Смерть, ритуал и вера. Риторика погребальных обрядов - Дуглас Дэвис

Ближневосточные религии с их пророческими традициями помещают человечество в исторические рамки, начинающиеся с творения и завершающиеся в неизвестном будущем после сверхъестественного суда. Древнейшую сохранившуюся традицию такого рода представляют парсы. К ней мы и обратимся, прежде чем говорить о великих восточных религиях, происходящих из Индии, которые скорее мифологически описывают время, предпочитая делать акцент на человеческом сознании и различных медитативных процессах как источниках спасения. Подобным же образом христианская идея спасения, даруемого Богом из его любящей щедрости и милости, до определенной степени отличается от восточных традиций, помещающих спасение в схему реинкарнации, подчиняющейся кармической системе, согласно которой индивиды приходят к результатам своих собственных действий^[327]. Но даже здесь сложно обобщать, поскольку есть и восточные традиции, представленные сикхизмом, а также некоторыми течениями в рамках индуизма и буддизма, подчеркивающие любовные отношения между божественным началом и его приверженцами, открывающие возможность для проявления благодати^[328].

Несмотря на эти отличия, базовое понятие души или жизненной силы, уходящей от умершего, достаточно схоже на Западе и Востоке и оформляет один из самых распространенных способов самопонимания у всех человеческих существ. Хотя и в древних, и в современных обществах встречались скептики и рационалисты, только с развитием биологии в середине XIX века широко распространилось неверие в существование души. Но даже сейчас многие по-прежнему верят в душу как основу человеческой природы и судьбы.

Посмертные обряды зороастрийцев и парсов

Зороастризм — древняя религия, возникшая в Персии (современный Иран) примерно в середине второго тысячелетия до н. э., переместившаяся в Индию и за ее пределы, где стала известна как парсизм. Базовыми элементами для ритуалов здесь являются вода и огонь; растения и животные ежедневно приносятся в жертву постоянно поддерживаемому огню.

Представления о посмертном существовании у зороастрийцев основываются на идее духа, который, согласно верованиям этой древней традиции, путешествует в подземное царство, а поминальные кровные жертвы помогают ему. Ритуалы совершаются ежедневно на протяжении месяца после смерти, затем их частота снижается, и где-то через тридцать лет душа, как считается, становится частью сонма предков, почитаемых в последнюю ночь года, когда души посещают свои бывшие дома^[329].

Со временем зороастрийцы сформировали веру в более радостную форму посмертного существования — воскрешение тела. Вероятно, это была первая традиция, дошедшая до веры в идею рая. Древние священные тексты зороастризма очень четко описывают судьбу умерших и учат живых «не доверять жизни, поскольку смерть одолеет тебя, и собаки с птицами будут пировать на трупе, а кости будут валяться на земле. Три дня и три ночи душа сидит у изголовья мертвеца»^[330]. Тексты описывают путешествие к мосту воздаяния и дальше, где человека встречает прекрасная девушка, которая, неузнаваемая, воплощает его добрые дела. Наконец, он или она — тексты в полной мере допускают спасение женщин — чувствует благоуханный ветер с небес и достигает Бесконечного Света, где ему подают «масло ранней весны». Подобным же образом злодей отправляется в подземный мир боли и пыток, встречая страшную старуху и питаясь ужаснейшими вещами вплоть до дня всеобщего воскрешения. Любопытно, насколько этот священный текст напоминает, в самом общем смысле, тибетскую «Книгу мертвых», которую мы рассмотрим ниже, в описаниях странствий души.

Возможно, именно отказ от похоронных обрядов и развитие практики отдавать тела умерших стервятникам для уничтожения плоти, после чего захоранивались оставшиеся кости, связан с этой верой в душу, отправляющуюся в небесный мир, прежде чем воссоединиться с телом в будущем. Древняя форма погребального обряда сменила эту практику оставления тел, а зороастрийцы стали известны особыми сооружениями, называемыми дахма (слово, ранее значившее «могила»), или башни молчания, как их обычно именуют, где и оставлялось тело — на платформе, чтобы не соприкасаться с землей. Кремация никогда не становилась традиционной: мертвое тело считалось чрезвычайно ритуально нечистым, поскольку именно избыток зла, на нем сосредоточенный, и должен был привести к смерти. Для зороастризма принципиальна фундаментальная оппозиция добра и зла, между которыми люди выбирают; соответственно, священный огонь не может оскверняться загрязненным телом.

В ХХ веке миграция парсов в городские центры Персии, Индии и других стран привела к значительным переменам в ритуалах, поскольку стало еще сложнее создавать башни молчания — теперь поблизости от городов или даже в их черте. В 1937 году в Тегеране было основано кладбище, а в Мумбаи парсы даже практиковали кремацию, впрочем, не без протестов со стороны более традиционалистски настроенных последователей^[331]. И хотя священнослужители играли определенную роль в поминальных ритуалах, с течением времени победу над смертью в большей степени стала определять моральная жизнь индивида, которая становилась очевидной во время посмертного суда.

Адаптация к новым обстоятельствам продолжилась, например, в США и Великобритании, где зороастрийцы стали прибегать как к кремации, так и к похоронам, поскольку оставление тел умерших было культурно неприемлемым. Ни одна из этих практик не приближается к идеалу, учитывая то, что уже было сказано о ритуальной чистоте природных элементов, однако адаптация неизбежна, и хотя многие заявляют о желании после смерти быть отправленными в Индию для совершения традиционных обрядов, это труднодостижимо и дорого. Хиннельс исследовал соображения современных британских зороастрийцев на эту тему и обнаружил, что большинство, около 90 %, в конечном счете предпочитает кремацию похоронам^[332]. Проблема осквернения трупом огня, такого священного для зороастрийцев, была переосмыслена в том ключе, что британская практика кремации предполагает высокую температуру и отсутствие реального пламени, в особенности в электрических крематориях^[333]. Усиленные молитвы охватывают периоды подготовки тела, его захоронения или кремации и последующие дни памяти, и существует предположение, что эти человеческие действия могут помочь фраваши, небесной сущности умершего предка, способствуя его перемещению с более низких к более высоким уровням посмертного существования^[334].