Книга пяти колец - Миямото Мусаси

У каждого есть острый меч Тайа, и в каждом он пребывает в совершенной полноте. Постигшие нагоняют страх даже на Map, а несведущих легко обманывают даже еретики^[101]. С одной стороны, когда два совершенных мастера скрещивают мечи, невозможно предсказать итог поединка. Это напоминает Шакьямуни, держащего цветок, и Кашьяпу^[102], едва заметно улыбающегося. С другой стороны, видение одного и понимание трех остальных, выявление невооруженным взглядом незначительных весовых различий – для этого достаточно обычной ловкости^[103]. Если кто-либо достиг этого, он разрубит вас на три части еще до того, как вы увидите одно и постигнете три остальных. Что и говорить о том случае, когда вы столкнетесь с ним лицом к лицу?

У каждого есть острый меч Тайа, и в каждом он пребывает в совершенной полноте. Это означает, что прославленный меч Тайа, которому нет равных под небесами, дан не только избранным. Все люди без исключения владеют им, все могут использовать его, и в каждом из нас он пребывает в совершенстве и целостности.

Речь идет об уме. Этот ум не родился, когда вы родились, и не умрет, когда вы умрете. О нем говорят, что это ваш Подлинный Облик^[104]. Небеса не могут скрыть его, земля не может вместить его, огонь не может сжечь его, а вода – потопить. Даже ветер не может проникнуть в него.

Ничто под небесами не может стать у него на пути.

Постигшие нагоняют страх даже на Map, а несведущих легко обманывают. Ничто не может ограничить видения просветленного человека, постигшего свой Подлинный Облик. Сверхъестественные способности Map также бессильны перед ним. Поскольку такой человек достиг целостности и ясно видит все свои намерения, Мары боятся и избегают его. Мары не решаются приближаться к нему. Напротив, смущенный человек, далекий от видения своего Подлинного Облика, накапливает многие мысли и заблуждения. Еретикам легко сбить с толку и обмануть такого человека.

Когда два совершенных мастера скрещивают мечи, невозможно предсказать итог поединка. Когда два человека, которые постигли Подлинный Облик, встречаются в поединке, каждый из них вынимает из ножен меч Тайа. В этом случае невозможно определить, кто из них одержит победу. Если же такой вопрос все же возникает, ответить на него можно, уподобив поединок мастеров встрече Шакьямуни и Кашьяпы.

Это напоминает Шакьямуни, держащего цветок, и Кашъяпу, едва заметно улыбающегося. Во время собрания на горе Гридхракута, незадолго перед смертью, Шакьямуни показал собравшимся цветок красного лотоса. Он поднял его перед взором восьмидесяти тысяч монахов, но все они промолчали, и только Кашьяпа улыбнулся. Зная, что к тому времени Кашьяпа достиг просветления, Шакьямуни доверил ему Правильное Учение, которое не основывается на письменном слове и передается без наставлений. Тем самым он утвердил постижение Кашьяпы печатью Будды^[105].

С тех пор Правильное Учение передавалось в Индии от одного патриарха к другому через двадцать восемь поколений вплоть до Бодхидхармы. В Китае после Бодхидхармы оно передавалось шесть раз, пока не попало в руки Шестого Патриарха, дзэнского мастера Да Цзянь^[106]. Поскольку этот мастер был воплощенным бодхисаттвой, начиная с этого времени буддийский Закон процветал в Китае, дав начало пяти традициям и семи сектам. В конце концов через китайского священника Най-цзи Сюй-дана Правильное Учение перешло к японским священникам Дайо и Дайто^[107]. С тех пор оно непрерывно передавалось от учителя к ученику до настоящего времени.

Учение «Шакьямуни, держащего цветок, и Кашьяпы, едва заметно улыбающегося» постичь нелегко. Для этого нужно забыть свой собственный голос и внимать дыханию всех будд.

Хотя в действительности невозможно выразить этот принцип с помощью слов, в случае необходимости можно прибегнуть к следующей аналогии. Воду из одного сосуда переливают в другой, наполовину полный. В результате, когда вода в обоих сосудах смешивается, разделить ее невозможно. Таково мгновение, когда взгляды Шакьямуни и Кашьяпы встретились и слились. Двойственности при этом не существует.

Среди практикующих боевые искусства едва ли найдется один из тысячи, кто постиг подлинный смысл учения «Шакьямуни, держащего цветок, и Кашьяпы, едва заметно улыбающегося». И все же, если человек стремится к глубинному пониманию, он должен посвятить тренировкам тридцать лет. Если при этом он совершит ошибку, он не преуспеет в боевых искусствах, а последует в ад со скоростью стрелы, выпущенной из лука. Это поистине ужасно.

Видение одного и понимание трех остальных означает, что, как только мы видим одну часть, мы сразу понимаем три остальные.

Выявление невооруженным взглядом незначительных весовых различий подразумевает функцию глаза, измерение на глаз.

Различия в весе очень незначительны^[108]. Тот, кто может определять на глаз вес золота или серебра и не ошибиться при этом даже на самую малость, умен и обладает мастерством.