некоторый порядок.

Отрадно было узнать, что Бен жил у доброго и справедливого хозяина, по крайней мере пока не попал к Николасу Кромвелю.

– Стало быть, у вас свое дело по производству индиго? Тогда почему же вы приняли предложение моего отца поработать здесь? – спросила я с искренним недоумением.

Он печально усмехнулся:

– Увы, я питаю слабость к игре в карты и едва не навлек на нас неприятности. Предложение вашего батюшки подоспело вовремя – брат заставил меня согласиться. – Николас помолчал. – Ну вот, я поведал о своих грехах. Теперь ваш черед.

– Мой? О чем вы?

Мы дошли до того места, где я оставила свою горстку помощников. Все уже разошлись, только Сара и Того остались сортировать листья индигоферы.

– Как о чем? Во-первых, вы находите удовольствие в работе на земле, а во-вторых, наделены своеволием, что я, впрочем, нахожу весьма привлекательным в представительницах прекрасного пола.

Я поморщилась от его нахальства, но он, похоже, не обратил на это внимания.

– Надеюсь, вы не сочтете меня слишком прямолинейным, если я скажу, что вы как леди совершенно не соответствуете вкусам Джона Лоуренса с его светскими запросами, это вполне очевидно.

Проницательность Кромвеля меня впечатлила, однако чувство обиды возобладало. А потом я вспомнила догадку Мэри Шардон.

– Что ж, должна признать, вы повергли меня в смятение, – сказала я, совладав с гневом. – Я полагала, мистер Джон Лоуренс подыскивает невесту для сына. – При одной лишь мысли об этом меня затошнило. Генри был довольно милым мальчиком, ненамного младше меня, однако выглядел совсем ребенком.

Мистер Кромвель покивал:

– Да, думаю, таково и было их намерение – заставить вас в это поверить. Но, насколько мне известно, все совсем не так. Я знаю таких, как Лоуренс. Он может купить себе приглашение на званые обеды в некоторые гостиные Чарльз-Тауна, но большего не добьется, пока не станет землевладельцем и плантатором. Именно для этого вы ему и нужны.

Выйти замуж за Джона Лоуренса?! Меня передернуло. Неужто отец готов выставить меня и наши земли на торги? И эта странная попытка внести путаницу в сватовство – почему нельзя было открыто заявить о намерениях вдовца? Неужто он считает меня настолько бестолковой, чтобы принять одного жениха за другого? Нет, определенно, он не мог дойти до таких крайностей, это просто недоразумение. К тому же сейчас гораздо важнее было разобраться с непочтительным типом, стоявшим прямо передо мной.

– Почему вы мне это говорите?

– А вы бы предпочли оставаться в неведении? Я полагал, нам нужно достичь определенного уровня доверия, раз уж придется