Жили-были-видели… - Леонид Чачко

Остановились в небольшой, очень уютной гостинице, оставили вещи и разбрелись по городу. Городок курортный, крошечный, узкие улочки, кругом сувенирные лавочки. Главный променад – по городской стене (ширина прохода по стене – метра три). Со стены открывается вид на необозримые морские дали, на горизонте – несколько островков. Сейчас прилив, и море плещется вблизи стен.

После ужина быстро укладываюсь спать – много впечатлений, устал, да и широченная, под балдахином кровать располагает ко сну. Зато просыпаюсь спозаранку и иду на прогулку. Недалеко от гостиницы площадь, на ней – городской собор. Небольшой, но красивый. Захожу внутрь – тихо играет орган, у алтаря стенка обита серебряными пластинками с благодарственными надписями от моряков Богородице за чудесное спасение на море. Над алтарем сверкает в восходящем солнце витражная розетка.

В городском порту тысячи яхт, всех калибров и оснастки, под флагами многих стран мира. Думаю, здесь собралось яхт больше, чем во всем Советском Союзе. За дамбой на море – отлив, берег обнажился почти до горизонта, ровный песчаный пляж… Странное ощущение от прогулки по дну моря.

Отъезд – в час, едем в соседний городок Канкаль, тамошняя spécialité – устрицы. Автобус едет по набережной, вдоль дороги – десятки ресторанчиков. Входим в один, рассаживаемся под навесом вдоль длинного стола, уставленного кувшинами с сидром и стаканами. Хозяйка – краснощекая, улыбающаяся – во главе стола, занята странным делом: берет из корзины крупных устриц, укладывает в специальное приспособление, одним движением вскрывает ракушку, обнажая студенистую мякоть, и отправляет нам на стол. Дело поставлено на поток. Поначалу пробую с осторожностью, но после первой же устрицы, запитой глотком сидра, прихожу в восторг – ничего вкуснее не едал… На вопрос, откуда устрицы, хозяйка показывает через плечо в море – там невдалеке, на легких мостках, ее собственные садки, ракушки только что из моря.

Надо сказать, устрицы не насыщают, ел бы да ел, но надо и честь знать. Рассаживаемся в автобусе и едем дальше. Небольшая остановка в приморском поселке, на берегу уютной бухты. Можно побродить по песчаному пляжу, позагорать. Решаю окунуться – все-таки океан, купаться еще не доводилось. Вода градусов четырнадцать, сцепив зубы, захожу в воду, делаю несколько гребков и выскакиваю на берег. Впечатление потрясающее: вода гораздо солонее черноморской, заметно сильнее выталкивает, в легкой покатой зыби чувствуется мощь… Еще двое наших решаются повторить мой подвиг, редкие отдыхающие смотрят на нас как на сумасшедших, спрашивают – откуда. Услышав, что русские, понимающе кивают.

Следующая и последняя остановка на пути домой – придорожная харчевня, настоящая auberge. Большой сельский дом, увитый штамбовыми розами. На ужин подают традиционное местное блюдо – петуха (!), тушенного в вине. Хозяйка ходит вокруг стола, подливает сидр, кальвадос, спрашивает, вкусно ли.

По дороге домой все в автобусе спим, приезжаем в Париж затемно, завтра снова учиться…

Мне приятно описывать эти поездки, заново переживаю впечатления от нормандских городков Онфлер и Довиль, от одного из чудес света – Мон-Сен-Мишель, от Шартра и Руана, от Шампани и Дома «Moet&Chandon». От промышленного Лилля и завода, где делают космическую ракету Ариан. От бретонских сельских ферм и кустарных мастерских, где издавна и до сих пор делают цветные витражи. Но нельзя же превращать эти записи в вариант путеводителя, этакий «Petit Fute’»?!

