Волки и волчицы - Андрей Ветер

«Как странно, — успела подумать девушка, — тот же человек, то же тело, но сколько омерзения вызывает всё это во мне в данную минуту…»

Алексей схватил Наташу за руку, остановив её у двери.

— Наташ, обожди! Не психуй!

— Я не психую, просто мне очень противно!

— Успокойся, давай поговорим…

— Оденься сначала, — отвернулась она.

Алексей скрылся в спальне, и оттуда вышла женщина, натягивая через голову платье.

— Да что вы в самом деле, девчонка, что ли, маленькая? — спросила она со смешком.

Наташа узнала в ней Валентину, с которой Кирсанов поругался на юбилее Васнецова.

— Это вы? — спросила девушка, поперхнувшись от удивления.

— Я, — Валентина расправила на себе платье и быстро надела башмачки.

— Но что вы тут делаете? — едва не задохнулась Наташа.

— Вам объяснить? Вы чего-то не разглядели? — женщина тряхнула головой, обеими руками растормошила свою стрижку и открыла входную дверь. Задержавшись на мгновение, она прямо посмотрела на девушку и сказала: — Только не устраивайте сцен. Это глупо. Особенно по такому поводу.

Дверь захлопнулась.

Наташа медленно прошла в гостиную.

— Я понимаю, — произнесла она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, — всё это слишком банально, но я не ожидала, не думала…

— Наташ, прости, что так случилось, — Алексей появился через несколько секунд, уже одетый: в джинсах, свитере.

— Я знаю, ты привык иметь много женщин, — она вскинула руку, останавливая слова, готовые сорваться с губ Кирсанова, — и я не имею права запрещать тебе. Однако ты говорил, что я нужна тебе! Я поверила… Наивная дура!

— Малыш, ты мне очень нужна. У меня нет никого, кому бы я мог так довериться. Мне только с тобой хорошо.

— А с этой?.. С ней разве плохо было? Может, ты через силу согласился на этот секс?

— Ты не понимаешь, — спокойно ответил Кирсанов. — Ты значишь для меня в тысячу раз больше, чем все мои бывшие женщины, вместе взятые.

— Бывшие? А эта?.. Что-то не похожа она на бывшую… И почему именно с ней, почему с этой Валентиной? Разве ты забыл, как ты бесновался после юбилея Васнецова? — Наташа задрожала. — Разве ты не помнишь, что не мог успокоиться из-за разговора с ней даже на следующий день?

— Помню, — кивнул он, — я всё прекрасно помню.

— Тогда почему? Как? Как она вообще попала в твою квартиру?

— Да я, чёрт возьми, понятия не имел, что она появится тут! — Кирсанов растерянно всплеснул руками. — Она приехала с Васнецовым.

— Зачем?

— Не знаю. Они ввалились внезапно, позвонили с мобильника прямо от подъезда. Ну, не гнать же мне их… — в голосе Кирсанова послышалось раздражение. — Да и с какого такого хрена я не должен пускать сюда моего друга? Андрей был слегка выпивший, обхватил меня, закричал: «Лёха, хочу помирить вас, вы мне оба дороги, так что давайте дружить»… Заставил нас выпить на брудершафт, поцеловаться… Тут меня и пробрало.

— Что значит «пробрало»?

Алексей пожал плечами.

— Не могу объяснить, — сказал он задумчиво, но без малейшей тени вины в голосе.

— А ты попробуй, объясни мне… Лёшенька, прошу тебя, — Наташа сложила молитвенно руки; она чувствовала, что вот-вот потеряет над собой контроль и начнёт рыдать, — поговори со мной. Мне очень, очень плохо. Просто ужасно. Такое чувство, что сейчас умру… Я хочу понять… Ты же говорил, что тебе не нужны другие женщины…

— Она словно околдовала меня, — Алексей зажёг сигарету. — Один поцелуй, понимаешь, всего один поцелуй, а я уже не мог выпутаться. Как в паутину попал… Такая появилась тяга к ней… Мы выпили втроём ещё по рюмке, поболтали о чём-то, а потом Васнецов как-то незаметно ушёл. Я даже не могу вспомнить, в какой момент он исчез… Ну, а мы с Валентиной…

— Она сделала что-то особенное? — спросила Наташа, с некоторой опаской заглядывая в задумчивое лицо Кирсанова. — Ну чем она могла поймать тебя? Чем?!

— Ничего особенного. Просто жажда была, неудержимая жажда её тела.

— У неё вполне обыкновенное тело, — сказала Наташа, мысленно возвращаясь к сцене, свидетельницей которой она только что была. — Ну, складное, наверное, приятное, но я видела в кино и куда более эффектные фигуры.

— Да, хорошее тело, но ничего особенного, — согласился он спокойно.

— Ты же мымрой назвал её! — девушка стиснула кулаки.

— Было такое, — согласился он серьёзно, — только дело тут не в красоте, не привлекательности. Из неё энергия какая-то попёрла, этакий магнит… Я вроде бы даже сам себе удивлялся, наблюдая за собой со стороны.

Наташа подошла к шкафу, нервно открыла дверцу бара и порывисто взяла бутылку коньяка. В полном молчании она налила рюмку и залпом опорожнила её. Постояв немного, она выпила вторую рюмку и повернулась к Алексею.

— Не думала, что когда-нибудь попаду в такую ситуацию. Увидеть любимого человека в объятиях другой женщины… Ничего на самом деле ужасного, — Наташа принялась жестикулировать, то прижимая ладони к груди, то взмахивая ими, стараясь выглядеть убедительно, — особенно если учитывать род твоей деятельности. Даже странно, что я не каждое утро из твоей постели девчонок выгоняю… Но всё-таки обидно, пусть я и не жена тебе…

— Ты мне не жена… Но у тебя ключ от моей квартиры, Наташ. Я никогда никому не давал ключа… Позволить кому-то приходить сюда в любое время суток — это означает впустить человека в мою жизнь. Ты понимаешь, о чём я говорю?

— Да, но эта баба!.. Увидев твоё голое тело не в моих объятиях, а в чужих, испытала шок… и омерзение…

— Ну, что я могу? — он пожал плечами.

— Ты можешь пообещать, что этого больше не повторится, — предложила она.

— Но это может повториться. Я понимаю, что это не должно повторяться, если бы ты была мне женой, но ты всё-таки не жена.

— Но я думала, что… раз ты дал мне ключ… Ты же сам сказал…

— Наташ! Хватит! Ну, уже достаточно, честное слово! — воскликнул Кирсанов.

— Как достаточно?! Я тебя застала с женщиной в постели! — она топнула ногой в бессильной ярости. — Я тебя застукала… Если бы только мог понять, насколько это гадко!

— Прекрати истерику. И не пытайся давить на меня.

— Я жду от тебя ребёнка, Алёша! — выкрикнула она.

— Да хватит же! — он не выдержал и сильно встряхнул девушку, схватив её за плечи. — Какого ребёнка, Наталья? У меня не может быть детей!

— Но я ни с кем… У меня не было мужчин в последнее время! Как ты не понимаешь? — её голос превратился в пронзительный звон, буравивший голову Кирсанова. — Я тебя люблю! Мне не нужны другие мужики!

Алексей стиснул руками виски и закачался.