Мифы кельтских народов - Надежда Широкова

Как известно, неотъемлемой и существенной частью культуры каждого народа являются его мифология и религия. Высокий уровень развития культуры кельтов свидетельствует о том, что они имели весьма развитую мифологию. Естественно, что ученые уже давно делали попытки изучить, проанализировать и восстановить кельтскую религиозно-мифологическую традицию. Эта задача оказалась исключительно сложной.

Один из лучших исследователей кельтской религиозно-мифологической традиции, французский ученый Ж. Вандри, автор классического исследования «Религия кельтов», изданного в Париже в 1948 г., писал: «По мере того как продвигаешься вперед в изучении религии кельтов, создается впечатление, что преследуешь цель, которая отступает без конца и скрывается при каждом приближении. Если же случится так, что повезет ухватить что-нибудь из нее, то в руках окажется только пустой конверт, содержимое которого исчезло без возврата». По мнению Вандри, теснейшая связь кельтской религии с мифологией еще более усложняет задачу: «От нас ускользают всегда глубины религии, они погружаются в мифологию, секрета которой мы не знаем. Мифология темна по природе и питается тайной». Более поздние исследователи после размышлений и поисков не раз возвращались к этому высказыванию Вандри.

Какие источники сведений о мифологии кельтов имеются в нашем распоряжении? Прежде всего, это свидетельства античных авторов о богах древней Галлии, центра кельтского мира. Самым полным из них является знаменитое сообщение Цезаря: «Из всех богов они [галлы] более всего почитают Меркурия, изображения которого наиболее многочисленны. Они считают его изобретателем всех искусств, покровителем дорог и путешествий, а также считают, что он имеет величайшее влияние при получении прибыли и в торговле. После него почитают Аполлона, Марса, Юпитера и Минерву.

О них они имеют почти то же мнение, что и другие народы: Аполлон отвращает болезни, Минерва передает начатки ремесел и искусств, Юпитер царит в небесах, Марс главенствует в войнах».

Вот, казалось бы, мы уже и знаем самую суть кельтской религиозно-мифологической традиции. Только тут сразу же закрадывается сомнение: а могла ли кельтская мифология быть так похожа на римскую (античную)? В основе греко-римской религии и мифологии лежит идеализация порядка, равновесия, меры. Источником сакральности в ней является совершенство форм. В пантеоне установлена строгая иерархия. У богов есть вождь, Зевс (Юпитер), гарант всеобщего порядка, воплощение закона. Под его руководством каждый бог или богиня исполняет четко определенную функцию, обладает собственными атрибутами. Есть бог-покровитель торговли, бог войны, бог-покровитель искусства, богиня любви, богиня охоты. Арес (Марс) никогда не стал бы выступать посредником в коммерческих сделках, а Артемида (Диана) — вмешиваться в чье-то любовное приключение. Вся небесная жизнь античного мира строго упорядочена.

Нетрудно заметить, что античная мифология построена по тем же правилам, подчинена той же логике, что и античное искусство. Однако кельтское искусство, в котором отсутствуют рационализм и гармония, основано на совершенно других принципах, являясь творением народов совсем другого психологического склада, чем у людей античного мира. Можно предположить, что сюжеты кельтских мифов так же причудливы, как орнаменты пластического стиля. Недаром Вандри называл образы кельтской религии и мифологии «ускользающими».

У кельтских богов не было ни такой строгой иерархии, как в античном пантеоне, ни столь узкой «специализации». Они совсем не заботились о том, чтобы поддерживать во Вселенной порядок и равновесие. Кроме того, в отличие от олимпийцев, галльские боги не были эталонами красоты: для кельта важно было не совершенство форм, а своеобразие, некая странность.

Как бы то ни было, ученые Нового времени относятся с осторожностью, а иногда с недоверием к тем сведениям о религиозных верованиях кельтов, которые сообщают античные авторы. Ж. Вандри высказывался на этот счет достаточно резко. «Все античные свидетельства о кельтской религии, — писал он, — можно подозревать в том, что они искажены из-за легкомыслия или невежества, если это не сделано добровольно из-за подчинения некоторым тенденциям или из желания польстить той или другой стороне». Кроме того, Вандри отмечал, что все античные исследователи кельтской религии, кроме Цезаря, лишь воспроизводили свидетельство своих предшественников. В особенности, по его мнению, это относилось к последователям Посидония.

Сам Посидоний (II-I вв. до н. э. ), философ-стоик, известный историк и этнограф, бывал в Галлии и наблюдал жизнь и обычаи кельтов. Он стоял у истоков античной традиции, дающей нам сведения о кельтах доримского периода. К посидониевской традиции относят свидетельства о кельтах Страбона, Цезаря, Цицерона, Лукана, Плиния Старшего, Светония, Тацита и др. Из этого ряда писателей следует выделить Лукана, римского поэта I в. н. э. Он называет трех главных галльских богов их кельтскими именами: Тевтатес, Езус, Таранис.

Цезарь также обращался к трудам Посидония, поэтому его свидетельства также относят к посидониевской традиции. Однако в его работах главное место занимал личный опыт. Цезарь восемь лет провел в Галлии, наблюдая ее природу, быт, обычаи, общаясь с местными жителями. В частности, известно, что его другом был галльский жрец Дивитиак, так что о жрецах и религии галлов Цезарь мог получить самые достоверные сведения. Правда, возникает сомнение в том, что Дивитиак мог раскрыть непосвященному, к тому же чужестранцу, сокровенные тайны учения кельтских жрецов и кельтской религии.