Дневники и письма - Эдвард Мунк

Помимо литературных текстов и дневников к писательскому наследию Мунка можно отнести его письма. В течение всей жизни Мунк вел весьма обширную переписку на норвежском, немецком и французском языках с огромным множеством корреспондентов. В цифровом архиве, созданном Музеем Мунка в Норвегии, содержится более 4200 черновиков, писем и открыток, адресованных самым разным категориям получателей: членам семьи, возлюбленным, друзьям и недругам, коллекционерам и заказчикам, биографам, критикам и искусствоведам, моделям, коллегам-художникам и деятелям других видов искусства, а также различным учреждениям. За 70 лет активной переписки Мунк успел написать примерно 400 различным адресатам. Самое старое из сохранившихся писем Эдвард написал своему отцу в 1874 году, в десятилетнем возрасте, а среди самых последних – благодарственные открытки, отправленные художником различным получателям, в том числе сестре Ингер, вскоре после его 80-летнего юбилея в 1943 году.

Нередко мы располагаем несколькими сохранившимися набросками одного и того же письма, в которых прослеживается путь мысли художника и его попытки точнее сформулировать мысль. Мунк имел привычку сохранять черновики: ему нравилось иметь копии отосланных писем, а кроме того, он не любил ничего выбрасывать. В годы Второй мировой войны, перебирая свои архивы ввиду возможной эвакуации, Мунк пишет другу Кристиану Гирлёфу: «Посторонним нелегко понять, с чем мне приходится иметь дело: картины, гравюры и несметное количество заметок и писем за 60 лет – Я никогда не пользовался мусорной корзиной. Вместо нее у меня был чемодан – поэтому так трудно отделить зерна от плевел, но еще именно поэтому мне удалось сохранить столь многое».

В своих письмах Мунк поразительно откровенен: он открыто пишет о своих симпатиях и антипатиях, о своих душеных травмах и проблемах со здоровьем. Вместе с тем он очень чутко дозирует степень своей открытости, оберегая чувства получателя: так, в письмах к семье он всегда намного более деликатно описывает события, нежели в письмах к друзьям. Важно и то, что в абсолютном большинстве писем Мунка очень четко вырисовывается его фигура как художника: он привлекал к деятельности, связанной с организацией выставок, отправкой и продажей картин не только свои деловые контакты, но и друзей, и родственников, и даже главврача клиники, в которой проходил лечение в Копенгагене. И наоборот: многие его заказчики и деловые партнеры – такие, как Макс Линде и Густав Шифлер – становились со временем его близкими друзьями. Так или иначе, в абсолютном большинстве писем, написанных Мунком, его работа прямо или косвенно упоминается. Это неудивительно, ведь, как он пишет в одном из писем своей несостоявшейся супруге Тулле Ларсен: «Отчего я все о работе да о работе – оттого, что это единственное – что хоть как-то поддерживает во мне самоуважение, и единственное, что, как я думаю, дает мне право жить».