Руины некомпетентности - Анатолий Терещенко

Когда вопрос коснулся приобретения псевдонимов некоторыми его соплеменниками, он, помнится, прямо заявил, что негоже бояться своих корней. Любой человек должен гордиться своей национальностью и прославлять ее. Те, кто скрывает свою идентичность, — это люди трусливые и непорядочные, какими бы они ни прикрывались мотивами. Разве человек выбирает родителей? Они его создают с национальностью, именем, отчеством, фамилией и местом рождения. А потом каждый лепит себя сам.

Но Андропов скрывал, что мать его — учительница музыки Евгения Карловна Флекенштейн была якобы приемной дочерью богатых евреев — ювелиров. Не случайно среди части коллег в КГБ у него было прозвище «Ювелир».

Несколько слов о его биографии. В 1935 г. он женился на дочери банкира, управляющего Череповецким отделением Госбанка — Нине Ивановне Енгалычевой, которая училась с ним в Рыбинском речном техникуме, а впоследствии работала в Ярославском архиве НКВД. У них было двое детей — Евгений и Владимир. В декабре 1938 г. Андропова избрали первым секретарем Ярославского обкома комсомола. Жил он в Ярославле в номенклатурном доме на Советской улице в доме № 4.

В июне 1940 г. Юрий Андропов был направлен на комсомольскую работу в Карело-Финскую ССР, где был избран первым секретарем ЦК ВЛКСМ Республики. Жена и двое детей остались в Ярославле. В Петрозаводске Андропов познакомился с Татьяной Филипповной Лебедевой, на которой женился в начале войны. В августе 1941 г. у них родился сын.

Война — партизанское движение, отряды народных мстителей, боестолкновения с фашистами — все это осталось без непосредственного участия вожака комсомола. Почему? Вот как пояснял этот феномен «враг народа» оклеветанный Андроповым бывший его начальник, первый секретарь ЦК ВКП(б) Карелии Г.Н. Куприянов в неопубликованной рукописи «Партизанская война на Севере»:

«Юрий Владимирович сам не просился послать его на войну, в подполье или партизаны, как настойчиво просились многие работники старше его по возрасту. Больше того, он часто жаловался на больные почки. И вообще на слабое здоровье. Был у него еще один довод для отказа отправить его в подполье или в партизанский отряд: в Беломорске у него жила жена, она только что родила ребенка. А его первая жена, жившая в Ярославле, забрасывала нас письмами с жалобой на то, что он мало помогает их детям, что они голодают и ходят без обуви, оборвались (и мы заставили Юрия Владимировича помогать своим детям от первой жены)…

Все это, вместе взятое, не давало мне морального права… послать Ю.В. Андропова в партизаны, руководствуясь партийной дисциплиной. Как-то неудобно было сказать: «Не хочешь ли повоевать?»

Человек прячется за свою номенклатурную бронь, за свою болезнь, за жену и ребенка».

Эта информация стала достоянием гласности только после смерти Ю.В. Андропова. Как вспоминал внук Л.И. Брежнева:

«Мало кто знает о его проблемах с первой женой, с сыном от первого брака и вообще, как он появился в Политбюро. Рассказывают, он становился белым как бумага, когда его спрашивали про первую супругу или автобиографию периода 1933–1935 гг…»

Об Андропове автор уже писал в книге «Колокола тревог».

Но продолжим говорить о его деятельности по реформированию страны. Он спешит со своей перестройкой, помня о проблемы со здоровьем. Стремясь укрепить личную власть, он с июня 1983 г. совмещает должности председателя Президиума Верховного Совета СССР — главы государства — и генерального секретаря партии. Через год Ю.В. Андропов скончался. Официальная версия — отказ почек.

* * *

С деятельностью Ю.В. Андропова на должности генсека ЦК КПСС многие советские люди связывали свои планы и надежды на изменение и реформирование существующей советской системы, преодоления застойных явлений в промышленности и сельском хозяйстве. При проведении реформ в Советском Союзе Ю.В. Андропов опирался в первую очередь на не коррумпированные, по мнению академика Андрея Сахарова, органы Комитета ГБ. Но политика нового генсека стала противоречива, хотя как личность он выделялся уровнем культуры и личной скромностью.

Помня о своем возрасте и состоянии здоровья, он спешил, зная главные болячки общества: разболтанную дисциплину на производстве и в партийном и государственном аппаратах, разросшуюся коррупцию и казнокрадство, обман и приписки при отчетности, ослабление правопорядка и пр.

Он с удовольствием стал проводить «чистку» правящей элиты, что делали и делают, как правило, все преемники. За относительно короткое время по его указанию было снято с должностей 18 министров союзного значения и 37 первых секретарей обкомов.

Но торопливость взяться сразу и быстро за весь узел накопившихся проблем в стране выливалась в сбои. Так возникали грубые нарушения законности при проверке «специальными уполномоченными» магазинов, парикмахерских, кинотеатров, «отлов» опоздавших на проходных и разного рода прогульщиков.

Людей эти деяния начинали постепенно тревожить. Посыпались письма в редакции газет и журналов, в парткомы по местам службы и работы. Власть среагировала, но уже становились подмоченными благие намерения и начинания, выполняемые недалекими и солдафонскими методами.

Надо признать, что у Андропова в момент его прихода к власти не было четкого плана реформирования экономики. Кроме того, партийный консерватизм во взглядах Андропова не позволял надеяться на коренные изменения в обществе. Обострились отношения с США, а поэтому стали снова расти расходы на гонку вооружений. Но страна была уже больна безразличием, равнодушием и необязательностью после стольких мучительных экспериментов над ней.

Меры по укреплению дисциплины и порядка при Андропове дали кратковременный результат в виде небольшого повышения производительности труда. Помню, этот «успех» оперативники даже обсуждали на занятиях по марксистско-ленинской подготовке. Но в целом положение в экономике не менялось к лучшему. В связи с этим как не вспомнить слова бывшего председателя Госплана СССР Н.К. Байбакова:

«Возвращаясь из Кремля, я вспоминал заседания у Сталина, где мне, как наркому, приходилось бывать. Там остро ставились вопросы, члены Политбюро высказывали свое мнение, назывались сроки, ответственные за исполнение. И мы знали, что, если есть указание Сталина, для нас оно — закон. Хоть лопни, но все выполни. Так почему же теперь плохо выполняются постановления правительства? Откуда такая безответственность?»

Очевидно, Андропов хотел побороть болезненно разросшуюся российскую «безответственность». Но главное, чего ему не хватало, — это временного разгона и профессиональной своей команды. Те, что крутились возле него, были не способны по разным причинам, накинув на свои плечи лямки, вытащить телегу из болота застойных явлений. А возница часто передавал вожжи безответственным и некомпетентным лицам в связи с болезнями. Правили телегой его «единомышленники».

Потом многие из тех, кто вместе с Юрием Владимировичем обсуждали проекты реформ, участвовали в разрушительной перестройке и подыгрывали новому и последнему хозяину Советской России.