Спаситель Птолемей - Неля Гульчук

Зал был разделен на две половины: одна была пустая, другая заполнена столиками и ложами для участников пира. В глубине возвышался помост, на котором стояли два стола и ложа, покрытые львиными шкурами с золотыми когтями, для Птолемея и Селевка. Помост был окружен хвойными растениями, от которых по залу распространялся тонкий запах хвои.

У каждого ложа для гостей стояли кадки с пальмами и вазы с цветами.

Как только Птолемей и Селевк заняли свои ложа, откуда им виден был весь зал, гости последовали их примеру.

Зазвучали невидимые арфы. В зал вошли молодые женщины в богатых прозрачных нарядах. Две самые красивые девушки с опахалами из страусовых перьев подошли к Птолемею и Селевку, другие устроились на ложах знатных вельмож.

Рабы и рабыни в разноцветных полотняных одеждах стали разносить жареную дичь, рыбу, вино и фрукты, а также венки из цветов, которые возложили на головы гостям.

В пустой половине зала началось представление.

Птолемей, осушив кубок вина за здоровье Селевка и процветание его сатрапии, поделился с ним своими ближайшими планами в отношении Сирии и Кипра.

– Хорошо было бы решить эти вопросы мирным путем, – посоветовал Селевк. – Война может вызвать негодование со стороны многих сатрапов.

Птолемей согласился.

– Сначала я открою сатрапу Сирии свои планы и предложу богатые вознаграждения.

– Я думаю Лаомедонт не пойдет на это, – предостерег Селевк.

– Тогда придется действовать силой, – без колебаний сказал Птолемей. – Но он не имеет ни достаточных сил, ни честолюбия, чтобы решиться на большую политическую игру.

– Ты имеешь на это все права, – одобрительно кивнул Селевк. – Ведь никто из сатрапов Азии не пришел к тебе на помощь в борьбе с Пердиккой. Тебя наверняка поддержит Антигон, которого Лаомедонт ненавидит, Антигон давно мечтает расправиться с ним.

– Кстати, как дела у Антигона, – поинтересовался Птолемей.

– Продолжает преследовать Эвмена и борется с Кассандром.

– Кассандром? – удивился Птолемей. – Ты имеешь в виду сына Антипатра?

– Кого же еще? Не люблю Кассандра. Он груб и самонадеян.

– Где Кассандр, там всегда конфликты. Старик Антипатр не раз приказывал сыну прекратить свои нападки на поддерживающего в войсках военную дисциплину Антигона.

– Антигон пока действует в интересах Антипатра, которому он многим обязан. Антипатр заверил его, что покидает Азию без всяких опасений, так как полностью доверяет ему.

– А что с Арридеем и его женой Эвридикой?

– Антипатр привез их с собой в Македонию, чтобы удалить от постоянных тревог войны и опасностей.

– Олимпиаде это, наверняка, не понравилось.

Увлеченные беседой, друзья забыли о присутствующих в зале. Радостные возгласы заставили их обратить внимание на представление. Одни за другими выступали танцовщицы, гимнасты и фокусники. Гости бросали артистам венки из цветов и золотые украшения.

Пиршество длилось до поздней ночи, прерываясь возгласами приветствия в честь Птолемея, Селевка и его семьи.

– Кстати, Селевк, что ты скажешь об Звридике, дочери Антипатра.

– Он предложил тебе ее руку? – догадался Селевк.

– Почему ты догадался?

– Филу, вдову Кратера, он выдает замуж за юного Деметрия, сына Антигона, Никею – за Лисимаха. Но ты – теперь самая выгодная партия. Своим регентством Антипатр обязан тебе. Он торопится. Скоро ему исполнится восемьдесят. Поезжай в Пеллу и решай всё сам. В сердечных делах трудно советовать. А лучше всего посоветуйся со своей матерью. Арсиноя очень ждет тебя. Я навестил её, когда был в Македонии.

– Благодарю. Как она?

– Очень скучает по тебе. Боится, что больше не увидит.

Птолемею стало грустно. За всеми битвами и заботами он, как и Александр, долгие годы не видел мать. Он почувствовал угрызения совести.

– В ближайшее время поеду в Пеллу. Потом решу вопрос с Сирией и Кипром… А на днях отправимся на охоту. Охота в Египте особенная. Тебе понравится.

На безлунном небе сверкали яркие звезды. Между колоннами, увешанными гирляндами из свежих лотосов, медленно танцевали девушки в длинных прозрачных одеяниях. Черные волосы, заплетенные в многочисленные тонкие косички, развевались по плечам танцовщиц, широкие браслеты из разноцветных стеклянных бусинок охватывали запястья. В стороне юные египтянки играли на различных музыкальных инструментах: флейтах, многострунных арфах, лютне. Такт отбивали ударные инструменты: небольшие барабаны и тамбурины. Танцующие девушки тоже отбивали такт – хлопаньем в ладоши и пощелкиванием пальцами.

Танцы окончились. Танцовщицы уступили место молодому певцу. Низкий бархатный голос разлился по залу.

«Проведи день весело. Возложи цветы лотоса на голову своей прекрасной возлюбленной. Пусть музыка и пение войдут в твой дом и наполнят его радостью», – пел певец.

На следующий день в честь высокого гостя Птолемей приказал тщательно подготовиться к охоте, снарядить несколько лодок с музыкантами и танцовщицами. Одну из лодок нагрузить всякими яствами, цветами и винами.

Селевка он разыскал в одном из залов дворца, внимательно рассматривающего собрание старинного египетского оружия. В руках он держал незамысловатый египетский лук.

Заслышав шаги, Селевк обернулся.

– Интересное собрание старинного оружия!.. Мне очень понравились эти луки из старинных пород дерева.

– Ты выбрал не самый лучший. Обрати внимание вот на этот.

Птолемей снял со стены составной лук из нескольких перемежающихся слоев твердого пружинящего дерева и рога, оклеенных вместе и окрашенных хной, и протянул его Селевку.

– Египтяне, пожалуй, лучше лучники в мире, – пояснил Птолемей. – Они упражняются в стрельбе из лука, начиная с детства.

Чтобы усилить мощь лука, в центре он был чуть вогнут в противоположном стрельбе направлении. Обладая завидной силой, Селевк с трудом попытался натянуть тетиву.

– Да, для стрельбы из такого лука требуется недюжинная сила!..

– Фараон Аменхотеп Третий мог пробить стрелой из такого лука металлическую пластину толщиной в ладонь, – поведал Птолемей.

– Думаю, это маловероятно. Интересно попробовать.

– Гораздо интереснее попробовать свою силу и ловкость на охоте. Обязательно возьмем с собой луки. Требуется немалое мужество, чтобы поразить льва при помощи лука, – даже стоя на колеснице, как всегда охотились фараоны.

– Ты предлагаешь мне охоту на львов? – радостно, почти по-мальчишески, воскликнул Селевк.

– Не на уток же!.. Хотя, плывя по Нилу, постреляем из лука и уток. Своему лучшему другу я могу предложить только настоящую царскую охоту, – улыбнулся Птолемей. – Пойдем, я тебе кое-что покажу.