…Тихий воскресный вечер. Сегодня нет экскурсий, и мы с одногруппником Георгием – молодым грузинским стажером-дипломатом – сидим за столиком перед кафе, неподалеку от нашего отеля. Георгий взял пива, я, из любопытства, странный напиток под названием «пастис» – горькую анисовую настойку (ее подают в особой треугольной бутылочке и со стаканом ледяной воды). Пока Георгий ходит к стойке за сигаретами, к нашему столику подсаживается молодая женщина со стаканом вина. Разговорились, ее заинтересовало, что мы русские. Жаклин, коренная парижанка, живет в съемной квартире с другом. Идет неспешный доброжелательный разговор. Выясняется, что квартира Жаклин неподалеку от нашего отеля. Провожаем девушку до дому, договариваемся о встрече, обмениваемся телефонами и расходимся. В следующий свободный вечер мы с Георгием идем в гости. Симпатичные ребята – он американец, живет во Франции пару лет. Не имея права на работу, перебивается случайными заработками, в ближайшее время нанялся с компанией друзей строить дом где-то в провинции. Жаклин работает медсестрой в приемной дантиста. В будущее далеко не заглядывают, но хотели бы съездить в Россию, что мы им, разумеется, горячо рекомендуем. В следующую встречу мы с Жаклин – вдвоем: ее парень уехал зарабатывать деньги, а у Георгия – свои планы. Жаклин делает несколько ошарашивающее меня предложение – прокатиться по городу на велосипедах. Живо представив себя, грузного, пятидесятилетнего, раскатывающего по Парижу на велике, со смущением отказываюсь. Тогда следует предложение посетить открытие юбилейной выставки Энди Уорхола в музее Помпиду – клиенты стоматолога снабдили ее парой билетов на вернисаж, а друг в отъезде. Это другое дело! Отправляемся на культурное мероприятие, кстати, я Центр Помпиду или, как говорят парижане, Бобур, еще не посещал, а надо… По огромным пространствам Центра современного искусства расхаживают мужчины во фраках и дамы декольте – бомонд. Мы, конечно, выделяемся, но не слишком. Запасаемся маленькими бутылочками водки «Абсолют» (мерзавчиками), ими уставлена большущая ледяная скульптура лебедя в центре зала (фирма «Абсолют» – спонсор выставки) – и чувствуем себя вольготно. Разумеется, вскоре натыкаюсь на знакомое лицо – Кира Сапгир, виделись в Москве в 70-е годы. Она здесь от какой-то газеты. Дамы чинно знакомятся. Походив по выставке, решаем куда-нибудь свалить. Кира предлагает свой вариант: рядом с музеем – на площади Искусств – находится квартира-мастерская Оскара Рабина, Кира предлагает зайти туда в гости. Разогретые «Абсолютом», мы легко соглашаемся. Звонок по телефону. Видимо, не очень охотно, но маэстро нас принимает. Так от светила американского поп-арта к мастеру постсоветского авангарда заканчивается наш вечер…

Стажировка наша между тем переходит в следующий этап: нас разделяют на группы по специальностям и направляют в соответствующие производственные предприятия. Мне достается сначала «Эльф Акитэн» (Elf Aquitaine) – национальная французская компания по добыче и переработке нефти и газа. Компания занимает отдельное высотное здание в новом районе Парижа на левом берегу Сены – Дефанс. Как все-таки здорово распоряжаются французы своим историческим наследием: новый, модернистский, в стилевом отношении совершенно чуждый остальному Парижу деловой район вынесен за черту города, но так удачно расположен и удобно связан транспортными артериями с остальными районами, что остался не противопоставлен, а логически привязан к городу.

Вообще, восхищение мое вызывает французская строительная практика, особенно в сопоставлении с нашей бедной Москвой. В плотно застроенном, живущем напряженной деловой жизнью центре Парижа, рядом с нашей гостиницей был буквально за несколько дней снесен восьмиэтажный кирпичный дом, вырыт котлован для подземного гаража и начал буквально на глазах строиться новый дом, такой же этажности и похожего внешнего облика. При этом строительная площадка была обнесена матерчатым ограждением ровно по контуру будущего дома и никаких препятствий ни движению транспорта, ни пешеходам не было. Как будто опытный кондитер вырезал лопаточкой из торта кусок и на это место прилепил из крема новый фрагмент. При всех неизбежных модернизациях и реконструкциях городского центра везде сохранялось стилевое (и цветовое) однообразие квартала. Большинство новых и реконструированных домов снабжены многоэтажными подземными гаражами, а на крышах многих – зеленые газоны и прогулочные площадки.