Чудо Сталинграда - Борис Соколов

Чтобы оправдать собственные потери, советские военачальники безмерно преувеличивали потери противника. Не знаю, поверил ли Сталин донесению Военного совета Сталинградского фронта от 24 сентября 1942 года или, памятуя о предшествовавших неудачах, отнесся к нему достаточно осторожно. Еременко и Хрущев сообщали: «Войска противника понесли под Сталинградом колоссальные потери. По самым скромным подсчетам, с 6 августа по 20 сентября убито солдат и офицеров 25–32 тыс., ранено солдат и офицеров 80—112 тыс., сбито и повреждено 1 156 самолетов, уничтожено 250–300 орудий, сожжено и подбито 550–600 танков. Подхода свежих частей и соединений не отмечается, а пополнение идет… путем пополнения действующих частей разными командами, штрафными ротами, аэродромными батальонами и другими огрызками. Это показывает, что резервы противника иссякают» (РГАСПИ, ф. 558, оп. 11, л. 92–93).

28 сентября Сталинградский фронт был переименован в Донской. Командующим стал генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский. Юго-Восточный фронт стал Сталинградским, им по-прежнему командовал генерал– полковник А. И. Еременко. В его состав из Донского фронта была передана 62-я армия, сражавшаяся непосредственно в Сталинграде.

И советские и немецкие войска сражались в тяжелых условиях, когда был ограничен подвоз продовольствия и боеприпасов, а бои продолжались непрерывно. Вот что писал немецкий обер-ефрейтор Герман Вигребе своим родным в письме от 29 сентября 1942 года (отправить его он не успел, так как на следующий день погиб): «О себе хорошего писать нечего – четыре недели нет подвоза мяса и жиров, и единственная мысль, беспокоящая меня, – это о моем желудке. Но сегодня мой приятель (он ездовой) принес мне целый котелок требухи, так что ворчания в желудке я сейчас не чувствую. Не можете себе представить, однако, как меня мучает жажда. Мы находимся южнее Сталинграда, очень недалеко от Волги, но «близок локоть да не укусишь» – воду достать очень трудно. Здесь, южнее Сталинграда, имеются две котловины, раньше в них находились румыны, теперь мы сменили их. Вообще, им везет, а нас все время бросают на такие места – вот я уже в третий раз в подобной переделке. Мы находимся в обороне уже две недели, Сталинград почти что в наших руках, но мы не наступаем, так как мало снарядов. У русских тоже снарядов нет и жрать нечего, но та небольшая горстка людей, которая осталась здесь от их многочисленных дивизий, бросается порой вперед, как будто их подгоняют сзади каленым железом… приходится пережить. На днях пробегали собаки, я стрелял, но та, которую я подстрелил, оказалась очень тощей…»

Тяжелее всех приходилось гражданскому населению, которое оказалось между двух огней и жестоко страдало от голода. В оккупированной части города сталинградцы вынуждены были идти на работы, предлагаемые оккупантами, чтобы не умереть с голоду. 8 октября 1942 года заместитель начальника Особого отдела Сталинградского фронта майор госбезопасности Е. Н. Горяинов сообщал Абакумову о положении в Сталинграде: «Распоряжение немцев о выселении гражданского населения из города не распространяется на специалистов-инженеров, лиц, знающих немецкий язык, а также квалифицированных рабочих – слесарей, столяров, шоферов, плотников, поваров, портных, печников. Этим категориям жителей немцы предлагают остаться в городе, очевидно, рассчитывая использовать для необходимых армии работ. Если сопоставить этот факт с имеющимися у нас данными о том, что немцы используют большое число жителей на строительстве оборонительных сооружений на западной окраине города, можно полагать, что немцы рассчитывают сделать Сталинград своим опорным пунктом на зиму».

29—30 сентября части 100-й легкопехотной дивизии овладели поселками Баррикады и Красный Октябрь. Для усиления обороны завода «Красный Октябрь» 62-й армии была передана 39-я гвардейская стрелковая дивизия, к которой вскоре должны были присоединиться 308-я и 37-я гвардейская стрелковые дивизии.

30 сентября на правый берег были переправлены остатки 42-й и 92-й стрелковых бригад, которые сменила 308-я стрелковая дивизия.

4 октября германская 389-я пехотная дивизия прорвалась к Тракторному заводу. 115-я стрелковая дивизия и 2-я мотострелковая бригада оказались в окружении. 8 октября их остатки в количестве 220 человек пробились к своим.

4 октября 62-я армия получила 37-ю стрелковую дивизию и 84-ю танковую бригаду. Для обороны островов на Волге из резерва Ставки были направлены девять пулеметно-артиллерийских батальонов и 45-я стрелковая дивизия.

10 октября части 389-й и 94-й пехотных и 100-й легкопехотной дивизий начали атаки на Тракторный завод и захватили его, выйдя на фронте в 2,5 километра к Волге. 124-я и 149-я стрелковые бригады оказались отрезаны.

Для усиления 62-й армии 11 октября была передана 138-я стрелковая дивизия полковника И. И. Людникова, в задачу которой входило отбить Тракторный завод.

10—12 октября в состав фронта из резерва Ставки прибыли 61-я и 81-я кавалерийские дивизии 4-го кавалерийского корпуса.

20—21 октября 62-й армии были переданы 87-я и 315-я стрелковые дивизии и выведены на укомплектование 112-я, 95-я и 37-я гвардейские стрелковые дивизии, 115-я стрелковая и 2-я мотострелковая бригады.

31 октября завершилась переправа на правый берег 45-й стрелковой дивизии, усиленной ротой танков 235-й танковой бригады. Она была введена в бой на участке между заводами «Баррикады» и «Красный Октябрь».

Частям 45-й и 39-й гвардейских стрелковых дивизий удалось захватить большую часть завода «Красный Октябрь», 64-я армия имела лишь незначительное продвижение на окраине Купоросного.

После этого наступило затишье вплоть до 10 ноября. 11 ноября части немецкой 100-й легкопехотной дивизии захватили южную часть завода «Баррикады» и прорвались на участке 95-й стрелковой дивизии к Волге, расчленив 62-ю армию на три части. В районе Рынок – Спартановка была отрезана группа полковника С. Ф. Горохова, в которую входили остатки 124-й и 149-й стрелковых бригад. На участке 700 метров по фронту и 400 метров в глубину к востоку от завода «Баррикады» находилась 138-я стрелковая дивизия полковника И. И. Людникова, понесшая значительные потери. Южнее остались части 95-й и 45-й стрелковых дивизий, сводный полк 193-й стрелковой дивизии, части 39-й гвардейской, 284-й и 13-й гвардейской дивизий.

Но для ликвидации остатков армии Чуйкова у Паулюса уже не было ни времени, ни сил.

62-я армия к началу боев в городе имела 11 стрелковых дивизий и семь стрелковых бригад, из которых остатки шести дивизий и двух бригад были сразу же эвакуированы на левый берег. В дальнейшем в армию были включены еще девять полностью укомплектованных дивизий. К середине ноября Сталинград в составе 62-й армии обороняли остатки семи дивизий и двух бригад, причем в дивизиях оставалось от 700 до 1000 человек в боевых частях.

Самой сильной была 13-я гвардейская, где осталось около 1 500 человек, в 193-й дивизии было около 1000 человек, а в 138-й – менее 500 человек.

Самым знаменитым местом обороны Сталинграда стал «дом Павлова». Советская историография утверждала, что этот дом оборонял отряд советских солдат под командованием сержанта Якова Федотовича Павлова.