Диана - Сара Брэдфорд

Во время отдыха в Клостерсе Диана вместе с Ферджи дурачилась перед фотографами. Журналисты щелкали затворами, а братья-принцы, по словам одного из репортеров, «явно были недовольны». Принц Чарльз поспешил увести Диану. Даже в Daily Mail поведение Дианы назвали «недостойным». Без Чарльза Диана наслаждалась обществом молодых людей, с большинством из которых она была знакома через Ферджи. Среди них были Филипп Данн и Дэвид Уотерхаус. В Лондоне Уотерхаус стал партнером Дианы по бриджу (Чарльз не играл в эту игру).

Постепенно Диана заменяла старых школьных друзей людьми более изысканными. Ее подругами стали Джулия Сэмюэл, Кэтрин Соме (в то время она еще была замужем за Николасом Сомсом, они развелись в 1990 году) и Кейт Мензес. Диана заполняла свою жизнь людьми, которые были ей по душе. Когда Хьюитта спросили, скрывала ли Диана его существование от подруг, он ответил: «Они наверняка все знали, однажды мы были все вместе в опере… Впрочем, она старалась держать меня подальше от них»[248].

Хьюитт не принадлежал к лондонскому кругу Дианы, хотя постоянно присутствовал в ее жизни: они вместе проводили выходные в Девоне с его семьей. Диану сопровождал Кен Уорф. В Хайгроуве спутниками Дианы были ее преданная подруга Кэролайн Бартоломью и ее муж Уильям. Диана уже точно знала, что в Хайгроуве Чарльза навещает Камилла, которая даже играет роль хозяйки дома. По словам Хьюитта, эта сторона новой жизни пугала ее больше всего – Диана была в ужасе от того, что Камилла «становится хозяйкой дома, когда ее там нет».

То, что Чарльз и в личном, и в сексуальном плане отдает предпочтение Камилле, было очевидно. И Диана неизбежно бросалась за утешением и любовью к другим мужчинам. Она была очень осторожна, завязывала дружбу только с представителями собственного класса. Эти мужчины, по словам Кена Уорфа, «всегда были красивыми, хорошо образованными и из аристократических семейств… Они неплохо играли в бридж, ходили с ней в кино, приглашали на ужины в самые модные рестораны, умели часами вести светские беседы ни о чем – это была их профессия. Они знали, как доставить удовольствие принцессе – рискованно шутили и играли во взрослые игры»[249].

Диана флиртовала с Филиппом Данном, которого за сходство с Кларком Кентом прозвали Суперменом, и Дэвидом Уотерхаусом. Пронырливый репортер Джейсон Фрейзер расположился напротив дома Кейт Мензес в Южном Кенсингтоне, который Диана считала «безопасным». Принцесса провела там вечер в обществе Уотерхауса. Репортеру удалось сфотографировать Диану в дверях. (Кен Уорф схватил репортера за шиворот и заставил засветить пленку.)

Димблби называет Уотерхауса «частым гостем в Кенсингтонском дворце». Он приходил с собакой и проводил там долгие часы, что доказывает, что он был ближе всех к Диане из ее друзей-мужчин. Вместе с Джулией Сэмюэл, Кэтрин Соме и Кейт Мензес они стали новым кругом Дианы, с ними она получила возможность вести более свободную жизнь. А для секса, романтики и обожания у нее был Хьюитт. Его присутствие и бескорыстная поддержка играли важную роль в повышении самооценки Дианы.

А тем временем Ферджи и Диана перестали быть близкими подругами. Теперь Диане уже не нравилось, когда американские журналисты называли Ферджи ее соперницей – не только в борьбе за симпатии королевской семьи, но и в мире моды. Летом в журнале Vanity Fair написали, что Ферджи похудела на двадцать восемь фунтов и заказала двадцать восемь костюмов у Ива Сен-Лорана, затмив Диану, которая хранила верность британским модельерам. На скачках в Аскоте журналисты выбрали Сару «победительницей в модном конкурсе». 19 июля фотография Ферджи появилась на обложке Sunday Times Magazine с заголовком: «ПРЕВЗОШЛА САМУ ДИАНУ». Автор статьи сравнивал двух женщин, явно отдавая предпочтение Саре. Диану журналист называл «Красавица и Долг», тогда как Саре достался титул «Свобода и Веселье».

