Алиби для Коня - Людмила Герасимова

Вернулся из армии Володенька, и у Машеньки опять появился смысл жизни: кормить, стирать, убирать, жить интересами Вовочки. А горячо любимый братик решил отдохнуть теперь от армии и развлечься. Его сверстники уже учились на четвёртом курсе, а Владимир ещё и не помышлял о получении профессии. Только погуляв восемь месяцев, он, заметив, что его бывшим одноклассникам уже неинтересно общаться с ним, впервые подумал о будущем. Задумался и запаниковал. Он понял, что нужно или поступать учиться, или идти искать работу. Не хотелось ни того, ни другого. И он выбрал учёбу в пединституте, где парни, отслужившие в армии, шли вне конкурса. Так без особых усилий, почти не готовясь к экзаменам, получив на всех четырёх экзаменах тройки (и то с большой натяжкой), он был принят на математический факультет.

Обучаясь на дневном отделении, он нередко пропускал занятия, но никогда — вечеринки. Вскоре он познакомился с девушкой, студенткой факультета географии, и они стали встречаться. Через два месяца Ира объявила Володе, что беременна и что он должен на ней жениться. Он, к её удивлению, не стал отпираться и представил невесту отцу и сестре. Маша обрадовалась такому повороту в своей серой жизни. Иришка переселилась в квартиру Ильиных и доверила свою персону полной заботе новой родственницы. Теперь на иждивении отца и Машеньки находились два студента, а через семь месяцев и маленький крикун племянник Серёжка. Ирочка оказалась изнеженной девушкой: у неё болели руки от стирки, поэтому к возвращению Маши с работы в ванной в огромном тазу собирался ворох испачканных пелёнок, которые она ежедневно терпеливо отстирывала и развешивала на балконе. Никто в семье не представлял, как уставала на работе Маша, и никто не считался с ней. Её же день начинался с шести утра, когда вся семья ещё сладко спала; в семь она занимала свой пост рядом с раскалённым духовым шкафом, где проводила на ногах весь свой жаркий рабочий день то терзая тесто, то взбивая кремы, то украшая многочисленными розочками и листиками из масла пирожные и торты.

Однажды кафе сняли под свадьбу. Свадьба готовилась большая, обслуживающего персонала итак не хватало, а тут ещё заболела одна официантка, поэтому Машенька в этот вечер была вынуждена вместе с тремя девушками обслуживать длинный праздничный стол. Кто мог подумать, что этот вечер станет для неё судьбоносным. Миниатюрная молодая официанточка с белой наколкой на пышных каштановых волосах приглянулась отцу невесты — невысокому, плотному, начинающему лысеть майору. В конце праздника, почти ночью, подвыпивший, но прекрасно владеющий собой Олег Васильевич прошёл на кухню и вызвал Машеньку. Так состоялось знакомство девушки с вдовцом и будущим мужем.

Через месяц Маша, уволившись с работы, выехала вместе с супругом и его тринадцатилетним сыном в далёкий военный гарнизон в душной Туркменской республике. Машенька по привычке окружила заботой и лаской пасынка Сашеньку и мужа, которого некоторое время называла по имени и отчеству. Жили они втроём в одной комнате в плохих условиях: в доме барачного типа с удобствами во дворе. Пришлось научиться управляться с керогазом, носить воду из колонки, которая стояла за полквартала от дома, ходить за несколько километров на богатый фруктами и бедный мясными и молочными продуктами туркменский базар, возвращаться с тяжёлыми авоськами назад, волоча их почти по земле из-за маленького роста.

Через тонкую стенку жили шумные соседи с тремя малышами. Все разговоры и даже вздохи были слышны в комнате Григорьевых, как и все звуки из их комнаты у соседей.

Машенька старалась помогать в учёбе Саше, который не любил учиться и в школу ходил с большой неохотой. Машу он терпел, не перечил ей, но и в душу к себе не пускал. Её заботу принимал как должное. Олег вечно пропадал: то уезжал в командировки, то, как все офицеры, сидел на военном положении в казармах, то ночью по тревоге поднимался и вместе с другими однополчанами уезжал в тёмную ночь на машинах, крытых брезентом. Машенька никак не ожидала, что её семейное счастье будет именно таким.

Через два с половиной года муж получил двухкомнатную квартиру, в которую они поторопились переехать, даже не сделав ремонт после предыдущих жильцов. Отмывали и красили, так сказать, в рабочем порядке. Радости не было конца. Теперь Маша особенно задумалась о рождении ребёнка. Ей шёл уже тридцать пятый год. Другие жёны офицеров её возраста гуляли во дворах с малышами, ожидая прихода из школы старших детей. У неё был взрослый сын — шестнадцатилетний Сашенька, которого она искренне любила, но очень хотелось своего, маленького, кровинушку. Но ей не суждено было испытать счастье материнства, и неизвестно, была причина в ней или в стареющем муже, который не разделял желания жены иметь детей.

Так прошёл ещё год, и Саша, окончив школу на все четвёрки, уехал поступать в военное училище к сестре. Чета супругов Григорьевых осталась одна. Машенька, затосковав, принялась искать работу. Устроившись в столовую кондитером, она проработала всего несколько месяцев и была вынуждена уволиться из-за перевода мужа на новое место службы, на этот раз на Север.

Ехали через всю страну на поезде очень долго, за окном каждый день менялся пейзаж; в вагоне становилось всё холоднее, а на душе — тревожнее. Но напрасны были страхи Марии — их ждала однокомнатная квартира в двухэтажном доме с толстыми стенами и приветливыми соседями и должность учителя по домоводству в маленькой школе.

За пять лет службы в северном гарнизоне в отпуск к дочери и сыну Григорьевы ездили только два раза: познакомились с внучкой и женили сына. Привыкнув к суровому климату и обретя верных друзей, Олег и Маша, посовещавшись, решили ещё остаться служить на пять лет, затем ещё на пять. В конце срока Олег наконец отважился уйти в отставку.

Оформив все необходимые документы, сдав квартиру, распрощавшись с друзьями, Григорьевы сели в поезд, который повёз их в Москву, чтобы там сделать пересадку и отправиться в выбранный для проживания город — Ростов-на-Дону. Сидя в купе, они строили планы: купить кооперативную квартиру, машину, ездить в гости к детям, брать внуков на лето к себе. Но за сутки до прибытия в Москву Олегу стало плохо с сердцем, и врач, найденный в поезде проводником, уже ничем не смог ему помочь, только констатировал смерть шестидесятидвухлетнего мужчины. Машенька просто оглохла от горя: она ничего не замечала вокруг, не отвечала на вопросы. Хорошо, что ей помогали люди: определили её в Москве в гостиницу недалеко от вокзала, где она и проспала целые сутки, пока не прилетел пасынок, чтобы забрать мачеху и перевезти в свой город тело отца.

После похорон Машенька, оставшаяся вдовой в пятьдесят один год, на время была определена в комнату Виталика, где стала жить вместе с семилетним внуком. Она старалась не быть в тягость семье, помогала по дому, чем могла, а кухня полностью легла на её плечи.

Недолго думая, она разделила на две равные части все заработанные на Севере ею и мужем деньги и отдала их сыну и дочери Олега. Они как будто ожидали этого и, почти не поблагодарив, купили: машину — Александр, дачу — Марина.

Маша попыталась устроиться на работу, но нашла только место кухонной рабочей в школе, где получала копейки, а носить домой продукты, как это делали другие, обворовывая детей, не могла.