Мираж «великой империи» - Александр Бушков

Практически то же самое происходило в начале двадцатого столетия в Южной Америке, когда там вспыхнул каучуковый бум. Каучукового сока требовалось много, на его добыче и торговле сколачивались громадные состояния — и на месте глухих джунглей выросли не какие-то там старательские поселки, а самые настоящие города.

Деньги крутились огромные, никто и предполагать не мог, что внешнее процветание когда-нибудь кончится, всем казалось, что это навсегда. И одуревшие от шальных прибылей «каучуковые бароны» строили себе особняки, каким позавидовали бы иные лорды и герцоги, пароходами везли из Европы лучший мрамор, воздвигали из него театры, по размерам и роскоши превосходившие лучшие европейские, исполнять оперные арии и играть спектакли выписывали звезд с мировыми именами.

А потом все кончилось. Деревья-каучуконосы, ранее произраставшие только в Южной Америке, научились выращивать и на других континентах, мало того, каучук стали получать искусственно. Денежные потоки иссякли, торговые конторы закрылись, шиковать и роскошествовать более было не на что. Выросшие словно на дрожжах города обезлюдели и опустели. Они еще долго стояли, помаленьку разрушаясь, джунгли отвоевывали прежние позиции, оплетая лианами беломраморные дворцы… Кажется, и сейчас можно еще увидеть эти нелепые развалины.

Экономика, господа мои, экономика! Которой не в состоянии воспрепятствовать никакие «повеления»…

Рабский труд еще способен выручить, когда изначально не думают о рентабельности, как это было, например, с освоением золотоносной Колымы в советские времена. Но очень быстро стало ясно, что нормальному функционированию государства рабство только мешает — и сразу после смерти Сталина Лаврентий Берия, прагматик номер один в СССР, волевым решением чистит ГУЛАГ, буквально выбрасывая оттуда в «нормальную» экономику все, что только возможно: строительство, добычу полезных ископаемых, горноперерабатывающие предприятия…

«Древний Рим», как нас уверяют, каким-то чудом ухитрился совершить нереальное: с помощью принудительного рабского труда вести грандиозное строительство…

Так не бывает. Какие бы сказки нам ни преподносили. Ох уж эти сказки… Вот, например, ученый человек Франтишек Велишский (в аннотации к книге отрекомендованный как «блестящий ученый-археолог») живописует жизнь древних римлян. «В амфитеатрах устраивали битвы на кораблях, для чего арену заполняли водой. В 80 г. н. э. император Тит устроил в амфитеатре театрализованное морское сражение…»

Как выразилась однажды, правда, по другому поводу, Екатерина Вторая — «Вольно ж ему, взбесяся, бегать…»

Амфитеатр — это огромное сооружение, не уступающее по величине современным стадионам. Каким образом те, кто выполнял очередное «повеление», ухитрились наполнить водой стоящий на суше, в городской черте, огромный цирк? В сжатые сроки раздобыть воды столько, чтобы в амфитеатре могли плавать настоящие корабли? Речь ведь идет о сотнях тысяч кубометров воды, быть может, миллионах!

Начерпали ведерочками? Нереально. Все равно, что наполнять железнодорожную цистерну чайной чашкой. Применили насосы? Но в Древнем Риме не могло быть никаких насосов! Водяной насос — это винты и болты, герметичные прокладки, одним словом, это уровень технологии, который был достигнут лишь на заре Нового времени!

Столь скучными вещами наш Франта не задается, ему достаточно, что император повелел, и сенаторы приговорили…

Кстати, вы знаете, как, по Франтишеку, древние римляне ловили леопардов для гладиаторских боев? Вы не поверите… Они брали огромный ящик и ставили туда зеркало. Леопард видел свое отражение, сдуру кидался в ящик, чтобы как следует подраться с соперником, но тут выскакивал из засады хитроумный римлянин и захлопывал крышку — поймался, придурок!

Честное слово, все так и написано. Желающий может раздобыть помянутую в библиографии книгу и сам убедиться…

Между прочим, знакомые нам зеркала современного типа появились лишь в средневековье — а отражение, скажем, в отполированном металлическом листе даже самый глупый леопард вряд ли принял бы за реального зверя-конкурента. Франта, в общем, не виноват. Он узрел «античный» рисунок с таким именно сюжетом (зеркало, леопард лезет в клетку, римлянин на ящике скукожился, отчего-то чутким зверем не унюханный) и на полном серьезе выдвинул свое объяснение: мол, именно так римляне зверей и ловили. Хотя эта картинка с равным успехом может оказаться и иллюстрацией к какой-то сказке и некоей аллегорией, смысл которой уже забыт. И совершенно спокойно уже относишься к сообщению Франты о том, что император Клавдий организовал для развлечения публики морское сражение, в котором участвовали девятнадцать тысяч гладиаторов и осужденных преступников. То есть — девятнадцать тысяч смертников, которым было совершенно нечего терять, но им отчего-то дали боевое оружие и собрали весь бомонд поглазеть, как они будут друг друга резать. По периметру поставили, правда, караульных… А интересно, сколько нужно караульных, чтобы надежно обеспечить безопасность зрителей от девятнадцати тысяч вооруженных мужиков, коим нечего терять?

В своей книге «Загадка 1185 года» И. Можейко нагляднейшим образом показал, что случается с «повелениями» грозного правителя, когда они отдаются без опоры на возможности реальной экономики.

Правивший в XIII веке в кхмерском государстве (нынешняя Камбоджа) Джаяварман провозгласил себя живым богом на земле, воплощением Будды и покорителем Вселенной. Естественно, в честь столь замечательной персоны следовало возвести неимоверное количество храмов, башен и монументов — чем Джаяварман и повелел заняться своим подданным, оставив какое бы то ни было прежнее строительство. Подданные скрепя сердце подчинились, — как же иначе, если у властелина за спиной толпятся палачи, которым только моргни…

По всей стране началась великая стройка.

Вот только от многочисленных башен, храмов и монументов эпохи Джаявармана почти ничего не осталось. Причина проста: строители, не в силах освоить столь грандиозные объемы, начали откровенно халтурить. Снаружи здания выглядели вполне пристойно, но вот внутри были сложены «на живую нитку», так что очень быстро начали разрушаться, рассыпаться — а там и живой бог на земле вопреки своей божественной природе взял да и помер…

Вообще, гигантомания — неотъемлемое качество рукописей, представленных нам в качестве «древних источников». Вот ученый муж по имени Геродот рассказывает очередную сказочку про то, как легендарные спартанцы собрались на войну. И, глазом не моргнув, выставили семьдесят пять тысяч тяжеловооруженных воинов-гоплитов.

Повторяю цифрами — 75 000. Между прочим, согласно энциклопедическому словарю Павленкова 1913 г., вся Греция начала XX века в военное время могла выставить армию в 82 000 человек. Вся.

Но нашей «античности» никакие законы не писаны — и вот крохотный городишко Спарта, чья экономика базируется исключительно на сборе оливок и разведении свиней с козами, выставляет ровнехонько семьдесят пять тысяч бойцов — и ведь это наверняка не все, кто-то должен были остаться дома, порядок поддерживать, рабов караулить… Положим на доспех каждого гоплита десять килограмм меди вообще-то, как толкуют нам «фунды», доспех гоплита весил пятнадцать-двадцать кило, но не будем придирчивы, нам и десяти достаточно.