В том году газеты пестрели статьями о «потрясающей Ферджи»: Ферджи учится летать и позирует с двадцатью тремя миниатюрными макетами самолетов, приколотыми к прическе; Ферджи откровенно веселится в вечерней телевизионной программе. Чарльз категорически запретил Диане принимать участие в этом недостойном деле.

Во время визита в Португалию Диана явственно почувствовала, что журналистам более интересна Ферджи, чем она. В июле Сара вместе с Эндрю отправилась в Канаду, где имела шумный успех – особенно когда сфотографировалась в шляпе Дэви Крокетта и проплыла на каноэ. Не так давно журналисты критиковали Диану за походы на дискотеки, поп-концерты и танцы с Филиппом Данном на свадьбе в Вустере. Им не нравились ее спутники – владелец ночного клуба Питер Стрингфеллоу, поп-звезды Элтон Джон и Бой Джордж. Диану осуждали за то, что она предпочитает развлечения серьезным ужинам в обществе друзей и наставников своего мужа.

Печально, что Ферджи пользовалась большей популярностью и в королевской семье, главным образом у королевы. «Королева любила Ферджи, – вспоминает один из придворных. – Она принимала участие во всех затеях. Ферджи могла надеть ярко-розовые брюки, но королеве все равно нравилась»[250]. Ферджи прекрасно вписалась в семью, где обожали отдых на природе. В отличие от Дианы, она прекрасно ездила верхом и любила лошадей. Она училась управлять экипажем – принц Филипп это просто обожал, поскольку больше играть в поло не мог.

В Букингемском дворце, когда Эндрю пять ночей в неделю проводил на службе, королева приглашала Ферджи к ужину. Слуги любили и уважали Диану, а Ферджи их шокировала своим абсолютно некоролевским поведением. Она могла напиться в пабе за королевским дворцом или устроить вечеринку с лакеями, на которой она сама и ее отец обменивались весьма рискованными подарками. На официальных ужинах могла вести себя неподобающим образом. Когда крестная говорила, что ей нужно вести себя при дворе поприличнее, она пожимала плечами и отвечала: «Я просто буду самой собой». К несчастью для Сары и королевской семьи, так оно и было. Сара слишком часто совершала необдуманные поступки.

«Я страшно ревновала, а она ревновала ко мне, – признавалась Диана. – …Ей действительно нравилось жить в этих местах [Балморале и Сандрингеме], мне же приходилось там бороться за выживание. Я не могла понять, почему ей все дается так легко, думала, что она станет такой, как я – опустит голову и будет вести себя скромно. Но получилось совершенно по-другому. Сара очаровала всех в той семье и сделала это блестяще. Она буквально втоптала меня в грязь… В Шотландии она делала все, чего не могла я. Я думала: „Так не может долго продолжаться! У нее когда-нибудь должны кончиться силы“. А на меня все смотрели и твердили: „Бедная Диана! Она такая тихая, вечно… пытается разобраться в себе, прирожденный интроверт“»[251].

Чарльз окончательно отдалился от Дианы, и ей становилось все труднее выдерживать его присутствие. Он всегда был одиночкой, теперь же искал в одиночестве избавления от семейной дисгармонии. В марте он на четыре дня уехал в пустыню Калахари вместе с Лоуренсом ван дер Постом. Затем три дня вел жизнь отшельника на Внешних Гебридах, заслужив жестокие нападки репортеров: «Опять один – странные поиски внутреннего удовлетворения».